Чтение онлайн

— Поттер, мне, — с расстановкой повторил голос Люциуса Малфоя, и к Гарри протянулась ладонь.

У Гарри внутри все оборвалось. Они — в ловушке, и врагов в два раза больше.

— Мне, — еще раз напомнил Малфой.

— Где Сириус? — выпалил Гарри.

Среди Искушённых Смертью раздался смех. Колючий женский голос из скопища фигур слева от Гарри ликующе провозгласил:

— Темный Лорд как всегда прав!

— Как всегда, — вкрадчиво повторил за ней Малфой. — Ну же, Поттер, пророчество — мне.

— Я хочу знать, где Сириус!

— «Я хочу знать, где Сириус!», — передразнила его женщина слева.

Она и ее напарники Искушённые Смертью надвинулись так близко, что от Гарри с его друзьями их отделял всего шаг, и свет их палочек слепил Гарри глаза.

— Он у вас, — Гарри давил в себе приступ паники, безотчетного страха, который не отпускал его с того момента, как они свернули в проход у девяносто седьмого ряда. — Он здесь. Я точно знаю.

— Малыс от стлаха плоснулся и лесыл, сто видел вессий сон, — отвратительным, фальшиво-детским голоском просюсюкала женщина.

Гарри почувствовал, как Рон рядом с ним пошевелился.

— Не дергайся, — шепнул он Рону. — Не сейчас…

Та женщина, что передразнивала его, хрипло расхохоталась:

— Вы слышали? Слышали его? Раздает другим деткам инструкции, можно подумать, он собирается с нами драться!

— О, поверь мне, Беллатрикс, ты плохо знаешь Поттера, — неторопливо заметил Малфой. — Погеройствовать — его главная слабость, Темный Лорд давно за ним это заметил. Поттер, дай мне пророчество.

— Я знаю, что Сириус здесь, — повторил Гарри, хотя от паники грудь сдавило так, что не вздохнуть. — Я знаю, что он у вас!

Искушённые Смертью расхохотались дружнее, а громче всех — женщина.

— Пора тебе, Поттер, усвоить разницу между жизнью и снами, — процедил Малфой. — Дай мне пророчество, или нам придется применить палочки.

— Ну, давайте! — Гарри вскинул палочку перед собой.

И тут же, по обе стороны от него, взметнулись вверх еще пять палочек: Рона, Гермионы, Невилла, Джинни и Луны. У Гарри сжалось сердце. Если Сириуса и в самом деле здесь нет, то, выходит, он обрек друзей на бессмысленную смерть…

Но атаки Искушённых Смертью не последовало.

— Отдашь пророчество, и никто не пострадает, — холодно пообещал Малфой.

Настал черед Гарри рассмеяться:

— Ага, конечно! Я вам отдаю это… как его, пророчество? А вы нас тут же отпускаете восвояси, да?

Едва он закончил фразу, как Искушённая Смертью завизжала:

— Accio проро…

К этому Гарри был готов — не успела женщина закончить заклинание, как он уже выкрикнул:

— Protego! — и хотя стеклянный шар едва не выскользнул из пальцев, все-таки его удалось удержать.

— Ого, а крошка Поттер знает толк в игре! — в прорезях капюшона женщины блеснули ее безумные глаза. — Чудно, тогда…

— Я ЖЕ СКАЗАЛ ТЕБЕ «НЕТ»! — зарычал на нее Люциус Малфой. — Если ты его разобьешь!..

Гарри лихорадочно соображал. Искушённым Смертью нужен этот пыльный шарик из матового стекла. Ему он не нужен совершенно. Ему нужно только вытащить друзей невредимыми из этой переделки, и чтобы никто из них не поплатился за его глупость…

Женщина выступила вперед из толпы своих напарников и сбросила капюшон. Азкабан источил лицо Беллатрикс Лестранж, превратил в костлявый череп, но оно горело лихорадочным, фанатичным огнем.

— Тебя поуговаривать нужно? — грудь Беллатрикс судорожно вздымалась. — Отлично… Вот эту, самую маленькую, взять! — приказала она стоявшим рядом Искушённым Смертью. — Пусть посмотрит, как мы пытаем девчонку. Я сама ею займусь.

Гарри почувствовал, как друзья обступили Джинни, и сам, прижимая к груди пророчество, шагнул вбок, чтобы ее прикрыть.

— Если вздумаете напасть на кого-нибудь из нас, сами же его и разобьете, — заявил он Беллатрикс. — Уж и не знаю, как ваш хозяин обрадуется, когда вы вернетесь с пустыми руками?

Беллатрикс не шелохнулась, только облизнула тонкие губы кончиком языка, не спуская глаз с Гарри.

— Ну? — продолжил Гарри. — Так о каком таком пророчестве идет речь?

Что делать дальше, он не знал, оставалось только продолжать разговор. Его руки касалась рука Невилла, и чувствовалось, как Невилл дрожит. В затылок кто-то часто-часто дышал. Гарри лелеял надежду, что друзья старательно ищут выход из положения, потому что ему самому в голову не приходило ничего.

— «О каком таком пророчестве»? — повторила Беллатрикс, и с ее лица сползла усмешка. — Ты издеваешься, Гарри Поттер.

— Нет, даже не думал, — отозвался Гарри, перескакивая взглядом с одного Искушённого Смертью на другого, выискивая слабое звено, путь к побегу. — Зачем оно Волдеморту?

Искушённые Смертью нестройно зашикали.

— Ты посмел произнести его имя? — прошипела Беллатрикс.

— Ну да, — Гарри крепко вцепился в стеклянный шар, подозревая, что на него сейчас последует новое покушение. — Запросто. Сказал «Вол…»

— Заткнись! — взвыла Беллатрикс. — Как ты посмел произнести его имя своим поганым ртом, как твой грязный язык повернулся, полукровка, как…

— А вы знаете, что он тоже — полукровка? — сгоряча выкрикнул Гарри. У Гермионы за его спиной вырвался сдавленный стон. — Да-да, Волдеморт! Его мать была ведьмой, а вот папаша — маггл… Или вашей братии он наболтал, что — чистокровный?

— STUPEF…

— НЕТ!

Из кончика палочки Беллатрикс уже вырвался красный луч, но Малфой отразил его: своим заклинанием он направил заклинание Беллатрикс в полку, в шаге слева от Гарри, магический удар вдребезги разбил несколько стеклянных шаров.

Из осколков битого стекла на полу заструился дымок и оформился в две жемчужно-белые, напоминавшие привидений, фигуры, которые разом заговорили. Их голоса звучали вперемежку, и, сквозь крики Беллатрикс и Малфоя, можно было разобрать лишь отдельные фразы.

— …В солнцестояние явится новый… — возвещала фигура бородатого старика.

— НЕ НАПАДАТЬ! НАМ НУЖНО ПРОРОЧЕСТВО!

— Он посмел… да как он… — бессвязно выкрикивала Беллатрикс, — …стоит здесь… грязный полукровка…