Чтение онлайн

У Дадли дернулся мускул на щеке. Гарри получал огромное удовлетворение от того, как он взбесил Дадли; ему показалось, что он направил на кузена свое собственное бешенство, и сейчас это было единственной отдушиной.

Они повернули на узкую дорожку, где Гарри когда-то впервые увидел Сириуса, и которая соединяла Магнолия-Кресчент с Уистерия-Уок. Здесь было пусто и еще темнее, чем на соседних улицах, потому что не было уличных фонарей. Шаги их заглушались стенами гаража с одной стороны и высоким забором с другой.

– Думаешь, что ты крутой, раз носишь с собой эту штуку?
– спустя несколько секунд спросил Дадли.

– Какую штуку?

– Ту, которую прячешь.

Гарри опять усмехнулся:

– Я вижу, ты не так глуп, как выглядишь, Дад? Но вообще-то если б ты был настолько глуп, то не смог бы в одно и тоже время и ходить, и разговаривать.

Гарри вытащил палочку, краем глаза заметив, что Дадли это увидел.

– Вам не разрешают, - сразу сказал тот, - Я знаю, что не разрешают. Тебя выгонят из этой дурацкой школы, куда ты ходишь.

– Откуда ты знаешь, что они не изменили правила, Большой Ди?

– Они не изменили, - не очень уверенно сказал Дадли.

Гарри приглушенно рассмеялся.

– Без этой штуки ты ничего не можешь со мной сделать, - огрызнулся Дадли.

– Ага, особенно если учесть, что тебе нужно четыре помощника, чтобы напасть на десятилетнего... Думаешь, боксерский титул дает тебе право колотить всех подряд?... Сколько лет было твоему сопернику? Семь? Восемь?

– К твоему сведению, ему было шестнадцать, - буркнул Дадли, - и он был в нокауте двадцать минут после того, как я его свалил, а еще он был в два раза тяжелее тебя. Смотри, вот скажу папе, что ты мне угрожал этой штукой...

– Теперь побежишь к папочке, да? Сладенький чемпион испугался палочки противного Гарри?

– По ночам ты не такой храбрый, да?
– осклабился Дадли.

– Сейчас ночь, Дюдюшка. Ночью называется время, когда темно, так, как сейчас.

– Я имел в виду, когда ты спишь, - взвился Дадли.

Он остановился. Гарри тоже остановился и посмотрел на кузена.

Из того немногого, что смог увидеть в темноте на здоровенном лице Дадли, он уловил его торжествующий взгляд.

– В смысле? Что это значит: я не такой храбрый, когда сплю?, недоуменно спросил Гарри, - Я что, по твоему боюсь подушки или еще чего?

– Я слышал тебя прошлой ночью, - затаив дыхание, сказал Дадли, - Как ты разговариваешь во сне. Стонешь.

– Что ты имеешь в виду?
– повторил Гарри, но ему стало не по себе. Прошлой ночью ему опять снилось кладбище.

Дадли резко рассмеялся, а потом сказал тонким, жалобным голосом.

– Не убивайте Седрика! Не убивайте Седрика! Кто это Седрик? Твой дружок?

– У меня... Врешь, - автоматически ответил Гарри, но во рту у него пересохло.

Он знал, что Дадли не врет, иначе откуда бы он узнал про Седрика.

– Папа! Помоги мне, папа! Он собирается убить меня, папа! Ха-ха!

– Заткнись, - тихо сказал Гарри, - Заткнись, Дадли, я тебя предупреждаю!

– Появись и помоги мне, папа! Мама, появись и помоги мне! Он убил Седрика! Папа, помоги мне! Он собирается... Не наставляй на меня эту штуку!

Дадли вжался в стену переулка. Гарри направлял палочку прямо ему в сердце. Гарри чувствовал, как кипела в венах вся злость на Дадли, накопленная за 14 лет. Ну почему нельзя сейчас прикончить Дадли, заколдовать так, чтобы тот пополз домой, как насекомое, бессловесное, шевелящее усиками...

– Никогда больше не говори об этом, - зарычал Гарри, - Ты меня понял?

– Убери от меня эту штуку!

– Я сказал, ты меня понял?

– Убери от меня эту штуку!

– ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ?

– УБЕРИ ЕЕ...

Дадли издал странный, короткий всхлип, будто его окунули в ледяную воду.

С ночью что-то случилось. Усыпанное звездами темно-синее небо внезапно стало черным, как смоль, а весь свет - звездный, лунный, свет уличных фонарей - исчез. Исчез также далекий гул автомобилей и шорох деревьев. Душистый вечер внезапно стал пронизывающе холодным. Они были окружены со всех сторон непроницаемой тихой темнотой, словно какая-то гигантская рука укутала дорожку толстым ледяным покровом, ослепляя их.

На долю секунды Гарри показалось, что он неосознанно что-то наколдовал, несмотря на то, что сопротивлялся этому изо всех сил - потом его в его эмоции вмешался рассудок: у него не хватило бы сил выключить звезды.

Гарри завертел головой во все стороны, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь, но темнота покрывала глаза, как невесомый занавес.

Испуганный голос Дадли достиг ушей Гарри:.

– Ч-что ты д-делаешь? П-перестань!

– Я ничего не делаю! Заткнись и не двигайся!

– Я н-не вижу! Я ос-слеп! Я...

– Я сказал - заткнись!

Гарри продолжал стоять неподвижно, поглядывая влево и вправо невидящими глазами. Холод был таким сильным, что он дрожал всем телом; руки тряслись, а на затылке волосы встали дыбом. Он открыл глаза как можно шире, озираясь вокруг, но бесполезно.

Это невозможно... они не могут быть здесь... только не в Литтл Уингинге... он напрягал слух... он должен услышать их прежде, чем увидит...

– Я ра-аскажу папе!
– хныкал Дадли, - Г-где ты? Ч-что ты д-делаешь...?

– Ты заткнешься?
– прошипел Гарри, - Я пытаюсь слу...

И тут он замолчал. Он услышал то, чего боялся.

На дорожке, кроме них, было нечто, издающее длинные, хриплые, шумные вздохи. Стоя в ледяном воздухе, дрожащий Гарри ощутил жуткий страх.

– Ос-станови это! Прекрати! Я теб-бя ударю, клянусь, ударю!

– Дадли, заткнись...

БУМ.

Сбоку прилетел кулак, попав в голову и сбив с ног. Перед глазами замелькали маленькие звездочки. Второй раз за час Гарри показалось, что голова его раскололась на две половинки; он свалился на земле, а палочка выпала из руки.

– Ты идиот, Дадли!
– завопил Гарри.

Из глаз брызнули слезы, он вскочил на четвереньки, отчаянно шаря руками в темноте. И тут услышал, как Дадли убегает, спотыкаясь, натыкаясь на забор.

– ДАДЛИ, ВЕРНИСЬ! ТЫ БЕЖИШЬ ПРЯМО НА НЕГО!

Раздался ужасный громкий визг и шаги Дадли замерли. Одновременно с этим Гарри почувствовал сзади приближение холода, которое могло означать только одно. Их было больше, чем один.

– ДАДЛИ, НЕ ОТКРЫВАЙ РОТ! ЧТО БЫ ТЫ НИ ДЕЛАЛ, НЕ ОТКРЫВАЙ РОТ! Палочка!
– в отчаянии бормотал Гарри, шаря руками по земле, - Где... палочка... ну... же... lumos!