Чтение онлайн

— И это только начало, — мрачно изрекла Гермиона.

— Ерунда, — сказал Рон, любовно склоняясь над огромной тарелкой яичницы с беконом. — Ужаснее, чем сейчас, быть не может.

— Помяни моё слово: она ещё отомстит Думбльдору за то, что он назначил нового учителя, не посоветовавшись с ней, — Гермиона сложила газету. — К тому же полукровку. Ты ведь видел, как она смотрела на Фиренце.

После завтрака Гермиона пошла на арифмантику, а Гарри и Рон вместе с Лавандой и Парватти отправились на прорицания.

— Разве нам не в Северную башню? — удивился Рон, когда Парватти прошла мимо мраморной лестницы.

Парватти обиженно глянула на него через плечо.

— Что, по-твоему, Фиренце должен карабкаться через люк? Мы теперь в кабинете одиннадцать, вчера на доске было объявление.

Кабинет одиннадцать располагался на первом этаже, и к нему из вестибюля вёл коридор, огибавший Большой зал с другой стороны. Там находились классы, которые чрезвычайно редко использовались для занятий; в них царило запустение, и они больше напоминали кладовки. Поэтому, войдя в дверь вслед за Роном и неожиданно очутившись на лесной поляне, Гарри застыл от удивления.

— Что это…?

Пол кабинета порос упругим мхом; деревья с густыми кронами покачивали ветвями, которые закрывали потолок и окна, отчего вся комната была пересечена косыми потоками неяркого, пятнистого, зелёного света. Те, кто уже пришёл на урок, сидели на земле, прислонясь спинами к стволам или валунам и обхватив руками колени, либо скрестив руки на груди. Все явно нервничали. Посреди поляны, где не было деревьев, стоял Фиренце.

— Гарри Поттер, — сказал он при виде Гарри и протянул руку.

— Э-м… здравствуйте, — Гарри обменялся рукопожатием с кентавром, который, не улыбаясь, не моргая, пристально посмотрел на него удивительными сапфировыми глазами. — Э-э… рад вас видеть.

— Взаимно, — ответствовал кентавр, наклоняя белокурую голову. — Мы встретились вновь — как и было предсказано.

На груди Фиренце виднелся еле заметный синяк в форме копыта. Гарри повернулся к одноклассникам, выискивая себе место на земле, и понял, что на него все смотрят, очевидно, потрясённые их с Фиренце знакомством. Похоже, кентавр наводил на всех благоговейный ужас.

Наконец, дверь закрылась; последний ученик уселся под дерево возле корзины для бумаг, и Фиренце широким жестом обвёл помещение.

— Профессор Думбльдор любезно обустроил этот кабинет, — начал кентавр, когда все затихли, — в полном соответствии с естественной средой моего обитания. Разумеется, я бы предпочёл давать уроки в Запретном лесу, который — до прошлого понедельника — был моим домом… но, увы, это невозможно.

— Простите, э-э… сэр, — еле слышно выдохнула Парватти, поднимая руку, — но почему? Мы были там с Огридом, мы не боимся!

— Дело не в вашей храбрости, — пояснил Фиренце, — а в моём положении. Я не могу вернуться в лес. Табун изгнал меня.

— Табун? — озадаченно переспросила Лаванда. — Какой та… О!

На её лице забрезжило понимание.

— Так вас много?! — изумлённо воскликнула она.

— Вас что, Огрид выращивает, как тестралей? — с живым интересом спросил Дин.

Фиренце очень медленно повернул голову к Дину, и тот сразу смекнул, что сказал нечто оскорбительное.

— Я не… не то хотел… простите, — хрипло промямлил он.

— Кентавры — не скот и не домашние животные, — промолвил Фиренце. Последовала пауза, а затем Парватти вновь подняла руку.

— Скажите, сэр… а почему вас изгнали другие кентавры?

— Потому что я дал согласие работать у профессора Думбльдора, — ответил Фиренце. — Они расценили это как предательство.

Гарри вспомнил, как, почти четыре года назад, кентавр Бейн ругал Фиренце за то, что тот на собственной спине вывез Гарри в безопасное место. Бейн тогда назвал его «обычным мулом»… Интересно, это Бейн ударил Фиренце в грудь?

— Начнём урок, — сказал Фиренце. Он взмахнул длинным серебристым хвостом, поднял руку к зелёному шатру над головой, потом медленно опустил её, и свет в комнате начал меркнуть. Над поляной сгустились сумерки, в небе зажглись звёзды. Все заахали. Рон громко вскрикнул: «Ни фига себе!»

— Лягте на спину, — велел Фиренце своим спокойным голосом, — и обратите взоры к небесам. Там, среди звёзд, начертаны судьбы наших рас. Способные Видеть прочтут их.

Гарри растянулся на спине и уставился в потолок. Мерцающая красная звезда подмигнула ему с вышины.

— Мне известно, что на астрономии вы изучали названия планет и их спутников, — продолжал невозмутимый голос кентавра, — и отмечали на картах пути движения звёзд. За много веков кентавры сумели раскрыть тайный смысл этих перемещений. Наши исследования говорят о том, что, поглядев в небеса, можно разгадать будущее…

— Мы с профессором Трелани проходили астрологию! — взволнованно перебила Парватти, лежа на спине и смешно выбрасывая вверх руку. — Марс вызывает несчастные случаи, ожоги и всякие такие вещи, а когда он находится в оппозиции к Сатурну, как сейчас, — Парватти нарисовала в воздухе прямой угол, — надо быть особенно осторожным в обращении с горячими предметами…

— Всё это, — безмятежно сказал Фиренце, — глупые людские выдумки.

Парватти беспомощно уронила руку.

— Незначительные происшествия, случающиеся с людьми, — Фиренце переступил копытами на мшистом полу, — для Вселенной — лишь жалкое муравьиное копошение. Движение планет никак с этим не связано.

— Но профессор Трелани… — начала Парватти, с обидой в голосе.

— Тоже человек, — чуть пожал плечами Фиренце. — А потому слепа и опутана предрассудками, как и вся ваша ограниченная порода.

Гарри, слегка повернув голову, взглянул на Парватти. Её лицо горело оскорблённым возмущением — как, впрочем, и лица некоторых других учеников.

— Возможно, Сибилла Трелани способна Видеть, я не знаю, — продолжал Фиренце, прохаживаясь перед учениками (Гарри слышал, как он размахивает хвостом), — но, в целом, она зря тратит время на чепуху, которую люди называют предсказанием будущего и которой сами себе льстят. Я же намерен поделиться с вами великим знанием — непредвзятым и беспристрастным. Взгляд кентавров устремлён в небеса. Иногда там появляются знаки — вестники беды или перемен. Но порой проходит десять лет, прежде чем мы убедимся в значении увиденного.