Чтение онлайн

– Но, Гарри, ты же сказал, что Дивангард будет преподавать защиту от сил зла! – воскликнула Гермиона.

– Я так думал! – Гарри лихорадочно рылся в памяти, но не мог припомнить, чтобы Думбльдор говорил нечто подобное; кажется, он вообще не упоминал о том, какой предмет будет преподавать Дивангард.

Злей – он сидел справа от Думбльдора – при упоминании своего имени не встал, а только лениво поднял руку, благодаря за аплодисменты, которыми разразились слизеринцы. Но все же Гарри был уверен, что на ненавистном ему лице написано торжество.

– Одно хорошо, – со зверским выражением процедил он. – В следующем году Злея уже не будет.

– В каком смысле? – не понял Рон.

– Это место проклято. Больше года никто продержаться не может… Белка вообще погиб. Лично я скрещу пальцы в надежде на очередного жмурика.

– Гарри! – укорила Гермиона.

– Может, потом он снова займется зельеделием, – резонно возразил Рон. – Вдруг этот типчик, Дивангард, не захочет оставаться надолго? Хмури же не захотел.

Думбльдор откашлялся. Разговаривали не только Гарри, Рон и Гермиона; известие о том, что заветное желание Злея наконец-то сбылось, произвело сенсацию; Большой зал взволнованно жужжал. Но Думбльдор словно не замечал этого. Он больше ни слова не сказал о фантастических изменениях в жизни школы, выждал несколько секунд, добиваясь абсолютной тишины, и продолжил:

– Теперь о другом. Думаю, вам всем хорошо известно, что лорд Вольдеморт и его сторонники вновь подняли головы и быстро набирают силу.

Тишина в зале зазвенела, как натянутая тетива. Гарри взглянул на Малфоя. Тот, не удостаивая Думбльдора вниманием, волшебной палочкой удерживал в воздухе свою вилку.

– Нет слов, способных передать, насколько опасна нынешняя ситуация и как важно, чтобы мы с вами, ученики и преподаватели, заботились о собственной безопасности. Летом волшебная защита замка была многократно усилена новыми, более мощными заклятиями, и все же нам надлежит строго следить за порядком, не допуская малейшей беспечности. Я настоятельно прошу вас серьезно отнестись ко всем предписаниям преподавателей, сколь бы нелепыми они вам ни казались – в частности, к запрету находиться вне спальни после отбоя. И еще, убедительная просьба: если вы заметите что-то странное и подозрительное в «Хогварце» либо вне его, немедленно сообщайте преподавателям. Я всецело полагаюсь на ваш разум и надеюсь, что вы будете предельно внимательны и осторожны.

Голубые глаза Думбльдора скользнули по лицам присутствующих. Он улыбнулся.

– Но сейчас всех вас ждут теплые уютные постели, и ваша главная задача – как следует выспаться перед завтрашним днем. А потому давайте пожелаем друг другу спокойной ночи. Баю-бай!

Громко заскрипели отодвигаемые скамьи; школьники потянулись из Большого зала. Гарри не торопился вливаться в толпу, опасаясь зевак и Малфоя, который не преминет высказаться по поводу разбитого носа. Он склонился над будто бы развязавшимся шнурком и пропустил вперед почти всех гриффиндорцев. Ответственная Гермиона бросилась к первоклашкам, но Рон остался ждать Гарри. Потом они встали в самый хвост очереди на выход, и Рон, убедившись, что его никто не слышит, спросил:

– Что на самом деле случилось с твоим носом?

Гарри рассказал. Рон даже не засмеялся – что доказывало, как сильна их дружба.

– Я видел, как Малфой что-то изображает и показывает на нос, – мрачно проговорил он.

– Да, но это ерунда, – печально сказал Гарри. – Лучше послушай, что он говорил до того, как понял, что я подслушиваю…

Гарри ждал от Рона ужаса, потрясения, но тот – вот тупица! – даже не удивился.

– Брось, он просто выпендривался перед Паркинсон… Чтобы Сам-Знаешь-Кто дал ему задание?

– А ты уверен, что Вольдеморту не нужен свой человек в «Хогварце»? Такое уже бывало…

– Имя-то не говорил бы, а, Гарри, – пробасили сзади. Гарри обернулся и увидел Огрида, укоризненно качавшего головой.

– Думбльдор не боится его произносить, – упрямо возразил Гарри.

– Ну, так то Думбльдор, – загадочно произнес Огрид. – Что ж ты опоздал-то, Гарри? Я волновался.

– Задержался в поезде, – объяснил Гарри. – А ты почему?

– Был у Гурпа, – со счастливым видом сообщил Огрид. – Про время забыл. У него теперь новый дом в горах, Думбльдор устроил – красивая, большая пещера. Ему там даже лучше, чем в Запретном лесу. Мы с ним так хорошо поболтали…

– Неужели? – вежливо удивился Гарри, стараясь не встречаться глазами с Роном. Основным талантом Гурпа, сводного брата Огрида, было умение с корнями выдирать деревья из земли, и в последний раз, когда Гарри видел этого чудовищного гиганта, его лексикон состоял из пяти слов, причем два Гурп не умел произносить правильно.

– Да, да, он очень быстро развивается, – гордо заявил Огрид. – Не поверите. Я даже думаю взять его к себе помощником.

Рон насмешливо хрюкнул, но вовремя притворился, что чихнул. Тем временем они подошли к дубовым входным дверям.

– Ладно, до завтра! Мой урок первый после обеда. Приходите пораньше, поздороваетесь с Конь… то есть, Курокрыл!

Огрид поднял руку, весело попрощался с ребятами и вышел в темноту.

Гарри с Роном переглянулись. Гарри видел: Рон расстроен не меньше, чем он сам. – Ты ведь не собираешься заниматься уходом за магическими существами?

Рон помотал головой. – А ты?

Гарри помотал головой.

– А Гермиона, – сказал Рон, – тоже, да?

Гарри еще раз помотал головой. О том, что скажет Огрид, когда узнает о предательстве трех самых любимых учеников, даже думать не хотелось.

Наутро, еще до завтрака, Гарри и Рон встретились с Гермионой в общей гостиной. Гарри, рассчитывая на поддержку, сразу рассказал Гермионе о том, что ему удалось подслушать в слизеринском купе.

– Ясно, что он выпендривался перед Паркинсон, скажи? – вмешался Рон, прежде чем Гермиона успела ответить.

– Хм-м, – неопределенно промычала она, – не знаю… Конечно, Малфой всегда важничает, но… для пустой болтовни тема слишком серьезная…

– Вот именно, – сказал Гарри, но продолжить разговор им, увы, не удалось: многие откровенно пытались подслушать, а к тому же пялились на Гарри и шептались, прикрываясь руками. Гарри, Рон и Гермиона встали в очередь к отверстию за портретом.

– Показывать пальцем невежливо, – рявкнул Рон, обращаясь к какому-то особенно мелкому первоклашке. Мальчик, который, отгородившись ладошкой, тихонько разговаривал о Гарри со своим приятелем, побагровел от ужаса и вывалился через дыру наружу. Рон хмыкнул.

– Как мне нравится быть шестиклассником! А еще в этом году у нас будет свободное время, когда можно сидеть и ничего не делать!

– Это время для самостоятельных занятий, Рон, – назидательно сказала Гермиона уже в коридоре.

– Да, но не сегодня, – отозвался Рон, – сегодня будем ловить кайфец.

– Ну-ка стой! – Гермиона выставила руку и поймала четвероклассника, который несся мимо, крепко зажав в руке какой-то диск лаймового цвета. Мальчишка попытался прорваться через заслон. – Шипучие шмельки запрещены, дай сюда, – сурово приказала она. Четвероклассник надулся, отдал Гермионе рычащую шмельку и, нырнув ей под руку, удрал вместе с приятелями. Рон подождал, пока они исчезнут из виду, а затем потянул шмельку к себе: