Чтение онлайн

– Те, кого я сумел упросить что-нибудь рассказать, поведали, что Реддль был одержим вопросом, кто его родители. Вполне объяснимо, конечно; он вырос в приюте и, естественно, хотел знать почему. Он тщетно искал Тома Реддля-старшего на табличках в трофейной, изучал списки старост в школьных архивах и даже штудировал учебники колдовской истории. В конце концов ему пришлось смириться и признать, что его отец никогда не переступал порог «Хогварца». Думаю, именно тогда он отрекся от своего имени, назвался лордом Вольдемортом и занялся поисками прежде презираемой семьи матери – которая, с его точки зрения, не могла быть ведьмой, если поддалась столь постыдной человеческой слабости, как смерть.

– В приюте ему сообщили, что отца его матери звали Марволо; на это и приходилось опираться. Реддль упорно просматривал книги древних колдовских фамилий, и наконец узнал о существовании потомков Слизерина. На шестнадцатом году жизни, летом, он покинул приют, куда возвращался ежегодно, и отправился на поиски своих родственников, Монстеров. А теперь, Гарри, если ты встанешь…

Думбльдор поднялся из-за стола, и Гарри увидел у него в руках хрустальный пузырек с клубящимися перламутровыми воспоминаниями.

– Мне очень повезло, что я это достал, – сказал Думбльдор, выливая поблескивающую субстанцию в дубльдум. – После ты все поймешь. Ну что, поехали?

Гарри шагнул к чаше и послушно наклонился. Его лицо коснулось поверхности воспоминаний; он привычно полетел в пустоту и вскоре опустился на грязный каменный пол. Кругом была почти полная темнота.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы узнать это место; Думбльдор успел приземлиться рядом. В доме Монстеров царило невообразимое запустение; Гарри никогда не видел подобного. С потолка свисал толстый слой паутины; пол покрывала пленка жирной пыли; на столе вперемежку с чешуйчатой от грязи посудой лежала заплесневелая, гниющая еда. Единственным источником света служил огарок, стоявший у ног мужчины с настолько длинными волосами и бородой, что они полностью закрывали его глаза и рот. Мужчина сидел в кресле у камина, как-то странно обмякнув; Гарри даже показалось, что он мертв. Но тут раздался громкий стук в дверь, и человек, вздрогнув, проснулся. Он угрожающе воздел волшебную палочку правой рукой и короткий нож – левой.

Дверь заскрипела, отворилась. На пороге, держа старинную лампу, стоял юноша, которого Гарри сразу узнал: высокий, бледный, темноволосый и очень красивый подросток Том Реддль.

Вольдеморт медленно обвел глазами лачугу и остановил взгляд на человеке в кресле. Несколько секунд они смотрели друг на друга, затем мужчина неверным движением поднялся, свалив пустые бутылки, которые теснились у его ног. Бутылки зазвенели и покатились по полу.

– ТЫ! – взревел он. – ТЫ!

И пьяно пошел на Реддля, выставив вперед палочку и нож.

– Стой.

Это было сказано на змееязе. Человек уткнулся в стол, опрокинув на пол замшелые кастрюли, и уставился на Реддля. Воцарилось молчание, в продолжение которого хозяин и гость меряли друг друга глазами. Первым заговорил мужчина.

– Ты умеешь так говорить?

– Да, умею, – ответил Реддль и вошел в дом. Дверь сама захлопнулась за ним. Гарри невольно, хоть и с досадой, восхитился – Вольдеморт явно ничего не боялся. Его лицо выражало лишь отвращение и, пожалуй, разочарование.

– Где Марволо? – спросил он.

– Умер, – последовал ответ. – Уже давно, не знал?

Реддль нахмурился.

– А ты кто?

– Я Морфин, не знал?

– Сын Марволо?

– Конечно, а кто ж?

Морфин откинул спутанные патлы с грязного лица, чтобы получше рассмотреть Реддля, и Гарри заметил на его правой руке кольцо Марволо с черным камнем.

– Я думал, ты тот мугл, – прошептал Морфин. – Ты прям копия.

– Какой мугл? – выпалил Реддль.

– Который охмурил мою сестрицу и живет там, в большом доме, – Морфин неожиданно плюнул под ноги гостю. – Ты совсем как он. Реддль. Но он же ведь, наверно, постарел? Он, как подумаешь, старше тебя…

Морфин стоял с оторопелым видом и слегка покачивался, цепляясь за стол для поддержки.

– Он вернулся, ясно? – глупо прибавил он.

Вольдеморт не сводил глаз с Морфина, словно оценивая про себя его возможности. Сейчас он придвинулся ближе и уточнил:

– Реддль вернулся?

– Ага, бросил ее, и поделом, будет знать, как выходить замуж за мразь! – Морфин опять плюнул на пол. – Да еще и обокрала нас до побега! Где медальон, а, где медальон Слизерина?

Вольдеморт молчал. Морфин быстро довел себя до исступления; он размахивал ножом и кричал:

– Обесчестила нас, маленькая шлюшка! А ты кто такой? Приперся тут и расспрашивает! Все забыто, ясно? Давно забыто…

Он пошатнулся и случайно отвел глаза. Вольдеморт метнулся вперед. В тот же миг на дом упала очень странная тьма; она загасила лампу Вольдеморта и свечу Морфина, растворила все вокруг…

Пальцы Думбльдора плотно сомкнулись на руке Гарри; они воспарили и быстро вернулись в настоящее. После кромешной темноты мягкий золотой свет в кабинете Думбльдора буквально ослепил Гарри.

– Это все? – сразу спросил он. – Что случилось, почему так потемнело?

– Потому что дальше Морфин ничего не помнил, – ответил Думбльдор, жестом приглашая Гарри сесть. – Утром он очнулся на полу, один. Кольцо Марволо исчезло.

– Тем временем, по главной улице деревни Малый Висельтон бежала служанка. Она кричала, что в гостиной большого дома лежат три тела: Том Реддль-старший, его мать и отец.

– Власти муглов были в полном недоумении. Насколько я знаю, им до сих пор неизвестно, как умерли Реддли: Авада Кедавра не оставляет видимых повреждений… за единственным исключением, которое я сейчас вижу перед собой, – Думбльдор кивнул на шрам Гарри. – Зато в министерстве магии сразу поняли, что это колдовское убийство. Кроме того, они знали, что по другую сторону долины живет муглоненавистник, отсидевший в тюрьме за нападение на одного из погибших.

– Министерство нанесло визит Морфину. Его не пришлось допрашивать, не понадобились ни признавалиум, ни легалименция. Он признался в преступлении сразу и сообщил такие подробности, которые мог знать только убийца. Он заявил, что гордится своим поступком, что много лет ждал подходящего случая. Потом безропотно отдал палочку – как сразу выяснилось, орудие убийства – и без борьбы отправился в Азкабан. Его беспокоило только то, что исчезло кольцо отца. «Я его потерял, он убьет меня», – твердил Морфин конвоирам. – «Я потерял его кольцо, он меня убьет». Очевидно, это были его последние слова в жизни. Остаток дней он провел в Азкабане, оплакивая потерю наследства Марволо, и похоронен около тюрьмы рядом с другими несчастными, кто угас в ее стенах.

– Значит, Вольдеморт украл палочку Морфина и воспользовался ею? – спросил Гарри и сел чуть прямее.

– Именно, – подтвердил Думбльдор. – У нас нет воспоминаний, которые бы это доказывали, но, думаю, можно с уверенностью утверждать, что так и было. Вольдеморт наложил заморочное заклятие на своего дядю, забрал его палочку и пошел через долину к «большому дому». Там он убил мугла, бросившего его ведьму-мать, а заодно своих бабушку и дедушку, истребив тем самым ненадежный род Реддлей и отомстив отцу, который никогда его не хотел. Затем он вернулся в лачугу Монстеров, с помощью хитроумного волшебства поместил в сознание дяди ложные воспоминания, положил палочку рядом с его бесчувственным телом, забрал перстень и скрылся.