Чтение онлайн

– Доброе утро, – сказал он. – Меня зовут Уилки Тутитам. Ближайшие двенадцать недель я буду учить вас аппарированию и, надеюсь, за это время сумею подготовить к экзамену…

– Малфой, стойте тихо и слушайте! – рявкнула профессор Макгонаголл.

Все повернули головы к Малфою. Он тускло покраснел и злобно отступил от Краббе, с которым, по всей видимости, до этого яростно спорил. Гарри быстро перевел взгляд на Злея. Его лицо тоже выражало негодование, но, скорее всего, не из-за дурного поведения Малфоя, а потому, что Макгонаголл отчитала его подопечного.

– …который многие успешно сдадут с первого раза, – как ни в чем не бывало продолжал Тутитам.

– Вы, вероятно, знаете, что обычно на территории «Хогварца» аппарировать невозможно. Однако директор снял заклятие, всего на один час и в пределах Большого зала, чтобы вы могли попрактиковаться. Подчеркну: проникнуть за стены зала нельзя и с вашей стороны было бы крайне неблагоразумно попробовать это сделать.

– А теперь я бы попросил вас разойтись – так, чтобы перед каждым оказалось футов пять свободного пространства.

Ребята зашумели, задвигались, наталкиваясь друг на друга и сражаясь за места. Завучи расхаживали между учениками, переставляли их, унимали споры.

– Гарри, куда это ты? – крикнула Гермиона.

Гарри не ответил. Он быстро пробирался сквозь ряды соучеников – мимо профессора Флитвика, который, что-то пища, расставлял равенкловцев, боровшихся за место впереди; мимо профессора Спаржеллы, ловко выстраивавшей хуффльпуффцев в линейку. Наконец, обогнув Эрни Макмиллана, Гарри оказался позади всех, прямо за Малфоем. Тот, пользуясь всеобщей суматохой, с воинственным видом спорил с Краббе, который стоял в пяти футах от него.

– Не знаю, сколько еще, ясно? – огрызнулся Малфой, не догадываясь, что у него за спиной стоит Гарри. – Все идет медленней, чем я думал.

Краббе открыл рот, но Малфой и так догадался, что он хочет сказать.

– Зачем, тебя не касается, Краббе, вы с Гойлом должны делать, что велено! Стойте на стреме и все!

– А я всегда объясняю друзьям, почему они должны стоять на стреме, – сказал Гарри негромко, но так, чтобы Малфой услышал.

Малфой крутанулся на месте, его рука взметнулась к волшебной палочке, но тут все четверо завучей закричали: «Тихо!», и в зале воцарилась тишина. Малфой медленно повернулся лицом к инструктору.

– Спасибо, – поблагодарил Тутитам. – А сейчас…

Он взмахнул палочкой, и на полу перед каждым школьником появились старомодные деревянные кольца.

– При аппарировании важно помнить правило трех «Н»! – объявил Тутитам. – Направление, настрой, неспешность!

– Шаг первый: направьте все мысли на место, где хотите оказаться, – сказал инструктор. – В данном случае, на внутреннюю часть кольца. Прошу вас, состредоточьтесь.

Все украдкой оглянулись, проверяя, чем заняты остальные, а потом уставились на кольца. Гарри пристально смотрел на пыльный круг пола в деревянной раме, изо всех сил пытаясь не думать ни о чем другом. Выяснилось, что это невозможно – он не мог выкинуть из головы мысли о Малфое и о том, зачем ему нужны дозорные.

– Шаг второй, – продолжил Тутитам. – Настройтесь на необходимость оказаться в том месте, которое представляете! Пусть стремление попасть туда переполнит ваш мозг и распространится по всему телу!

Гарри покосился по сторонам. Слева от него Эрни Макмиллан так впивался глазами в кольцо, что его лицо побагровело; он как будто собирался снести яйцо размером с Кваффл. Гарри подавил смех и поскорей перевел взгляд на собственное кольцо.

– Шаг третий, – прокричал Тутитам, – только по команде… повернитесь на месте, прочувствуйте путь в никуда и, главное, двигайтесь неспешно! Итак, по команде… раз…

Гарри еще раз огляделся; многие явно испугались, что надо так сразу аппарировать.

– …два…

Гарри опять постарался сфокусироваться на кольце; он уже забыл, в чем заключается правило трех «Н».

– ТРИ!

Гарри крутанулся, потерял равновесие и чуть не упал. Но не он один. В Большом зале все вдруг зашатались; Невилль упал навзничь; зато Эрни Макмиллан, совершив нелепый пируэт, впрыгнул в кольцо и некоторое время стоял там с весьма важным видом, пока не заметил хохочущего Дина Томаса.

– Ничего, ничего, – сухо сказал Тутитам, видимо, ничего другого не ожидавший. – Поправьте кольца, пожалуйста, и вернитесь на исходную позицию…

Вторая попытка оказалась ничем не лучше первой. Третья – тоже; ничего впечатляющего. На четвертой вдруг раздался страшный вопль. Все в ужасе оглянулись и увидели, что Сьюзан Боунс из «Хуффльпуффа» кое-как держится в кольце, а ее левая нога стоит за пять футов от нее, там, откуда она переместилась.

Завучи устремились к ней; раздался громкий хлопок, и вырос клуб фиолетового дыма, который, рассеявшись, открыл взорам всхлипывающую Сьюзан. Ее нога вернулась на место, но бедняжка была страшно напугана.

– Расплинчивание, или отделение произвольных частей тела, – бесстрастно произнес Уилки Тутитам, – происходит при отсутствии должного настроя. Вы должны постоянно помнить о направлении, и двигаться не торопясь, неспешно… вот так.

Инструктор сделал шаг вперед и грациозно повернулся, расставив руки. Взметнулась роба, и он исчез, тут же появившись в задней части зала.

– Помните правило трех «Н», – сказал он, – и попробуйте еще раз… один… два… три…

Но и час спустя расплинчивание Сьюзан оставалось самым интересным событием всего занятия. Тутитама это нисколько не обескуражило. Застегнув плащ у горла, он невозмутимо промолвил:

– До следующей субботы, ребята, и не забывайте: назначение. Настрой. Неспешность.

С этими словами он взмахнул палочкой, убрал кольца и вместе с профессором Макгонаголл вышел из зала. Школьники сразу двинулись к выходу; в зале загудели голоса.

– У тебя получилось? – спросил Рон, подбегая к Гарри. – В последний раз я, кажется, что-то почувствовал – в ноге закололо.

– Наверно, кроссовки жмут, Вон-Вон, – произнес голос у них за спиной. Мимо, противно ухмыляясь, прошествовала Гермиона.

– А я ничего не почувствовал, – сказал Гарри, не обращая на нее внимания. – Но мне это сейчас безразлично…

– Что значит «безразлично»? – не поверил Рон. – Ты что, не хочешь научиться аппарировать?

– Да уж не мечтаю. Мне больше нравится летать, – признался Гарри и оглянулся через плечо, разыскивая взглядом Малфоя. Они вышли в вестибюль, и он убыстрил шаг. – Слушай, давай скорей, я хочу кое-что сделать…

Вместе с недоумевающим Роном он почти бегом вернулся в гриффиндорскую башню. На четвертом этаже их ненадолго задержал Дрюзг, который заблокировал дверь и отказывался пропускать школьников, пока они не подожгут собственные штаны, но Гарри и Рон попросту повернули обратно и прошли одним из проверенных коротких путей. Меньше, чем через пять минут они уже карабкались в дыру за портретом.