Чтение онлайн

Гарри не возражал, ему становилось легче от того, что, по крайней мере, Фред и Джордж считали мысль о том, что он — наследник Слизерина, весьма нелепой. Но это шутовство, похоже, раздражало Драко Малфоя, который мрачнел с каждым разом, как они попадались ему на глаза за этим занятием.

— Это потому, что его распирает от желания заявить, что на самом деле это он, — заявил со знанием дела Рон. — Вы же знаете, как он ненавидит проигрывать, а сейчас вся слава за его грязную работу досталась тебе.

— Ненадолго, — удовлетворённо сказала Гермиона. — Многосущное Зелье почти готово. Мы со дня на день добьемся от него правды.

Наконец семестр закончился, и тишина, глубокая, как снег на земле, опустилась на замок. Гарри она казалась скорее умиротворяющей, чем мрачной, и ему очень нравилось, что вся гриффиндорская башня была в распоряжении его, Гермионы и Уизли, что означало, что они могли шумно играть в Подрывного Дурака, не боясь кого-то побеспокоить, или без посторонних поупражняться в дуэльном искусстве. Фред, Джордж и Джинни предпочли остаться в школе, а не ехать в Египет в гости к Биллу с мистером и миссис Уизли. Перси, не одобрявший их, как он это называл, детское поведение, проводил мало времени в гостиной Гриффиндора. Он уже помпезно сообщил, что он — единственный, кто остался в школе на Рождество из-за своего долга как Префекта поддержать учителей в такое трудное время.

Наступило холодное светлое рождественское утро. Гарри и Рона, которые остались в спальне одни, очень рано разбудила Гермиона, ворвавшись к ним в спальню уже полностью одетой и с подарками в руках.

— Просыпайтесь, — громко сказала она, раздвигая занавески на окнах.

— Гермиона… тебе сюда нельзя, — сказал Рон, закрываясь от света.

— И тебе счастливого Рождества, — сказала Гермиона, бросив ему его подарок. — Я уже почти час как встала — добавила в зелье ещё немного златоглазок. Оно готово.

Гарри сел, неожиданно полностью отбросив сон.

— Ты уверена?

— Абсолютно, — сказала Гермиона, отодвигая крысу Коросту, чтобы сесть на краешке его кровати. — Если мы собираемся это сделать, то предлагаю сделать это сегодня.

В этот момент в комнату влетела Хедвига с маленьким свёртком в клюве.

— Привет! — радостно сказал Гарри, когда она приземлилась на его кровать, — ты снова общаешься со мной?

Она нежно щипнула его за ухо, и это было куда более приятным подарком, чем тот, что она принесла, который, как оказалось, был от Дёрсли. Они послали Гарри зубочистку и записку, с требованием выяснить, не может ли он остаться в Хогвартсе заодно и на летние каникулы.

Остальные рождественские подарки Гарри были куда приятнее. Хагрид прислал ему большую банку паточной помадки, которую Гарри решил размягчить перед огнем, прежде чем съесть; Рон подарил ему книгу под названием «Полеты с Пушками», в которой было много интересного о его любимой команде по Квиддитчу, а Гермиона подарила ему роскошное орлиное перо для письма. Гарри открыл последний подарок и обнаружил там новый связанный вручную свитер от миссис Уизли и большой сливовый пирог. Он взял её открытку с вновь нахлынувшим чувством вины, вспомнив машину мистера Уизли, которую не было видно со дня столкновения с Дракучей Ивой, и подумал о следующем разе, когда им с Роном предстояло нарушить правила.

Никто, даже те, кто замер в ужасном ожидании последующего приёма Многосущного Зелья, не мог не насладиться рождественским ужином в Хогвартсе.

Большой Зал выглядел великолепно. Помимо дюжины покрытых инеем ёлок и длинных гирлянд остролистa и омелы, развешанных под потолком, сверху падал заколдованный снег, сухой и тёплый. Дамблдор запел один из своих любимых рождественских гимнов. Хагрид хлопал всё громче и громче после каждого выпитого кубка с яичным ликером. Перси, который не заметил, что Фред заколдовал его значок Префекта так, чтобы тот гласил «Придурок», постоянно спрашивал, чего это они хихикают. Гарри было даже всё равно, что Малфой со слизеринского стола постоянно отпускал громкие мерзкие шуточки в адрес его нового свитера. Если им повезёт, Малфою придётся поплатиться уже через несколько часов.

Едва Гарри и Рон доели третью добавку рождественского пудинга, как Гермиона утащила их из Зала, чтобы окончательно всё решить с планом их действий на вечер.

— Вам ещё нужна частичка тех, в кого вы превратитесь, — сказала она так спокойно, словно посылала их в супермаркет за стиральным порошком. — Естественно, лучше всего достать что-нибудь от Крэбба и Гойла, они лучшие друзья Малфоя, им-то он всё расскажет. И ещё нам надо сделать так, чтобы настоящие Крэбб и Гойл не ворвались во время допроса.

Я всё придумала, — продолжала она, игнорируя ошеломлённые лица Рона и Гарри. Она показала два больших шоколадных пирожных. — Я наполнила их обычным Глотком Сна. Всё, что вам придётся сделать, это позаботиться, чтобы Крэбб и Гойл их нашли. Вы же знаете, какие они жадные, они обязаны их съесть. Как только они заснут, выдерните у них несколько волосков и затащите их в кладовку со швабрами.

Гарри и Рон скептически переглянулись.

— Гермиона, не думаю…

— Тут могут возникнуть неприятности…

Но в глаза у Гермионы был стальной блеск, сильно похожий на тот, который иногда был у профессора МакГонагалл.

— Без волос Крэбба и Гойла Зелье бесполезно, — строго сказала она. — Вы ведь хотите допросить Малфоя?

— Ну ладно, ладно, — сказал Гарри. — А что насчёт тебя? Чьи волосы ты выдерешь?

— У меня уже есть! — весело ответила Гермиона, вытаскивая из кармана маленькую бутылочку и показывая им волос внутри неё. — Помните Миллисент Булстроуд, с которой мы боролись в Клубе Дуэлянтов? Она оставила его на моей мантии, когда пыталась меня задушить! И она уехала на Рождество домой, так что мне всего лишь придётся сказать слизеринцам, что я решила вернуться.

Когда Гермиона убежала, чтобы снова проверить Многосущное Зелье, Рон повернулся к Гарри с выражением полной обречённости.

— Ты когда-нибудь видел план, у которого столько шансов провалиться?

Но, к крайнему удивлению Гарри и Рона, первый этап операции прошёл совершенно гладко, как и говорила Гермиона. После рождественского чаепития они прокрались в пустынный вестибюль, поджидая Крэбба и Гойла, которые остались за столом Слизерина в одиночестве и уплетали четвёртую добавку трюфеля. Гарри насадил шоколадные пирожные на концы перил. Когда Гарри и Рон заметили, что Крэбб и Гойл выходят из Большого Зала, то быстро спрятались за доспехами рядом с парадной дверью.

— Какими же тупыми надо быть, — исступленно прошептал Рон, когда Крэбб радостно показал Гойлу на пирожные и схватил их. Глупо ухмыляясь, они целиком засунули пирожные в свои большие рты. С выражением триумфа на лицах с минуту они жадно жевали. А затем, с тем же выражением на лицах, они оба рухнули на пол.

Труднее всего оказалось спрятать их в кладовке на другой стороне зала. Когда они были надёжно усажены между вёдрами и швабрами, Гарри выдернул несколько щетинок, покрывавших лоб Гойла, а Рон вытащил несколько волосков из головы Крэбба. Ещё они украли обувь, потому что их собственная была слишком маленькой для Крэбба и Гойла. Затем, всё ещё в шоке от того, что они только что сделали, они понеслись в туалет Плаксы Миртл.