Чтение онлайн

Плакса Миртл рыдала ещё громче и сильнее, чем раньше, если это вообще было возможно. Похоже, она пряталась в той же кабинке, где и всегда. В туалете было темно, свечи погасли из-за огромного потока воды, которая намочила ещё и стены.

— Что случилось, Миртл? — спросил Гарри.

— Кто это? — отчаянно пробурчала Миртл. — Пришли ещё чем-нибудь в меня кинуть?

Гарри практически вброд прошёл к её кабинке и спросил:

— Зачем мне в тебя чем-то кидать?

— Не спрашивайте меня, — закричала Миртл, вылезая с новой волной воды, затопляя ещё не просохший пол. — Вот я сижу, занимаюсь своими делами, а кто-то решает, что будет весело кинуть в меня книгой…

— Но тебе ведь не будет больно, если кто-нибудь что-нибудь в тебя кинет, — справедливо заметил Гарри. — Оно ведь просто пройдёт сквозь тебя.

Он явно сказал лишнее. Миртл набрала воздуха и завизжала:

— Давайте все кидать книги в Миртл, она ведь ничего не почувствует! Десять очков, если попадёшь ей в живот! Пятьдесят очков, если попадёшь в голову! Что ж, ха-ха-ха! Какая, по-моему, непрекрасная игра!

— А кто её в тебя кинул? — спросил Гарри.

— Не знаю… Я сидела в трубе и думала о смерти, а она пролетела прямо через мою голову, — ответила Миртл, мрачно взглянув на них. — Она вон там, её вынесло с потоком.

Гарри и Рон посмотрели под раковину, куда показывала Миртл. Там лежала маленькая тонкая книжка в потёртой чёрной обложке, мокрая, как и всё вокруг в туалете. Гарри наклонился, собираясь её поднять, но Рон выставил руку, останавливая его.

— Ну что? — сказал Гарри.

— Ты с ума сошёл? — спросил Рон. — Она же может быть опасной.

— Опасной? — смеясь, сказал Гарри. — Да ладно, как она может быть опасной?

— Ещё как может, — сказал Рон, с опаской глядя на книгу. — Министерство конфисковало кое-какие книги… папа рассказывал… там была одна, которая выжигала глаза. А все, кто читал «Колдовские куплеты», говорили лимериками до конца своих дней. А у одной старой ведьмы из Бата была книга, которую невозможно было перестать читать! Приходилось ходить, уткнувшись в неё, и делать всё одной рукой. А…

— Ладно-ладно, я понял, — сказал Гарри.

Маленькая книга лежала на полу, невзрачная и сырая.

— Ну, мы ничего узнаем, пока не посмотрим, что в ней, — сказал он, перегнувшись через Рона и подняв её с пола.

Гарри сразу увидел, что это был дневник, а выцветший год на обложке подсказал ему, что ему было пятьдесят лет. Он с нетерпением открыл его. На первой странице он смог с трудом разобрать лишь имя, написанное размытыми чернилами: «Т.М. Риддл».

— Погоди-ка, — сказал Рон, осторожно приближаясь и заглядывая Гарри через плечо. — Я знаю это имя… Т.М. Риддл получил Награду за Особые Заслуги перед Школой пятьдесят лет назад.

— Ты-то откуда знаешь? — удивлённо спросил Гарри.

— А оттуда, что Филч заставлял меня полировать это щит чуть ли не пятьдесят раз по время наказания, — возмутился Рон. — Это был один из тех, на которых я нарыгал слизней. Если бы ты целый час оттирал слизь с одного имени, ты бы его тоже запомнил.

Гарри разлепил мокрые страницы. Они были абсолютно чисты. Не было даже намёка на надпись, ни «день рождения тётушки Мэйбл», ни даже «дантист, полчетвёртого».

— Он в нём никогда не писал, — разочарованно сказал Гарри.

— Интересно, зачем кому-то смывать его в унитаз? — полюбопытствовал Рон.

Гарри перевернул книгу и увидел название газетного киоска с адресом Воксхолл Роуд, Лондон.

— Наверное, он был магглорожденным, — задумчиво сказал Гарри, — раз купил дневник на Воксхолл Роуд…

— Ну, тебе он уже вряд ли пригодится, — сказал Рон. Он понизил голос. — Пятьдесят очков, если попадёшь в нос Миртл.

Однако Гарри положил дневник в карман.

В начале февраля Гермиона вышла из больницы без усов, хвоста и шерсти. В первый же вечер её возвращения в гриффиндорскую башню Гарри показал ей дневник Т.М. Риддла и рассказал, как они его нашли.

— Ууу, у него могут быть какие-то скрытые силы, — воодушевилась Гермиона, взяв дневник и рассматривая его.

— Если и есть, то он очень хорошо их скрывает, — сказал Рон. — Наверное, стесняется. Не знаю, почему ты его не выкинул, Гарри.

— Хотел бы я знать, кто на самом деле пытался его выкинуть, — ответил Гарри. — И неплохо было бы также выяснить, за что Риддл получил свою Награду за Особые Заслуги перед Хогвартсом.

— Да за что угодно, — сказал Рон. — Может, он получил тридцать С.О.В. или спас учителя от гигантского спрута. Может, он убил Миртл, оказав всем огромную услугу…

По выражению лица Гермионы Гарри понял, что она подумала о том же, о чём и он.

— Что такое? — спросил Рон, переводя взгляд с одного на другого.

— Ну, Тайную Комнату открывали пятьдесят лет назад, — сказал он. — Так сказал Малфой.

— Да… — медленно произнёс Рон.

— И этому дневнику пятьдесят лет, — сказала Гермиона, радостно постучав по нему.

— И что?

— Да очнись же, Рон, — бросила Гермиона. — Мы знаем, что человека, который открыл Тайную Комнату, исключили из школы пятьдесят лет назад. Мы знаем, что Т.М. Риддл получил награду за особые заслуги перед школой пятьдесят лет назад. А что, если Риддл получил её за то, что поймал наследника Слизерина? Возможно, его дневник всё нам расскажет: где находится Тайная Комната, как её открыть и что за существо в ней обитает. Человеку, который стоит за этими нападениям, явно бы не хотелось, чтобы эта штука где-то валялась.

— Гениальная теория, Гермиона, — сказал Рон, — но в ней есть одна малюсенькая загвоздочка. В дневнике ничего не написано.

Но Гермиона уже доставала из сумки волшебную палочку.

— Должно быть, это невидимые чернила! — прошептала она.

Она постучала по дневнику палочкой три раза и произнесла: «Апарециум!»

Ничего не произошло. Ничуть не разочаровавшись, Гермиона снова запустила руку в сумку и извлекла оттуда что-то похожее на светло-красный ластик.

— Это Проявитель, на Диагон Аллее купила, — сказала она.

Она сильно потёрла «Первое января». Ничего не произошло.

— Да говорю же вам, ничего там нет, — сказал Рон. — Просто Риддлу подарили дневник на Рождество, и он даже не потрудился что-нибудь в нём написать.

Даже самому себе Гарри не мог объяснить, почему он просто не выбросил дневник Риддла. Суть была в том, что хотя он знал, что дневник был пуст, он снова и снова, словно в трансе, брал его и перелистывал страницы, будто это был рассказ, который он хотел дочитать. И хотя Гарри был уверен, что никогда раньше не слышал имени Т.М. Риддла, казалось, оно всё равно что-то для него значит, почти как если бы Риддл был для него другом из далёкого детства, которого он почти забыл. Но это был бред. До Хогвартса у него не было друзей, об этом позаботился Дадли.

Тем не менее, Гарри очень хотел больше узнать о Риддле, поэтому на следующий же день на перемене он пошёл в трофейную, чтобы взглянуть на особую награду Риддла, в сопровождении заинтригованной Гермионы и сомневающегося Рона, объявившего по дороге, что он насмотрелся на трофейную на всю оставшуюся жизнь.

Отполированную золотую награду-щит Риддла перенесли в шкаф в углу комнаты. На ней не было написано, за что он её получил («Ну и ладно, а то она была бы ещё больше, и я бы до сих пор её полировал», — сказал Рон). Однако они нашли имя Риддла на старой медали «За магические заслуги» и в списке предыдущих Старост.