Чтение онлайн

–  Послушай, Эванс, не заставляй меня с тобой сражаться, - серьезно сказал Джеймс.

–  Тогда расколдуй его!

Джеймс тяжело вздохнул, повернулся к Снеггу и пробормотал контрзаклятие.

–  Ну вот, - сказал он, когда Снегг вновь с трудом поднялся на ноги, - тебе повезло, что Эванс оказалась поблизости, Нюниус…

–  Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок! Лили прищурилась.

–  Прекрасно, - спокойно сказала она.
– В следующий раз я не стану вмешиваться. Кстати, на твоем месте я бы постирала подштанники, Нюниус.

–  Извинись перед Эванс!
– заорал Джеймс, угрожающе направив на Снегга палочку.

–  Я не хочу, чтобы ты заставлял его извиняться!
– закричала Лили, обращаясь к Джеймсу.
– Ты ничем не лучше его!

–  Что?
– взвизгнул Джеймс.
– Да я никогда в жизни не называл тебя… сама знаешь кем!

–  Ходить лохматым, как будто минуту назад свалился с метлы, выпендриваться с этим дурацким снитчем, шляться по коридорам и насылать заклятия на всех, кто тебе не нравится, только потому, что ты от природы… Непонятно, как твоя метла еще поднимает в воздух твою чугунную башку! Меня от тебя тошнит!

Она круто развернулась и быстро зашагала прочь.

–  Эванс!
– крикнул Джеймс ей вслед.
– Погоди, Эванс!

Но она так и не обернулась

–  Какая муха ее укусила?
– сказал Джеймс, безуспешно пытаясь сделать вид, что ответ на этот вопрос его вовсе не интересует.

–  Сдается мне, она считает тебя немножко зазнайкой, дружище, - сказал Сириус.

–  Ну ладно.
– В голосе Джеймса зазвенела обида.
– Ладно же…

Опять вспыхнул яркий свет, и Снегг снова повис в воздухе вниз головой.

–  Кто хочет посмотреть, как я сниму с Нюниуса подштанники?

Но Гарри так и не узнал, выполнил ли Джеймс свою угрозу. Кто-то словно щипцами сжал ему руку чуть повыше локтя. Едва не вскрикнув от боли, Гарри обернулся - и, к своему величайшему ужасу, увидел позади себя другого, взрослого Снегга с побелевшим от ярости лицом.

–  Развлекаетесь?

Гарри почувствовал, что его поднимают в воздух; летний день вокруг него растаял, как дымка. Он летел вверх сквозь ледяную тьму, и рука Снегга по-прежнему не отпускала его. Потом у Гарри на секунду захватило дух, как после головокружительного сальто-мортале, его ноги ударились о каменный пол снегговского подземелья и он снова очутился в сегодняшнем дне, рядом с Омутом памяти, стоящим на столе в полутемном кабинете преподавателя зельеварения.

–  Итак, - сказал Снегг, сжимая руку Гарри так крепко, что она начала неметь.
– Итак… вам понравилось, Поттер?

–  Н-нет, - ответил Гарри, пытаясь высвободить руку. Ему стало страшно: губы у Снегга дрожали, лицо побелело, зубы оскалились.

–  Приятным человеком был твой отец, правда?
– сказал Снегг, встряхнув Гарри так сильно, что у того очки съехали на нос.

–  Я… я не…

Снегг изо всей силы оттолкнул его от себя. Гарри упал и больно ударился о каменный пол.

–  Не вздумай рассказать кому-нибудь о том, что ты видел!
– прорычал Снегг.

–  Нет-нет, - пробормотал Гарри, поднимаясь на ноги и стараясь держаться от Снегга как можно дальше.
– Конечно, я никому…

–  Вон отсюда! И чтоб духу твоего здесь больше не было!

Гарри опрометью кинулся к двери, и у него над головой лопнула банка с сушеными тараканами. Он рывком распахнул дверь и бросился бежать по коридору. Остановился он только тогда, когда между ним и Снеггом пролегли три этажа. Тяжело дыша, он прислонился к стене и стал растирать руку, на которой обещал вскочить огромный синяк.

У него не было никакого желания возвращаться в Гриффиндорскую башню так рано и рассказывать Рону и Гермионе о своем приключении.

Гарри был страшно расстроен и выбит из колеи вовсе не потому, что на него накричали и швырнули ему вслед банку с тараканами. Дело было в том, что он знал, каково это, когда тебя унижают на глазах у посторонних. Он точно знал, что чувствовал Снегг, когда его отец издевался над ним, и, если судить по увиденному им в Омуте памяти, Снегг отнюдь не преувеличивал, называя его отца высокомерным хвастуном и позером.

–  Но почему ты больше не ходишь на уроки окклюменции?
– нахмурившись, спросила Гермиона.

–  Я же тебе говорил, - пробормотал Гарри.
– Снегг считает, что теперь, когда основы изучены, я могу продвигаться дальше самостоятельно.

–  Значит, тебе уже не снятся странные сны?
– скептически поинтересовалась Гермиона.

–  Практически нет, - сказал Гарри, пряча глаза.

–  А по-моему Снегг не имеет права прекращать уроки, пока ты не научишься контролировать свои сны целиком и полностью!
– негодующе воскликнула Гермиона.
– Я считаю, что ты должен пойти к нему и спросить…

–  Нет, - решительно сказал Гарри.
– Давай поговорим о чем-нибудь другом, ладно?

Был первый день пасхальных каникул, и Гермиона, по своему обыкновению, провела большую его часть, составляя расписание подготовки к экзаменам для всех троих. Гарри и Рон не мешали ей: это было проще, чем ввязываться в спор. К тому же плоды ее трудов могли и вправду им пригодиться.

Рон с ужасом обнаружил, что до экзаменов осталось всего полтора месяца.

–  Как ты мог об этом забыть?
– требовательно спросила Гермиона, дотрагиваясь своей палочкой до расписания Рона. От ее прикосновений квадратики на расчерченном листе пергамента по очереди вспыхивали разными цветами в зависимости от предмета, которому они соответствовали.

–  Не знаю, - ответил Рон.
– Так много всего происходило…

–  Ладно, держи, - сказала она, протягивая ему расписание.
– Готовься по нему, и все у тебя будет в порядке.

Рон мрачно поглядел на пергамент, но потом его лицо прояснилось.

–  Ты отвела мне по одному свободному вечеру на каждой неделе!

–  Это для тренировок по квиддичу - сказала Гермиона.

Улыбка Рона увяла.

–  Какой в этом смысл?
– угрюмо сказал он.
– В этом году у нас столько же шансов выиграть Кубок по квиддичу, сколько у моего отца - стать министром магии.

Гермиона ничего не ответила: она смотрела на Гарри, который невидящим взглядом уставился в противоположную стену гостиной, хотя Живоглот царапал его руку, требуя, чтобы ему почесали за ухом.

–  Что с тобой, Гарри?

–  Со мной? Ничего, - поспешно ответил он.

Схватив книгу «Теория защитной магии», он притворился, будто ищет что-то в указателе. Живоглот, решив, что бессмысленно тратить на него время, скользнул прочь под стулом Гермионы.

–  А я сегодня видела Чжоу, - осторожно сказала Гермиона.
– Она тоже была очень расстроена. Вы что, снова поссорились?