Чтение онлайн

–  Волшебники, видимо, суют свой нос во все!
– Петунья побледнела теперь так же сильно, как перед этим вспыхнула.
– Уродка!
– бросила она в лицо сестре и метнулась к родителям…

Сцена снова переменилась. Снегг шел торопливым шагом по коридору «Хогвартсэкспресса», мчавшегося через сельский ландшафт. Он уже переоделся в школьное платье, наверное, воспользовался первой же возможностью отделаться от своей уродливой магловской одежды. Снегг остановился перед купе, где болтали между собой несколько шумных мальчишек. В уголке у окна сидела Лили, прижав лицо к оконному стеклу.

Снегг проскользнул в купе и сел напротив. Она взглянула на него и снова отвернулась К окну. Она плакала.

–  Я с тобой не разговариваю, - сказала она сдавленным голосом.

–  Почему?

–  Тунья меня ненавидит. За то, что мы прочли письмо от Дамблдора.

–  И что?

Она посмотрела на него с глубоким отвращением:

–  А то, что она моя сестра!

–  Она всего лишь… - Снегг вовремя остановился. Лили, занятая тем, как бы незаметно утереть слезы с глаз, его не услышала.
– Но мы ведь едем!
– Он не мог скрыть ликования в голосе.
– Мы едем в Хогвартс!

Она кивнула сквозь слезы и невольно улыбнулась.

–  Тебе лучше поступать в Слизерин, - сказал Снегг, ободренный этим проблеском.

–  В Слизерин?

Один из мальчиков, сидевших в купе, который до сих пор не обращал на Лили и Снегга никакого внимания, теперь уставился на них. Гарри, до этого не замечавший никого, кроме пары у окна, узнал своего отца: худенький, черноволосый, как и Снегг, но совсем другой. По какимто неуловимым признакам было сразу видно, что об этом мальчике заботятся, его любят и носят на руках - так же как по Снеггу было заметно, что с ним все обстоит наоборот.

–  Кто это тут хочет в Слизерин? Да я бы сразу из школы ушел, а ты?
– спросил Джеймс мальчика, сидевшего напротив. Гарри вздрогнул, узнав в нем Сириуса. Тот не улыбнулся.

–  Вся моя семья училась в Слизерине, - сказал он.

–  Елкипалки!
– воскликнул Джеймс.
– А ты мне показался таким приличным человеком!

Сириус усмехнулся:

–  Возможно, я нарушу семейную традицию. А ты куда собираешься, если тебе позволят выбирать?

Джеймс поднял невидимый меч.

–  Гриффиндор, славный тем, что учатся там храбрецы. Как мой отец.

Снегг презрительно фыркнул. Джеймс обернулся к нему:

–  Тебе это не нравится?

–  Да нет, почему?
– ответил Снегг, хотя его фырканье было недвусмысленным ответом.
– Если кто предпочитает быть храбрецом, чем умником…

–  А тыто куда пойдешь, если ты ни то, ни другое?
– вмешался Сириус.

Джеймс расхохотался. Лили сидела прямо, вся красная, и переводила неприязненный взгляд с Джеймса на Сириуса.

–  Северус, пойдем поищем другое купе.

–  Оооо…

Джеймс и Сириус передразнили ее высокомерный тон. Джеймс попытался поставить Снеггу подножку.

–  До скорого, Нюниус!
– раздалось из купе, когда дверь захлопывалась.

И сцена снова переменилась…

Гарри стоял за спиной Снегга перед освещенными множеством свечей столами факультетов, глядя на длинные ряды взволнованных лиц. Профессор Макгонагалл произнесла:

–  Эванс, Лили!

Он видел, как его мать на дрожащих ногах вышла вперед и села на расшатанный табурет. Профессор Макгонагалл надела ей на голову Распределяющую шляпу. Едва коснувшись темнорыжих волос, Шляпа провозгласила:

–  Гриффиндор!

Гарри слышал, как у Снегга вырвался тихий стон. Лили сняла Шляпу, протянула ее профессору Макгонагалл и заспешила к весело аплодирующим гриффиндорцам. Проходя мимо, она с грустной улыбкой оглянулась на Снегга. Гарри видел, как Сириус подвинулся, давая ей место на скамье. Она взглянула на него, узнала соседа по купе и решительно повернулась к нему спиной.

Перекличка продолжалась. Гарри видел, как Люпин, Петтигрю и его отец присоединились к Лили и Сириусу за столом Гриффиндора. Наконец, когда ожидающих распределения оставалась лишь небольшая кучка, профессор Макгонагалл произнесла фамилию Снегга.

Гарри вместе с ним пошел к табурету и смотрел, как он надевает шляпу.

–  Слизерин!
– объявила Шляпа.

И Северус Снегг отправился на другую сторону Большого зала, прочь от Лили, к приветствующим его слизеринцам. Люциус Малфой со сверкающим значком старосты на груди похлопал его по спине и усадил рядом с собой…

Сцена переменилась…

Лили и Снегг шли по двору замка, горячо споря о чемто. Гарри заспешил к ним, чтобы послушать. Подойдя ближе, он заметил, насколько выше они стали. Видимо, с распределения прошло несколько лет.

–  Я-то думал, мы друзья, - говорил Снегг.
– Лучшие друзья.

–  Мы и есть друзья, Сев, но мне не нравятся люди, с которыми ты связался. Прости, но я не выношу Эйвери и Мальсибера. Малъсибер! Ну что ты в нем нашел, Сев? Он же подонок! Ты знаешь, что он на днях пытался сделать с Мэри Макдональд?

Лили остановилась у колонны и прислонилась к ней, глядя в худое, бледное лицо.

–  Да ерунда это, - сказал Снегг.
– Он хотел просто посмеяться, и все..

–  Это Темная магия, и если ты считаешь, что это смешно…

–  Ну а то, чем занимаются Поттер и его дружки?
– спросил Снегг. Щеки у него порозовели при этих словах, он был не в силах сдержать досаду.

–  При чем тут Поттер?
– сказала Лили.

–  Они где-то шляются по ночам. И с Люпином этим чтото странное творится. Куда это он постоянно уходит?

–  Он болен, - ответила Лили.
– Говорят, он очень болен.

–  Ага, заболевает каждый месяц в день полнолуния?

–  Я знаю твою теорию, - холодно откликнулась Лили.
– Но почему это тебя так волнует? Тебето какое дело, чем они занимаются по ночам?

–  Я просто хочу показать тебе, что не такие уж они замечательные, какими их, похоже, все считают.

Лили покраснела под его настойчивым взглядом.

–  По крайней мере они не применяют Темную магию.
– Лили понизила голос.
– А ты просто неблагодарный. Я знаю, что случилось прошлой ночью. Ты полез в тот туннель под Гремучей ивой, и Джеймс Поттер спас тебя от того, что там подстерегало…

Лицо Снегга исказилось, теперь он захлебывался словами:

–  Спас? Спас? Думаешь, он разыгрывал героя? Он спасал свою шею и своих друзей! Ты ведь не… Я… Я тебе не позволю…