Чтение онлайн

–  Я думаю, Гарри прав, - тихо сказала Гермиона.

–  От этой палочки больше тревог, чем толку, - сказал Гарри.
– А я, честно говоря, - он отвернулся от портретов и думал сейчас только о кровати с пологом, ждавшей его в башне Гриффиндора, и о том, сможет ли Кикимер принести ему туда бутербродов, - сыт тревогами до конца жизни.

Девятнадцать лет спустя

Осень в этом году настала как-то внезапно. Утро первого сентября было золотым и похрустывающим, как яблоко. Когда маленькая семья пробиралась по шумной дороге к огромному дымному вокзалу, выхлопы машин и дыхание прохожих блестели в холодном воздухе, как нити паутины. Родители толкали перед собой по нагруженной тележке с громыхающей поверх остальных вещей большой клеткой. Совы в клетках возмущенно ухали. Рыжеволосая девочка, чуть не плача, плелась позади братьев, крепко вцепившись в отцовскую руку.

–  Погоди, осталось недолго, скоро и ты поедешь, - сказал ей Гарри.

–  Два года, - всхлипнула Лили.
– А я хочу сейчас!

Пассажиры с любопытством глазели на сов, пока семейство двигалось к разделительному барьеру между девятой и десятой платформой. Сквозь окружающий шум до Гарри донесся голос Альбуса - его сыновья продолжали спор, начатый в машине.

–  Не буду! Не буду я в Слизерине!

–  Джеймс, прекрати!
– сказала Джинни.

–  Да я только сказал, что он может попасть в Слизерин.
– Джеймс улыбнулся младшему брату.
– Что тут такого? Он правда может попасть в Сли…

Но мать бросила на него такой взгляд, что Джеймс замолчал. Пятеро Поттеров подошли к барьеру. Самодовольно покосившись через плечо на младшего брата, Джеймс взял у матери тележку и побежал вперед. Спустя мгновение он исчез из виду.

–  Вы мне будете писать?
– тут же спросил Альбус родителей, пользуясь отсутствием старшего брата.

–  Каждый день - хочешь?
– спросила Джинни.

–  Нет, каждый день не надо, - поспешно сказал Альбус.
– Джеймс говорит, что большинство ребят получают письма из дома примерно раз в месяц.

–  В прошлом году мы писали Джеймсу три раза в неделю, - сказала Джинни.

–  Ты, пожалуйста, не верь всему, что он наговорит тебе о Хогвартсе, - добавил Гарри.
– Твой братец любит шутить.

Все вместе они толкали вперед вторую тележку, набирая скорость. У самого барьера Альбус вздрогнул, но столкновения не произошло. Семья просто вдруг оказалась на платформе девять и три четверти, окутанной густыми клубами белого пара от яркоалого «Хогвартсэкспресса». Повсюду в тумане виднелись неясные фигуры, и Джеймс уже исчез среди них.

–  Где они?
– с тревогой спросил Альбус, глядя на туманные очертания, мимо которых они проходили.

–  Мы их найдем, - успокоила его Джинни.

Но разобрать лица в густом дыму было трудно. Голоса, чьих обладателей было не видно, звучали неестественно громко. Гарри показалось, что он слышит голос Перси, во всю глотку рассуждающего о правилах полета на метлах, и он был рад, что в тумане не обязательно останавливаться и здороваться…

–  Ал, вот они, помоему, - вдруг сказала Джинни.

Из тумана возникла группа людей, стоящих у последнего вагона. Лишь подойдя совсем близко, Гарри, Джинни, Лили и Альбус смогли ясно увидеть их лица.

–  Привет!
– сказал Альбус с огромным облегчением в голосе.

Роза, уже переодетая в новехонькую с иголочки форму Хогвартса, встретила его сияющей улыбкой.

–  Ну что, припарковался нормально?
– спросил Рон Гарри.
– Я - да. Гермиона не могла поверить, что я сдам на магловские права. Она думала, что мне придется применить Конфундус к инструктору.

–  Неправда, - сказала Гермиона.
– Я в тебе нисколько не сомневалась.

–  Вообщето я действительно применил к нему Конфундус, - шепотом сказал Рон Гарри, когда они вместе поднимали в вагон чемодан и сову Альбуса.
– Я просто забыл, что надо смотреть в боковое зеркало - по правде говоря, я могу с тем же успехом применить заклятие Сверхчувствительности.

Вернувшись на платформу, они застали Лили и Хьюго, младшего брата Розы, за оживленным спором о том, в какой факультет их распределят, когда они наконец поедут в Хогвартс.

–  Если ты попадешь не в Гриффиндор, мы лишим тебя наследства, - сказал Рон.
– Так что делай свой свободный выбор.

–  Рон!

Лили и Хьюго засмеялись, а Альбус и Роза сохраняли торжественную серьезность.

–  Он просто шутит, - хором сказали Гермиона и Джинни, но Рон уже не слушал. Поймав взгляд Гарри, он кивком указал на три фигуры ярдах в пятидесяти от них. Пар в эту минуту рассеялся, и маленькую группу было отчетливо видно.

–  Смотри, кто там стоит!

Это был Драко Малфой с женой и сыном, в наглухо застегнутом черном пальто. Надо лбом у него уже появились залысины, и от этого вытянутый подбородок казался еще длиннее. Сын был похож на отца не меньше, чем Альбус на Гарри. Драко заметил смотрящих на него Гарри, Рона, Гермиону и Джинни, коротко кивнул им и отвернулся.

–  А это, стало быть, маленький Скорпиус, - полушепотом сказал Рон.
– Ты должна одерживать над ним верх на каждом экзамене, Роза. Слава богу, умом ты пошла в маму!

–  Рон, прошу тебя, - сказала Гермиона полушутливополусерьезно.
– Дети еще и в школуто не пошли, а ты уже натравливаешь их друг на друга!

–  Ты права, дорогая, - ответил Рон, однако удержаться не мог.
– Но ты всетаки не дружи с ним оченьто, Роза. Дедушка Уизли не простит тебе, если ты выйдешь замуж за чистокровку!

–  Привет!

Это вернулся Джеймс. Он уже отделался от чемодана, совы и тележки и явно горел желанием сообщить новость.

–  Там Тедди, - запыхавшийся Джеймс показывал через плечо назад, в густые клубы дыма.
– Я его только что видел! Знаете, что он делает? Целуется с Мари-Виктуар!
– Мальчик был явно разочарован сдержанной реакцией взрослых.
– Наш Тедди! ТеддиЛюпин! Целуется с нашей Мари-Виктуар! Нашей двоюродной сестрой! Я спросил Тедди, что он тут делает…

–  Ты им помешал?
– сказала Джинни.
– Ох, Джеймс, до чего же ты похож на Рона!

–  …а он сказал, что пришел ее проводить! А потом сказал, чтобы я катился отсюда! Он с ней целовался!
– добавил Джеймс, словно опасаясь, что его не поняли.

–  Вот будет здорово, если они поженятся, - восторженно прошептала Лили.
– Тогда Тедди правда будет членом нашей семьи.

–  Он и так обедает у нас четыре раза в неделю, - заметил Гарри.
– Почему бы нам просто не пригласить его жить у нас, и дело с концом?

–  Да!
– с энтузиазмом откликнулся Джеймс.
– Я не против жить с Алом в одной комнате, а мою можно отдать Тедди.