Чтение онлайн

Этот мужчина из Волчьей Стаи — татуировка на его шее изображает волка, — так что предупредительный выстрел ни к чему хорошему не приведет. Я не колеблюсь, но намеренно наношу рану, выводящую из строя, а не смертельный выстрел. Мужчина издает испуганный, возмущенный возглас и падает в сторону, мотоцикл приземляется на него сверху.

Хэм идет забрать оружие мужчины (у него есть дробовик и пара ножей), в то время как я своим ножом вспарываю шины его мотоцикла.

Он не смог бы последовать за нами, даже если бы был в пригодном для этого состоянии. Он не знает, откуда мы, и мы скроемся из виду прежде, чем он успеет поднять свою задницу.

Удовлетворенная тем, что ситуация разрешилась, я жестом приказываю Хэму продолжать движение. Мы идем быстро. Еще не стемнело, но горизонт окрашивается в грязно-оранжевый цвет.

По выражению лица Хэма я понимаю, что он обеспокоен и расстроен, и это подтверждается, когда он наконец говорит:

— Джек меня выгонит.

— Нет, не выгонит. Ты отлично справился. Мы позаботились о проблеме.

— Но его подстрелила ты. Это должен был сделать я. Я не заметил татуировку, пока не стало слишком поздно. Я не должен был подпускать его настолько близко, чтобы он мог что-то сказать.

Вероятно, это правда. Хэму необходимо научиться быстро распознавать возможные угрозы и реагировать на них. Джексон сбил бы парня с байка прежде, чем тот успел бы вымолвить хоть слово. Но тем не менее… Хэму всего семнадцать. Он еще учится.

— Это утро было моим предупреждением, — продолжает Хэм. — Ты же знаешь, Джек дает нам только одно. А потом мы уходим.

— Но здесь ты ни в чем не облажался. Мы справились без каких-либо проблем. Я уверена, Джексон отчитает тебя за то, что ты действовал недостаточно быстро, но он тебя не выгонит.

Кто-то другой, возможно, попросил бы меня вмешаться, умолял помочь убедить Джексона позволить ему остаться. В конце концов, Джексон не является высшим авторитетом в Новой Гавани. Хэм, может, и работает под началом Джексона, но мы с Джексоном управляем этим местом вместе. Однако Хэм не просит меня о помощи. Он внутренне кипит (я вижу это по его лицу), но не ожидает, что я исправлю ситуацию.

Теперь я тоже немного волнуюсь. Джексон — упрямец, но обычно он не бывает неразумным. Кажется, ему искренне нравится большинство людей здесь, в Новой Гавани, и он усердно работает, чтобы обеспечить нашу безопасность. На протяжении пары лет у него даже была девушка. Они никогда не казались особенно нежными или романтичными, но они вместе ели и спали, пока пару лет назад Монику не убили при вылазке за припасами.

Но сегодня Хэм уже дважды не справился со своими обязанностями, так что неизвестно, что Джексон захочет сделать.

Мигель стоит у ворот, и он впускает нас, помахав рукой. Когда мы приближаемся к дому, Джексон, должно быть, заметил что-то в нашей осанке или походке, потому что он выходит из гаража нам навстречу.

— Что случилось? — спрашивает он, и его глаза быстро пробегают вверх-вниз по моему телу, прежде чем он переключается на Хэма.

Хэм не колеблется и не выдумывает объяснений. Он в простой, прямолинейной манере рассказывает Джексону о том, что произошло.

После пары фраз плечи Джексона напрягаются, и он поворачивается обратно, чтобы окинуть мое лицо и тело испытующим взглядом.

Но когда Хэм заканчивает объяснение, глаза Джексона прищуриваются, губы поджимаются.

В этот момент я задерживаю дыхание. Я не позволю Джексону вышвырнуть Хэма из Новой Гавани, но я действительно не хочу ссориться из-за этого. Выселение людей — одно из самых трудных решений, которое нам приходится принимать, и мы никогда раньше не спорили по этому поводу.

Джексон зол. Это для меня очевидно, хотя он еще не сказал ни слова. Он долго молчит, потом выдавливает:

— Иди в дом и собери свои вещи.

Я напрягаюсь и вижу, как меняется выражение лица Хэма.

Джексон продолжает.

— В обозримом будущем ты будешь спать в старом сарае. Тебе придется завоевать свое право вернуться в дом.

Я сипло выдыхаю, и Хэм издает сдавленный звук, когда его лицо искажается от ощутимого облегчения.

— Понял, — говорит он, бросая на меня быстрый взгляд, прежде чем снова повернуться к Джексону. — Этого больше не повторится.

— Уж постарайся. Сегодня вечером мы поговорим о том, что тебе следовало сделать лучше.

— Понял. Спасибо. Понял.

Хэм выглядит так, словно вот-вот расплачется от облегчения и благодарности, поэтому я говорю ему, чтобы он пошевеливался, так как ему нужно собрать свои вещи.

В доме есть две большие комнаты с двухъярусными кроватями. Мы продолжали добавлять кровати, сколько могли, и теперь в каждой по двенадцать коек. У нас также есть старый сарай, куда мы помещаем жильцов, не поместившихся в доме. Там не так уж удобно. Люди спят на раскладушках или кучах сена. Но Хэм прожил там полтора года, прежде чем в доме нашлось для него место, и он явно не жалуется на переезд обратно.

Он так боялся, что Джексон собирается его выгнать.

Честно говоря, я и сама не была уверена.

Джексон кричит ему в спину:

— Если бы ты хоть немного скрыл правду, тебя бы тут уже не было.

Хэм оборачивается, кивает в знак признательности, а затем продолжает путь к дому.

— Придурок, — бормочет Джексон, когда он оказывается вне пределов слышимости.

— Он не придурок. Он хороший парень.

— Он должен стараться лучше.

— Я знаю это, но он придет к этому. Ему всего семнадцать.

— Когда тебе было семнадцать, ты помогла мне расправиться с той бандой, которая напала на ферму, — его глаза не отрываются от моего лица.

Я притворно закатываю глаза, хотя воспоминание о той конкретной ночи — одно из худших в моей жизни. В ту ночь мы потеряли почти половину наших людей.

— Хэм тоже помог бы, если бы был здесь тогда. Мы делаем то, что должны, и когда должны. Хэм научится. Он уже прошел долгий путь. Он не создан для такого рода вещей. Для такого мира. Он не такой, как ты, но он неплохо справляется.

Я иду в сторону дома, усталая, голодная и готовая завершить этот день.

— Если бы он преодолел свою влюбленность в тебя, у него получалось бы лучше, — бормочет Джексон, шагая в ногу со мной. — Это бестолково и позорно.

Я начинаю спорить с его мнением, поскольку, честно говоря, не уверена, что Хэм вообще влюблен в меня. Но, похоже, это не стоит затраченных усилий, и мы все равно уже дошли до дома. Поэтому я оставляю эти слова без ответа и захожу внутрь.

Глава 2