Гаяна
Шрифт:
Зато любой гаянец, когда ему вздумается, мог запросить кибернетику заинтересованного учебного заведения и немедленно получить абсолютно объективную оценку и характеристику любого учащегося…
Таким путем ученые и научные или промышленные учреждения заранее отбирали для себя специалистов.
6
«Годы имеют большую скорость, нежели дни», - говорят на Гаяне.
Став астрофизиком, Юль получила возможность продолжать дело отца: заняться изучением свойств и взаимоотношения Пространства и Времени. Но с чего начинать?
По совету старших девушка приняла предложенную ей должность диспетчера дальних галактических полетов центрального космодрома и улетела на остров Уэл.
… Позывные «Юрия Гагарина», донесшиеся до Гаяны, подняли на ноги всю планету. Столько трагических галактических полетов и столько пропавших без вести в глубинах Вселенной! Каждому хотелось верить: возвращается кто-то из своих.
Очень скоро все выяснилось, и туманные надежды сменились удивлением. Слова «Земля», «Пито-Као», «Юрий Гагарин» и имена всех четырех посланцев далекой планеты стали самыми популярными на Гаяне.
Нашлось столько желающих увидеть их лично, что Народному Совету пришлось издать закон о ритуале встречи и программе пребывания землян на планете. Было объявлено, что земляне совершат путешествие, что они уже дали свое согласие, но и после этого более миллиона жителей отдаленных районов под разными предлогами прилетело в Тиунэлу.
Для Юль неожиданной радостью явилось поручение Совета познакомиться с экипажем «Юрия Гагарина» и руководить их прилетом…
Глава шестая
НА ОЗЕРЕ ЛЕЙ
1
На аэродроме Тиунэлы мы пробыли недолго. Юль беспокоилась, как бы нас не утомили, но надо сказать, что гаянцы безукоризненно владели собой.
Вдали показался белый гравитомобиль, с изящным прозрачным верхом. Толпа отступила, и мы догадались, что это за нами.
Вез нас веселый гаянец Рат. Он не без гордости говорил о машине:
– Это новинка, ани: я трудился над нею около двух лет. Внешне она напоминает старые гравитомобили, но принцип управления - новый. Здесь, если хотите, исполняются все ваши желания, - и почему-то повернулся ко мне: - Заходите, уважаемый долгожитель, прошу вас…
– Послушай, Рат, почему и Юль, и ты называете меня долгожителем?
– Так у нас принято обращаться к тем, кому больше пяти-шести столетий…
– Черт возьми!
– выругался я по-русски и продолжал по-гаянски: - Мне же нет и пятидесяти, ани.
Рат изумленно посмотрел на меня, не смея сомневаться в правдивости моих слов, но и с трудом веря.
– Полет оказался трудным?
– сочувственно спросил он, глянув на мою седину.
– Да нет, летели нормально…
Рат не нажимал кнопок, ничего не включал, не говорил, а машина взлетела и на небольшой скорости Стала набирать высоту.
– Дьявольщина!
– вполголоса произнес я, не найдя более достойного слова для восхищения.
Рат, ни черта не понявший, вежливо спросил:
– Ты что-то сказал?
– Кем ты работаешь, ани?
– Главным конструктором универсальных транспортных машин индивидуального пользования.
– Тогда объясни мне: где источник энергии для двигателя?
– Везде. У нас энергия передается на расстоянии, и вся планета покрыта оболочкой единой энергетической системы, точно атмосферой.
– А сама энергия?
– допытывался я.
– Мы добываем ее из вещества. Сперва пошли в ход горы и даже один хребет. Но стало жалко и, кроме того, необходима сложная защита от вредных излучений… Мы выбрали маленькую планету Миду - недалеко от нас.
– Планету?!.
– Да. Установили на ней автоматы, превращающие ее вещество в энергию, направленно излучаемую на Гаяну… У нас же на второй луне, построенной Лимом Роотом, имеется мощная приемная станция, она-то и включает эту энергию в распределительную сеть. Так, незаметно, мы съедаем эту безжизненную планету!
– засмеялся Рат.
– Но ее хватит на миллионы лет.
– Я все же не пойму, как ты управляешь машиной?
– Мысленно. Она телепатически воспринимает мое желание и исполняет его. Но если хочешь знать, - Рат повернулся ко мне и заговорил, все более увлекаясь, - у моего гравитомобиля выявился большой недостаток: он привыкает быстро к одному человеку и плохо слушается других…
– Ну это еще терпимо, - прервал я его.
– Чего же терпимого?
– махнул рукой Рат.
– Но я все же решу и эту задачу! Сперва нужно полностью изучить характер машины, ее поведение в разных условиях. Поэтому Народный Совет Гаяны разрешил выпустить пока лишь небольшую серию. Хочешь побывать на экспериментальном заводе?
– Очень хочу!
– Когда тебе разрешат, я прилечу.
– А кто должен разрешить?
– Врач Ле. Вы сейчас будете жить на берегу озера Лей, в доме, специально построенном для вас… Когда Ле убедится, что природа и климат Гаяны не противопоказаны жителям Земли, тогда и посетим наш завод.
2
Светло-синее озеро Лей - искусственный курорт. Гористый северный берег долго скрывал его от нас (мы летели на небольшой высоте), а потом сразу увидели по его краям красивые санатории - бледно-розовые, бирюзовые, нежно-голубые, золотистые, аквамариновые, ярко-синие и просто белые здания.
В небе над Леем кружились или висели в воздухе вертолеты, аэростаты, миниатюрные дирижабли, гравитомобили; повыше санаторники выполняли на авиэтках фигуры высшего пилотажа (возможно, прописанные им врачами?..).
Воздух оказался столь «населенным», что я не сразу заметил дирижабль, на открытой площадке которого стояло несколько любителей острых ощущений.
Мы пролетали мимо как раз в тот момент, когда пышноволосая девушка (или столетняя дама - разве на Гаяне угадаешь, да еще на расстоянии!) отчаянно ринулась вниз.
– Упала!
– вскрикнул я, хватаясь за подлокотники.
– Прыгнула… - уточнил Рат.
Верно: тонкий эластичный трос извивался за девушкой. Вскоре трос натянулся, а когда до воды осталось совсем немного и я был убежден, что девушка врежется в группу купающихся, трос спружинил и, видимо, стал накручиваться на барабан, скрытый в глубине дирижабля.
Скорость падения девушки замедлилась, она на секунду замерла над головами пловцов и… стремительно помчалась вверх, где ее подхватили заботливые руки веселых товарищей.