Чтение онлайн

Однако если мы обратимся к оригинальному тексту Киркенесской декларации о сотрудничестве в Баренцевом евроарктическом регионе на английском языке, то увидим, что во всех случаях там используется понятие “indigenous peoples”, т.е. “коренные народы”. Сам раздел так называется - “Indigenous peoples”. Сравним текст в означенном фрагменте на английском языке: “The Participants concerned reaffirmed their commitment to the rights of their indigenous peoples in the North in keeping with the objectives set out in Chapter 26 on Indigenous People of Agenda 21. They stated their commitment to strengthen the indigenous communities of the Region, and to ensure that the cooperation now being initiated will take the interests of indigenous peoples into consideration”.

Таким образом, с международно-юридической точки зрения российская сторона в лице тогдашнего министра иностранных дел Андрея Козырева исходила из трактовки понятия “коренное население”, данной Конвенцией МОТ №107 1957 г. (“Конвенция о защите и интеграции коренного и другого населения, ведущего племенной и полуплеменной образ жизни, в независимых странах”). А западные подписанты Декларации, в частности норвежцы, - из трактовки понятия “коренной народ”, данной Конвенцией МОТ №169 (“Конвенция о коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни, в независимых странах). Напомним, что в последнем случае под “коренным народом” понимаются потомки тех, “кто населял страну или географическую область, частью которой является данная страна, в период ее завоевания или колонизации или в период установления существующих государственных границ”. (ст.1. §1b). По сравнению с этим под “коренным населением” в принятой СССР Конвенции МОТ № 107 1957 г. понималось только население, “ведущее племенной или полуплеменной образ жизни” (ст.1. §1b).

Таким образом, наблюдается рассогласованность понятий, допущенная сторонами, подписавшими “Декларацию о сотрудничестве в Баренцевом евроарктическом регионе” в разделе о “коренном населении”/”коренных народах”, что недопустимо для международных документов о сотрудничестве. Более того, в русском тексте раздела Декларации о “Коренном населении” трижды допущено использование понятия “коренной народ”, на самом деле на тот момент еще не принятого в российском законодательстве, не принятого и до сих пор. Поэтому неправомерным для российской стороны выглядит обязательство в рассматриваемом разделе Декларации “обмениваться информацией о действующем и готовящемся законодательстве, регламентирующем положение коренных народов в своих странах”.

Итак, министр иностранных дел Российской Федерации Андрей Козырев в рассмотренных примерах проявил некомпетентность и допустил роковые, несвойственные для прежней советской дипломатии эпохи Громыко, промахи, граничащие с должностным преступлением. Вместе с тем надо отдать должное дипломатической ловкости норвежского премьера Турвальда Столтенберга, который сумел втянуть Россию в Баренцовом регионе по деликатному для нее “национальному вопросу” в западную игру. Как метко заметил один российский дипломат-скандинавист: “Декларация о сотрудничестве в Баренцевом евроарктическом регионе, получившая название Киркенесской, была признана ведущими политиками как искусство возможного”.

Международно-правовая ошибка, пос-ледствия которой стали очевидными нам только в последние годы, была закреплена тогда же в Киркинессе при подписании руководителями Архангельской и Мурманской областей протокола о создании Баренцева регионального совета. Вместе с ними означенный документ подписали представители норвежских губерний Финмарк, Тромс и Нурланд, финской Лапландии, шведской Норботтен. Полная дипломатическая несостоятельность глав российских регионов проявилась в том, что они согласились в этом документе использовать даже в русском переводе понятие “коренной народ” - “принимать во внимание интересы коренных народов и обеспечивать их активное участие в многостороннем развитии региона”. Более того, они не возражали, когда помимо глав норвежских, финского и шведского регионов, означенный документ в качестве правомочного представителя подписал еще и представитель так называемого Саамского парламента Норвегии. Этот допущенный главами российских регионов прецедент давал возможность к появлению аналогичного органа аборигенов и в Российской Федерации. Ошибку спишем на некомпетентность глав российских регионов в международных делах. Но где в это время находились российские дипломаты? В 2010 г. в Мурманской области и был создан местный “саамский парламент”. Однако юридический повод для его существования был дан при основании Баренцева региона. Не так ли?

Итак, официально объявленная программа деятельности норвежского Баренцева региона в России включает пять направлений. Направление третье - “признание традиционных и культурных нужд, ценностей и интересов коренных народов Арктики”. Однако ключевое понятие “коренной народ” юридически по-разному понимается главными участниками “Баренц-сотрудничества”. С точки зрения норвежцев, “коренные народы” российского, как они выражаются, сектора Баренцева региона проживают на завоеванной и колонизованной территории. Они занимают не доминирующее, зависимое и дискриминируемое положение. Коренные народы не пользуются в достаточной степени своими коллективными правами. В этом им нужно помочь. После публикации декларации ООН о правах коренных народов, принятой на 107-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН 13 сентября 2007 г., норвежцы в дополнение стали действовать на основании несколько иной стратегии, которая исходила из положения, что преодолеть “неблагополучие” коренных народов возможно только путем “восстановления” их как “наций” - т.е. целостных социальных систем, обладающих земельной и ресурсной базой для самодостаточного развития и собственными институтами власти, которые составляют особый национально-территориальный уровень управления наряду с федеральным и региональным.

Что касается российской стороны, то она вплоть до последнего времени занималась уточнением понятия “коренной”, правда, делая это совсем в ином направлении, отличном от норвежского. Уже спустя одиннадцать месяцев после создания Баренц-региона в Конституции Российской Федерации 1993 г. в статье 69 появляется понятие “коренной малочисленный народ”. В федеральном законе “Об основах государственного регулирования социально-экономического развития Севера Российской Федерации” от 19 июня 1996 г. (№78-ФЗ) это понятие получило следующее разъяснение: “Коренные малочисленные народы Севера - народы, проживающие на территориях традиционного проживания своих предков, сохраняющие самобытный уклад жизни, насчитывающие в России менее 50 тысяч человек и осознающие себя самостоятельными этническими общностями”. В докладе “Об основах государственной политики Российской Федерации в районах Севера” на заседании Президиума Государственного Совета от 28 апреля 2004 г. дополнительно было сформулировано понятие “коренные жители Севера”, под которыми понимались “люди, родившиеся на Севере и постоянно проживающие там не менее одного поколения”. Расхождение с норвежцами в трактовке понятия “коренной народ” было продолжено в распоряжении правительства “Концепции устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации” от 4 февраля 2009 г. Во введении было дано собственное российское понимание ключевого понятия субъекта национальной политики, в том числе, отметим мы, и в Баренц-регионе: “Российская Федерация является одним из крупнейших многонациональных государств в мире, где проживают более 160 народов, каждый из которых обладает уникальными особенностями материальной и духовной культуры. Преобладающее большинство народов страны на протяжении веков сложились как этнические общности на территории России, и в этом смысле они являются коренными народами, сыгравшими историческую роль в формировании российского государства”.

Таким образом, заложенная при основании Баренц-региона в его основной документ - Декларацию рассогласованность в трактовке базового понятия в сфере сотрудничества по “коренному населению” (российский вариант) или “коренным народам” (норвежский вариант) со временем не уменьшилась, а даже увеличилась, став юридическим основанием для конфликта.

Дмитрий Семушин, ИА REGNUM

Новости для любителей неприкосновенности частной собственности. Фактически любая собственность в США может быть конфискована в пользу государства в мирное время, если президент сочтет это необходимым для “защиты национальной безопасности”. Например, изъятие у кулаков в конце 20-х излишков зерна с оплатой по государственным ценам - ужасное нарушение прав человека и тоталитаризм, а в США - образец демократии. Но в США могут по этому закону изъять и бесплатно. Как, кстати, и погнать на принудительные работы или переселить, если “главы агентств” сочтут нужным. Например, в 1929 г., когда забирали излишки у кулаков или их переселяли, то это “ужасы коллективизации”, а то, что страна вела в это время две войны - в Средней Азии и за КВЖД, где стоял конкретный вопрос о потере Средней Азии и Дальнего Востока - никого не интересует. Для США же достаточно просто “защиты национальной безопасности”, в обозримом будущем её территорию никто не собирается захватывать. Так же распределение изъятого, например, у тех же фермеров, продовольствия будет производиться так, как чиновники сочтут нужным. Понятное дело, что, если карточки в СССР - тоталитаризм и неэффективная система, то в США - признак демократических ценностей и мощи государства. К слову, изъять пикап у фермера могут и бесплатно, и за бесценок, а заплатить монополии за заказ - втридорога, по военным расценкам. Ну и интересный вопрос: почему этот закон принят конкретно сейчас? Есть ощущение, что не зря, и готовится нечто весьма нехорошее.

Этот Исполнительный указ был опубликован на вебсайте правительства США WhiteHouse.gov 16 марта 2012 года под названием «Подготовка ресурсов к национальной обороне».

По сути это план военного положения для мирного времени и он даёт президенту власть изымать практически всё, что будет сочтено необходимым для «национальной безопасности».

Рассчитан он на мирное время, поскольку в заголовке указа говорится «готовность». Согласно этому указу, главам министерств сельского хозяйства, энергетики, здравоохранения и социальных служб, транспорта, обороны и торговли делегировано право изымать и распределять продовольствие, скот, удобрения, сельскохозяйственную технику, все виды энергии, водные ресурсы, все формы гражданского транспорта (что означает любые транспортные средства, корабли и самолёты), а также любые другие материалы, в том числе и строительные материалы везде, где их изъятие представляется возможным.

Возможно поэтому правительственные агентства навещают фермы с GPS-навигаторами – так они будут точно знать, куда отправляться в случае, если что-то понадобится.

В частности, правительство разрешило изымать материалы, услуги и льготы, которые оно посчитает необходимыми или целесообразными. Решение об их необходимости или целесообразности остаётся за соответствующими министерствами.

Этот указ позволяет раздавать активы США и субсидии частным компаниям: «обеспечивает изменение или расширение находящихся в частном владении объектов, в том числе изменение или улучшение производственных процессов при принятии мер в соответствии со статьями 301, 302, или 303 Закона, приложений 2091, 2092, 2093; и продавать или другим образом передавать оборудование, принадлежащее федеральному правительству, установленное согласно разделам 303 Указа, и приложения 2093 владельцам таких заводов, фабрик или других промышленных объектов».

Согласно этому Исполнительному указу главы министерств уполномочены занимать деньги, предлагать гарантии займов и даже субсидировать платежи выше рыночных уровней.

В кризисной ситуации правительство сможет изъять всё, что ему нужно, печатать деньги, чтобы получить то, что они хотят, и распределять изъятое по своему усмотрению.

Все другие контракты, за исключением трудовых договоров, упраздняются и замещаются этим исполнительным указом.

В частности, указ устанавливает: