Чтение онлайн

В существующем положении «спасти дело» может только неравнодушный к прошлому, думающий о настоящем и будущем своей малой родины мудрый руководитель, хозяйственник «с душой». Такой не будет распорядительной бумажкой поручать важное дело только детворе. Но беда в том, что «мудрых руководителей, хозяйственников с душой» (к великому сожалению) очень мало. На относительно достойном уровне памятники и памятные знаки содержатся на территориях воинских частей, а также сохранивших производственную жизнь «небедных» предприятий. Например, в хорошем состоянии памятные знаки на территории железнодорожного депо станции Курск; совсем не надеялся увидеть там в сохранности памятник комсомольцу Александру Козлову, погибшему в 1919 г. от рук деникинцев. Однако и он, несмотря на демонстративное отречение от прежней идеологии, оказался целёхонек и в очень хорошем, ухоженном состоянии. Долго любовался другим памятником, выставленным напоказ тридцатых годов паровозом: красавица-машина, просто дух захватывает! Не заприметил мусора и оскверняющей похабщины. Словно в другое государство попал. Но таких оазисов мало. Большинство же «начальников» алибизирует отсутствием материальных средств и занятостью.

Могу утомить читателя, пожалуй, не одним десятком примеров из общей картины нашего, мягко говоря, почти наплевательского отношения к сохранению давно продекларированной «Вечной памяти». По сути своей, примеры эти однотипны. Последние два десятилетия мы особенно преуспели не только в том, как сделать что-либо, не делая этого абсолютно, но и в совершенстве овладели способностью громко преподносить это самое «не сделанное» как замечательно сделанное.

В освобождении Курска и Курской области от фашистских «двуногих зверей» принимала участие 121 СД. Это воинское соединение в 1941-1943 гг. в общей сложности воевало с врагом на территории нашей области около 400 дней, много павших воинов этой дивизии погребено в курской земле. Например, во второй половине февраля 1943 г. только в районе с. Колпаково Иванинского района (ныне Курчатовского) потери дивизии составили 520 воинов. Погибших хоронили в братских могилах как в самом селе Колпаково, так и в ближайших к нему населённых пунктах: д. Сопеловка, д. Ново-Сергеевка, д. Солдатское, п. Долгий. После войны в 1953 г. произвели перезахоронение и в настоящее время братские могилы числятся только в с. Колпаково Курчатовского района и п. Долгий соседствующего Большесол-датского района. Существуют официальные, утверждённые райвоенкомами и главами районных органов власти паспорта этих захоронений с описанием, схемами, фотографиями. Есть списки воинов: в с. Колпаково из 1511 захороненных воинов известных только 176; в п. Долгий из 74 захороненных указано в списках только 15 воинов. Сразу обращаешь внимание на характерное почти для всех наших воинских захоронений сведения (так называемые списки) о погибших очень краткие, ещё первые, изначально обретённые, из тех «горячих» лет. Шестьдесят пять послевоенных лет не внесли в них никаких особых изменений и дополнений (как и везде в большинстве случаев), хотя при желании и воле возможности для этого были и с годами только возрастали. Живя в завоёванном жизнями этих воинов мире, мы для выражения своей благодарной памяти выбрали наилегчайший путь показушного обобщения. При изучении информации даже по первым трём десяткам фамилий сразу же обнаруживаются несоответствия. Например, красноармеец С.Н. Вер-бицкий, ст. сержант В.Ф. Болычёв числятся захороненными сразу в двух братских могилах, в с. Колпаково и в п. Долгий; мл. сержант П.К. Баштынский также числится покоящимся в с. Колпаково и п. Долгий, а на самом деле он был ранен в бою, выжил и в 1960 г. состоял на воинском учёте в Фёдоровском РВК Саратовской области. Удивительно, что в трёх Книгах Памяти Саратовской области в томах №6, №9, №11 он записан погибшим 22.02.1943 г. и похороненным в с. Колпаково; в списках безвозвратных потерь 705 СП 121 СД - также погибшим; занесён в списки захороненных как в п. Долгий, так и в с. Колпаково, а в 12 томе Книги Памяти всё той же Саратовской области он же, Баштынский П.К., отмечен как получивший ранение в бою и живой. Интересно, было ли известно Петру Константиновичу, что он похоронен сразу в двух братских могилах. Числятся захороненными в братских могилах как с. Колпаково, так и п. Долгий красноармейцы Г.С. Гареев, А.Н. Инякин, С.М. Карликов, А.П. Максимен-ко. Удивляет ещё и то, что за все послевоенные годы никому в голову не пришло просто сравнить два списка и, обнаружив повторяющихся в них фамилии, разобраться, тем более что два населённых пункта соседствуют, друг от друга находятся всего в каких-нибудь 4-5 км. Красноармеец 574 СП всё той же 121 СД С.Ф. Варфоломеев числится погибшим 21.02.1943 г. и похороненным в братской могиле с. Колпаково, а на самом деле Сергей Фёдорович получил в бою очень тяжёлое ранение, 25.02.1943 г. поступил в госпиталь, в котором и умер 13.03.1943 г. По госпитальным документам похоронен «на кладбище г. Курска». Выходит, останки этого воина в братской могиле с. Колпаково не покоятся. Успела ли узнать настоящее место захоронения мама погибшего бойца Агриппина Варфоломеева, проживавшая в Московской области?

Да и в городах есть показное «напудренное лицо» и есть постыдная, неприглядная «изнанка». Улица К. Маркса, площадь Героев Курской битвы, сооружённый на месте бывшего воинского кладбища и открытый в 1984 г. мемориальный комплекс «Памяти павших в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.». Здесь проводятся митинги, возлагаются венки и цветы, несёт почётную вахту Пост №1. Словом, всё по-провозглашённому: «Никто не забыт, ничто не забыто»... Но не поленитесь, пройдите сотню метров к Никитскому храму и неподалёку от стен его вы обнаружите уже почти позабытых. Старая изодранная изгородь, внутри две могилы с облезлыми металлическими крестами, на одном из них чудом ещё держится гнутая, заржавленная табличка с надписью: «Синицын Николай Фёдорович, погиб смертью храбрых в боях за город Курск, 22.05.1922 - 2.11.1941». В десятке метров от этого захоронения, у самой церковной ограды могила гв. ст. лейтенанта Белоусова Влади-мира Алексеевича, 1921 - 1943 гг. Та же ржавая ограда, неухоженность, хотя наличие обелиска и фотография на нём говорят о том, что прежде кто-то проявлял заботу и хранил память об этом человеке. В списках воинов, захороненных на Никитском кладбище, Н.Ф. Синицын и В.А. Белоусов не значатся. Однако Н.Ф. Синицын обнаруживается в 9 томе Курской Книги Памяти, отмечается как ополченец, «умер от ран 23.11.1941 г., захоронен в г. Курске» (без уточнения, что на Никитском кладбище); он же встречается в 11 томе Московской Книги Памяти как «красноармеец 7 стрелковой дивизии народного ополчения, пропал без вести в декабре 1941 г.»; находится место рождения и призыва. По В.А. Белоусову очень мало информации, но, вероятно, что этот человек на войне погибал как минимум дважды, и последняя дата гибели, кроме могилы, не отмечена нигде. Упущено драгоценное время, ведь были кто-то прежде, не только заботившиеся о могилах, но, видимо, обладавшие информацией об этих воинах. Сегодня без заботы этих людей могилы пришли в запустение. И это только малый, частный, но очень характерный пример реальной «заботы». При нынешней нашей «старательности» потребуется ещё не один десяток лет, чтобы действительно привести в порядок все памятники и захоронения павших в той страшной войне советских людей.

Поэтому не время, совсем не время торжественно открывать фашистские кладбища и увековечивать имена оккупантов в граните. Сегодня это является циничным, подлым предательством, преступлением против памяти погибших в бою и замученных в неволе. Совесть требует от нас проживать «каждый шаг, отмеривая строго сердцем человеческим своим».

Всё же в прессе, «мимоходом» иногда констатируется, что «не все россияне одобряют возведение немецких захоронений на нашей земле, ведь в каждой семье найдется дед, прадед или родственник, погибший от рук немецких захватчиков». Преподносится это недовольство как некие персональные переживания о «своём, семейном». Нет, господа, это общая страшная беда и боль за творимое предательство. К тому же позвольте не согласиться с самой постановкой вопроса. Что значит «не все россияне одобряют»? Одобряют не одобряют... Правильный ответ ныне живущему поколению надо искать только в сердцах и мыслях поколения, утратившего свои неповторимые жизни в ту страшную войну.

Надо глубоко прочувствовать, понять, найти ответ именно в них. Надо каждому из нас прежде найти ответ на вопрос: а как бы отнеслись к организации кладбищ фашистов, торжественным их открытиям и прочим этого рода церемониям на многострадальной российской земле миллионы погибших в боях, замученных в неволе воинов и мирных граждан, миллионы пожертвовавших своей жизнью? Но они от нас такого подлого вопроса наверняка не ожидали. Думается, если бы узрели воочию творимое предательство, прокляли бы нас. Их надежд мы, потомки, не только не оправдали, но позволили продажным негодяям вторично убить, только теперь уже самую память. В связи с этим всегда вспоминаю приговором звучащие строки из стихов выдюжившей войну, но не стерпевшей, не смирившейся с происходящим ныне старшины медслужбы Юлии Друниной:

Как летит под откос Россия,

Не могу, не хочу смотреть!

Господи, как же мы все виновны перед ними!

Ю. ДЕГТЯРЕВ, г. Курск

Другого такого простодушного народа, как русский, надо еще поискать. Читая в детстве книги о морских путешествиях англичан, испанцев, французов и других «просветителей» народов Африки и Южной Америки мы, дети, диву давались, как это наивные туземцы отдавали за дешевые стеклянные безделушки золотые украшения, драгоценные камни, слоновую кость и даже собственных сородичей. А вот двадцать лет назад наш народ с простодушием дикарей отдал все свои богатства разворотливым бесчестным людишкам, принимая за правду их несусветную ложь о капиталистическом рае. Врали так много, что всего и не пересказать, но в числе лживых обещаний было одно, может быть, не самое значительное, но очень заманчивое: «свобода перемещений». «Вот уж поезжу!» - думал про себя обрадованный обыватель, которого раздражал сложный процесс добывания заграничной путевки или паспорта, при котором, на мой взгляд, вполне логично определялось, уж не полный ли балбес собирается ехать за границу, не опозорит ли он престиж страны, пытающейся противостоять растленной буржуазной культуре?

Однако вскоре выяснилось, что капитализму этот самый обыватель совершенно не нужен. Больше того, для новых хозяев, которые захватили все наши природные богатства и торгуют ими, как своими собственными, люди только мешают. По их мнению, лучше бы их вовсе не было. Тэтчер, например, вполне бы устроило, если бы в России осталось всего 15 млн. человек. Чубайсу не жалко бросить в «топку рынка» 35 миллионов «любимых» сограждан, что намного превышает количество погибших в ГУЛАГЕ, о которых пролито столько крокодиловых слез.

А потому обывателю быстренько указали на его место. Нет, не били, не сажали в кутузку, а просто так взвинтили цены и так опустили зарплаты, что мечты о загранице отпали как-то сами собой. Но это было только начало. Когда капиталисты немного осмотрелись и увидели, что наивности этого народа нет предела, они перешли в решительное наступление. Теперь любой шаг обывателя в многочисленных общественных учреждениях требовал платы. За любую ничтожную справку - плати. Вдруг пошел разговор о взимании платы за разрешение заниматься рыбной ловлей. При этом самое страшное в том, что целые озера и крупные водоемы уже проданы и продолжают продаваться в частные руки.

Но самые невероятные преобразования произошли именно в вопросе «свободного перемещения». Ладно, бог уж с ней, с заграницей, но поездка за город, столь необходимая для людей такого перенаселенного, такого загазованного города, как Петербург, стала целой финансовой проблемой. Даже люди среднего достатка не могут позволить себе выехать летом за город более одного раза в неделю, а бедные пенсионеры конец осени и всю зиму вынуждены вообще бросать свое хозяйство на произвол судьбы вплоть до наступления льготного проезда в весенне-летний период.

Благодаря ценовой политике на железнодорожном и авиационном транспорте страна фактически уже распалась на отдельные, не связанные друг с другом регионы. Родственники, друзья по совместному обучению и работе, коллеги по научной работе годами не могут встретиться. Недаром по последней переписи населения люди, живущие за Уральским хребтом, называют себя уже «сибиряками», а не русскими, эвенками, якутами и т.д. При таком росте цен на железнодорожном транспорте вскоре возникнут самостоятельные республики, например, со стольным городом Гатчина - «Сигевыра», или Уральская демократическая народная республика и т.д. И действительно, а на кой черт эта самая столица с ее чиновниками, получающими «зарплату» по нескольку миллионов в месяц, с их неработающими женами, «добывающими доходы» чуть ли не в миллиард рублей за год, если можно наладить нормальную жизнь среди нормальных людей, не платя этой помешавшейся на деньгах шелудивой поросли ни копейки.

Предлагаю г. Якунину поднять цены на проезд в электричках так, чтобы стоимость одного билета окупала проезд всего поезда. Представляете, какая будет экономия на контролерах? И ведь сделает такой трюк г. Якунин, непременно сделает. Президент и премьер умеют выбирать себе в помощники «железных» людей вроде Чубайса. А для таких людей нет никаких моральных преград. Пусть это убьёт Россию, но они сделают задуманное, если только очнувшийся от спячки народ их не остановит.

К. ШАТРОВ