Чтение онлайн

Ну а тут никому и в голову не пришло, а вот поди ж ты, старый майор всё знает. Ему, коль он так силён в стратегии, надо бы озаботиться не проблемами командарма, а своими прямыми обязанностями - подготовкой вверенного ему подразделения к боевым действиям. Если он считает, что придётся обороняться в крепости, то подготовься к обороне хоть как-то, например, воду запаси, вон солдат сколько в подчинении — для этого что, тоже приказ командарма нужен?

Однако киношный майор, всё зная наперёд, продолжает думать о делах стратегических, мало интересуясь своими непосредственными обязанностями.

Тем временем решение вопроса о выводе войск откладывают на 27-е. Кто «откладывает» — не говорится, но современным зрителям, чьи головы наполнены помоями из россиянского дуроскопа, сразу становится всё ясно: «тупой самодур Сталин», несмотря на все сообщения, не верит, что начнётся война. «Всем нормальным людям очевидно» - вон сколько народу в зале сидит, а вот «кровавому диктатору» не очевидно.

Это не сказано прямо, но к этому зритель подходит сам и это создаёт более сильное воздействие, чем прямое промывание мозгов. Я не хочу обсуждать причины, почему авторы фильма представили это таким образом. Приказ срочно вывести войска в летние лагеря был отдан Москвой 17 июня, но очень странным образом выполнен не был. И войска были оставлены в крепости целенаправленно. Кем и почему - разговор особый.

Есть в фильме и ещё одна подлость, причём крупная: энкавэдешник спрашивает в самом начале, типа, а кто тут сеет панику в отношении войны с нашим СОЮЗНИКОМ? Говорить, что гитлеровская Германия никогда не была союзником СССР тут излишне, и офицер НКВД никогда не мог бы ляпнуть такое, если он, конечно, был психически здоров.

Просто можно утверждать без вопросов: тот, кто вставил это утверждение в фильм, подонок и мерзавец. Можно не сомневаться, что фигу в кармане вставили «дорогие россияне».

«Это художественный фильм», - скажут мне. «Да, - соглашусь я, - это верно, только почему-то в художественных фильмах наших предков регулярно выставляют хуже, чем они были, и по какой-то странной причине художественный вымысел работает только в одну сторону?»

Последуем за режиссером, что же он хотел донести до нас? Вот он показывает людей - детей, жён, матерей. Сушатся простыни, в магазин завезли холодный лимонад. Она осталась в его каморке на ночь, где Он сделал ей предложение.

Первая любовь уводит детей ранним утром на рыбалку...

Война началась неожиданно. Гул моторов превратился в свист бомб, и мир закончился. Герой-любовник не может понять спросонья: «Учения? Что ж они так шумят-то с утра?»

Рушатся здания, гибнут люди, гибнут женщины, гибнут дети. Гибнут лошади. Все бегут.

Старый майор собирает семью, выводит из дома, требует, чтобы бежали в подвалы, как учил. Вообще-то к этому в те годы готовили всех советских людей на учениях по гражданской обороне. Но, в общем, капитан, спасает семью. Ани, дочери, нет: «Ну где же она?» Герой-любовник, забыв любимую невесту, выскочил из дома. Спасся. Молодец, хорошая реакция.

Только вот в настоящем русском фильме он стал бы в первую очередь спасать любимую, а в советском - любую женщину, оказавшуюся рядом. Пусть в реальности так было не всегда, но так должен был вести себя советский человек, и фильмы помогали воспитывать такого человека.

Именно советский человек войну и выиграл. Вчерашний десятиклассник, который вырос на фильмах с такими идеалами и книге «Как закалялась сталь». А тут вот такой характерный герой современности - шкурник.

Трагическая ситуация стремительно развивается: какие-то люди спасают лошадей из огня. Одна лошадь ранена, хрипит, солдат пристрелил ее. На этом его моральные силы кончились, истерик-эмо бросил карабин и куда-то убежал. Ещё один современный герой.

Затихло. А вот и немцы. Они перекрыли пулеметами выход из крепости. Но народ, почище любых баранов, прёт на пулеметы так, что через минуту гора трупов закупоривает ворота, а люди все лезут, карабкаются на эту теплую, дымящуюся гору, чтобы через секунду стать ее частью.

Опять «видение автора» - такого в реальности не было. Паника вначале была, что неудивительно для внезапного нападения, но совершенно другая. Кстати, как были и герои с первых минут. Тогда почти моментально заработали советские снайперы, выбив немецких офицеров, чем сорвали манёвр штурмовых групп. Советские пулемётчики, ведя огонь с валов, практически сразу сорвали внезапный штурм с нескольких направлений.

Немецкие штурмгруппен, захватывавшие мосты, потеряли три четверти личного состава. То есть сопротивление наших войск было яростным. Настоящие, а не из киноподделок немцы не стали залегать перед воротами, расстреливая мирных жителей. У них был чёткий приказ — немедленно штурмовать крепость, потому что дай противнику буквально лишние пятнадцать минут, и ты будешь уже зубами выгрызать его из казематов ценой большой крови - как, кстати, и получилось.

В реальности немецкие штурмовые группы сразу пытались прорваться в крепость, стремясь не дать противнику опомниться, и сковать его перемещения, заняв ключевые точки чтобы подошедшие войска добили его по частям. Сорвали этот план солдаты и младшие командиры, встретив противника метким огнём.

Сопротивление началось сразу в нескольких местах крепости. Но, видимо, это называется «правдой про войну» - показать наших людей истеричными баранами даже там, где они были героями. Ну и побольше мёртвых, детей, плачущих у трупов убитых родителей, разорванных в куски тел и кровищи.

Надо, чтобы зрителя шокировало, тогда не так заметны станут, скажем, слабые и странные места фильма. Например, что немцы там тоже идиоты - вместо немедленного использования момента внезапности они увлекаются расстрелом толпы у ворот, дав противнику возможность организовать сопротивление.

Их киношные оппоненты тоже им под стать: они бегут не от ураганного огня под защиту стен, а напротив - от спасительных стен крепости, которым нипочём не то что пули, а даже снаряды полевой артиллерии.

И ведь все - то ли стратеги, включая женщин и детей, то ли провидцы, все сходу нюхом - наперёд знают, что крепость будет закупорена и нашим войскам разблокировать её не удастся. Даже старый майор ещё этого не знает, в крепости обороняется, дурак, а тут чуть ли не каждая собака бежит прочь.

В общем, киношный майор пытается остановить толпу прущих «экстрасенсов». Мимо бежит пацан с трубой. Стой, играй! «И встал трубач в пылу и пламени. Трубу к губам своим прижал».

А в трубе дырка от осколка в кулак...

С парой зуботычин, но бегство было остановлено, и военнослужащие были направлены на занятие боевых позиций. Началась оборона Брестской крепости.

За «умелые действия» немцы сразу отдали бы командовавших таким штурмом под трибунал — ни попыток проникнуть через валы, ни через стены, чтобы расстрелять мечущихся солдат во дворе. Знай, штурмуй, зольдатен, через ворота, фюрер тебя не забудет.