Чтение онлайн

Я в избе полы надраил,

Я пляшу до потолка::

Марфа съездила в Израиль

Без согласия ЦК!

– Наконец, в книге есть вольные переводы из поэтов разных национальностей и среди них - Иосиф Львович Балцан. Может, кто-то думает, что это чуваш?

Вот вам и Владимир Сергеевич, русский патриот. Мне он ясен, как стёклышко.

Так обстоит дело с моим еврейством, дорогой читатель. Деваться некуда. А главным специалистом по моему антисемитизму является мельком упомянутый выше критик Бенедикт Сарнов, автор 47 книг в твердой и мягкой обложке. Откуда он взялся? А это если Байгушева вывернуть наизнанку, то Сарнов в чистом виде и получится.

Он так прямым текстом и пишет в своих безразмерных и неисчислимых трудах: «Бушин – антисемит... Много гадостей сделал он за долгие годы» («Скуки не было». 2004, с.213). Ну, если много, то назови хоть парочку-троечку. И он называет.

Первая: «Я видел его по телевизору в толпе беснующихся «красно-коричневых», он стоял рядом с Анпиловым» (Там же). Это ли не антисемитизм – рядом с Анпиловым! Я пытаюсь возражать: да какие же доказательства? Допустим, стоял рядом, но, во-первых, откуда известно, что коммунист Анпилов антисемит? Он синагогу поджог? В своей «Молнии» призывает к еврейским погромам? В каком номере была хотя бы одна такая статья? Молчит Беня.

Но, во-вторых, если даже Анпилов латентный антисемит, лепечу я, то почему и стоящий рядом человек тоже антисемит? Это так легко передаётся? Даже внеполовым путём? Нет, не всё так легко. Ведь вот ты и сам, Сарнов, в Литературном институте и сидел, и стоял, и фотографировался с талантливейшими писателями, да и потом нередко бывал с ними рядом. И что? Ни маковой росинки тебе от них не перепало. А китайцы даже так говорят: «Можно спать на одной подушке и видеть разные сны». Ну, против двух миллиардов китайцев тонкому интеллигенту, выросшему на крыльце Елисеевского магазина, вспоенному мамой томатным соком, конечно, не устоять. Но заткнуть рот, остановить его не могут даже два миллиарда китайцев.

И он бросает свой второй убийственный довод: «Не зря в 1952 году Гриша Бакланов сгоряча назвал однажды Бушина фашистом». Боже мой, шестьдесят лет тому назад! Верно, назвал. Но ведь сгоряча-то можно ещё и не то брякнуть зря, например, что Валерия Новодворская внебрачная дочь Сарнова, или – Сарнов младший брат покойного Александра Николаевича Яковлева. Впрочем, и то и другое выглядит довольно правдоподобно, если иметь в виду субстанцию не материальную, а духовную. Тем более, не знаю, как с Лерочкой, а с Яковлевым, членом Политборо и академиком в особо крупных размерах, критик был большой дружбан.

Но ведь вот что ещё примечательно: назвать-то Гриша тогда назвал, но через несколько дней примчался ко мне в далёкое Измайлово с извинениями. А ещё интереснее, что спустя ровно сорок лет – сорок! Он уже трех дочерей замуж выдал, внуками обзавёлся - когда объявили полную свободу ото всего на свете, в журнале «Знамя» (№2’92), где был тогда главным редактором, Гриша воспроизвёл – это после извинения-то!
– мою замшелую аттестацию с героическими по отношению к себе комментариями: дескать, за «фашиста» его исключили из партии и дело могло кончиться крахом всей литературной карьеры. А через семь лет ещё и вставил с трогательными прибавлениями в книгу «Жизнь, подаренная дважды»:«Бездарного критика Бушина с нашего курса я публично назвал фашистом... Меня исключили из партии, потом всё обошлось строгим выговором» (М. ВАГРИУС, 1999. с.114,119). Публично! Вот, мол, как я бесстрашен. Можно подумать – с трибуны. И именно за бездарность. А на самом-то деле публичность была невелика, как и бездарность. Гриша сидел в зале, и когда я шел мимо, у него изо рта и выскочила жаба. Видеть её могли всего несколько человек, сидевших с ним рядом. А главное, ничего похожего на исключение из партии или хотя бы на выговор не было, это всего лишь старческие фантазии. Раскройте хотя бы энциклопедический однотомник 1986 года, там говорится: «Бакланов Григ. Як. Рус. сов. писатель. Чл. КПСС с 1942 г.» (с.102). А из партии он сбежал сам по доброй воле через несколько лет, как только запахло жареным. Ну, это было стадное бегство: Горбачёв, Собчак, Коротич, Марк Захаров, Путин, Сванидзе, Борис Васильев, Познер, Млечин... Все они кинулись врассыпную.

В степи раздавался грохот и звон -

Бежало стадо бизоново:

Впереди бежал с хвостом бизон,

А сзади бизон – без оного.

С хвостом генсека бежал Горбачев, а у Млечина хвост оторвали. Но и без хвоста он истинный хорошо отъевшийся бизон антисоветчины.

Надо ещё заметить, что незадолго до смерти Бакланов признался, что в момент аттестации Бушина шестьдесят лет тому назад он был просто пьян («Русская жизнь», №5’08, с.73). Что ж взять с пьяного, да ещё в состоянии белой горячки, Беня?

Приходится напомнить также, что вовсе не одного меня выдающийся мастер слова производил в фашисты. Он признавался: «Есть у меня странная привычка: иногда я мысленно переодеваю людей, так легче представить человека в других обстоятельствах. Глянув как-то на Ю.Б. (тут он, конечно, полностью назвал фамилию известного критика, заместителя главного редактора «Литгазеты».
– В.Б.), на светлые его негустые волосы, на белый, особенной белизны лоб, глаза голубоватые, холодные, я мысленно примерил на него эсэсовскую фуражку и поразился...» («Жизнь, подаренная дважды», с. 278). И он возликовал: «Как похож! Вылитый обергруппенфюрер!». Так из человека, чем-то ему нелюбезного, Бакланов изготовлял эсэсовца. Будто у всех эсэсовцев непременно негустые волосы и особой белизны лоб. Кажется, сам Гиммлер этим не отличался.

Тут примечательно, что человек пытался создать впечатление внезапного непредвиденного наития. Но всем понятно, что сперва он решил, что Ю.Б. эсэсовец, а потом для подтверждения в собственных гла-зах своей мысли и полноты впечатления виртуально напялил на него эсэсовскую форму.

С годами способность ат-тестовать людей и переодевать их у Бакланова развилась сильнее, окрепла, он научился трансформировать сразу сотни, да-же тысячи соо-течественников. Так, объявил фашистами «Хас-булатова и компанию», т.е. всех защитников Дома Советов и конституции в 1993 году («Рус-ская жизнь» №5’08).

Однако и в этом последнем интервью одному газетному шакалу Бакланов объявил-таки меня «фальшивым типом». Конечно, таким и должен был считать меня человек, с которым вместе я не сбежал из партии, не стал клеветать на советский строй, на события Великой Отечественной войны, не получал, как он, миллионы долларов от Сороса, никогда не был охвачен страстью к фашистским метаморфозам, ни у кого не отнимал его национальность и не объявлял генерала Доватора и маршала Катукова евреями... Ну просто слов нет, до чего фальшивый тип!

Так обстоит дело с двумя убийственными доказательствами Сарнова. А третье он, судя по всему, держит в уме, но не высказывает, поскольку тут пришлось бы называть конкретные имена, а это опасно. Что ж, я помогу, оглашу сей довод сам: Бушин весьма неласково писал об очень многих евреях. Воистину так. Но, увы, я сам должен этот довод и опровергнуть. Во-первых, дело в том, что в стране произошла контрреволюция с невиданным в истории ограблением народа и грязной клеветой на Советскую эпоху. Но я остался советским человеком, коммунистом, к стаду бизонов не примкнул и вот уже двадцать лет борюсь против клеветы на мою Советскую родину. А большинство евреев, по их собственному признанию, с радостью приняли этот режим, многие самым активным образом и участвовали в контрреволюции, в ограблении страны и стали поносить Советское время особенно визгливо, бесстыдно, да ещё и с самых высоких трибун страны, с таких, как телевидение. Что же мне оставалось делать? Не я предоставлял им эти трибуны, сами залезли. А мне из боязни ярлыка антисемита не трогать их, осторожненько обходить? Нет, я предпочёл бой в защиту правды и стал сильно огорчать их, но вовсе не как евреев, а как оборотней, клеветников, приспособленцев. Так же, как в своё время коммунисты во главе со Сталиным гвоздили евреев Троцкого, Зиновьева, Каменева...

Это, говорю, во-первых. А во-вторых, я столь же неласково писал и пишу о русских оборотнях, клеветниках, пособниках режима – от Горбачёва и Ельцина до Шафаревича и Солженицына. О последнем целую книгу написал. Немало претензий высказал я при их жизни по адресу Г. Маркова, В. Карпова, В. Астафьева, А. Вознесенского, А. Зиновьева, а также - Ю. Бондарева, В.Распутина и самого товарища Зюганова ... Опять целая книга - «Огонь по своим». Способен ли Сарнов написать что-нибудь подобное этой книге? Да никогда!