Чтение онлайн

— А. Коган был намного проще,

Чем вам порой казалось всем…

— так начал он сходу наговор мне по тому же телефону очередного экспромтного стихотворения… До дна души преданный памяти молодых поэтов, погибших на войне, вскоре он умер, не дособирав очередной сборник.

Н. Кузьмин: «А вот потрясающее сообщение о поступке старого фронтовика, тоже, как и мои знакомые, не вытерпевшего унижений, но расставшегося с жизнью необычным способом.

Рядовой Тимерзян Зинатов встретил немцев в героическом Бресте. Родился он под счастливой звездой и прошёл всю войну до Берлина. Затем строил города в Сибири. «Перестройка» быстро скрутила старого солдата в бараний рог. Больной, униженный, бесправный, он собрал последние деньжонки и приехал в Брест, город своей героической юности. В городе-герое Зинатов обошёл все памятные места, а затем бросился под поезд. В оставленной записке бывший фронтовик жаловался, что «невмоготу от собачьей жизни» и что у него не осталось сил «бороться с теми, кто нас, ветеранов, поставил на колени».

Самоубийства как способ заглушить, сокрушить неподъёмную для гордой души неистовую боль?.. Для христиан это всё равно великий грех. Как и само уныние, по-научному депрессия. Многие из моих знакомых впадали в полное отчаяние перед лицом наглеющих с часу на час антисоветчиков, уже вовсю вопящих о прелестях спекуляции, «здоровой алчности» и чистогана. К их услугам стремительно, на березовско-соросовских «милостынях» нарастали, как лишаи, газеты-журналы, схваченные диссидентами и бесстыжими оборотнями из только что «верных марксистов-ленинцев». Разрослось под покровительством тех же «новых русских», то есть березовских-гусинских, корявое древо книжных издательств, штампующих злобные измышления на Советскую власть, Ленина-Сталина и воспевающих легализованную проституцию и «свободу» для «быдла» выживать, если получится, после ельцинско-гайдаровской реформы, превратившей миллионы тружеников в нищих. Путь в людоедское капиталистическое «светлое будущее» горбатился миллионами свежевырытых могил…

И как же, за счёт чего выжил, выстоял, не сдался Владимир Бушин? Даже после того, как его выступление на VII съезде писателей России в 1990 году народный депутат СССР, Герой Социалистического Труда, дважды лауреат Государственной премии, писатель «от Бога» Виктор Астафьев назвал «диким вздором»? Но в чём же заключался этот «дикий вздор»? В беспримерной смелости никем не заангажированного ума талантливого, мудрого писателя-публициста. Он в открытую объявил то, что многие разумненькие притаивали: «В сиянии наград, что сыплются на вас из-за бугра.., вы, «дорогой Михаил Сергеевич», довели страну до того, что перестройку, ваше любимое и непредсказуемое детище, называют катастройкой и даже контрреволюцией». И далее отчаянный оратор иронизирует: мол, а отчего ж ваши прежние защитники, вроде Г. Бакланова, А. Гельмана, Д. Гранина нынче молчат? Не заступаются за вас? «Молчат и обласканные вами академики: Арбатов, Аганбегян, Голданский, Заславская…»

И — «сверкнул клинок», в момент и навсегда рассекая «белые одежды» на фигуре залгавшегося катастройщика: «Впрочем, Михаил Сергеевич, обижаться на всех этих народных курощупов, не защищающих вас, вы едва ли вправе. Ведь за шесть лет своего лидерства вы и сами никого не защитили. Так, как это надлежит Генеральному секретарю, Президенту, Главнокомандующему, вы не защитили от клеветы и поношения ни партию, которая подняла вас на самую высокую вершину, ни армию, которая в 1943 году спасла вашу семью, ни сам русский народ, кровь которого течёт в ваших жилах».

На плохонькой бумаге, в отличие от жирно блестящих «демократических» газет и книжек, вышел в свет небольшой сборник статей и выступлений Владимира Бушина под вечевым заголовком: «Колокола громкого боя». К сегодняшнему дню листочки пожелтели… Но открой любую страницу (год издания 1994-й) — и услышишь грохот сражения и почуешь запах пороха в тех пороховницах, которые завещали русским патриотам ещё гоголевские герои держать сухими. Не поддающийся никаким временным, дешёвым соблазнам, бесконечно, бескорыстно преданный интересам народа, он, В. Бушин, не изменял и не изменяет двум основным принципам: «И один в поле воин» и «Делай, что должно, и будь что будет».

…«Юноше, обдумывающему житьё», ныне политологи-фальсификаторы подсовывают только ту «Историю Государства Российского», которая удобна «олигархату-паханату», где в героях-страдальцах «за народные интересы» записаны собчаки-сахаровы-окуджавы-гайдары-ельцины со всеми прихвостнями. А средь «гениев русской культуры» на первых местах «пострадавшие от советско-сталинского режима» войновичи-синявские и даже благополучнейшая Белла Ахмадулина, и все семьдесят лет СССР предстают в упаковке сплошной тюремной колючки.

Но истинная, честнейшая история жизни нашей страны, с её неслыханными мировыми достижениями, крутыми маршрутами ошибок и упущений — уже написана. И в самом читаемом, интереснейшем варианте — «в лицах». Когда у каждого важного, полезного стране исторического события есть свои герои-исполнители с присущим им благородством, масштабом личности. И есть свои подлецы-интриганы, «подарившие» обществу немыслимые страдания. Да, да, энциклопедию нашей жизни длиною в сто лет уже создал Владимир Бушин! Не замутнённую ни фальшью, ни корыстью, ни ремесленным равнодушием. Он — фронтовик. Фронтовиком и остался. Его стиль — атака. Сами заголовки его статей — пули в цель. Навскидку, из книги «Александр Солженицын»: «Трагедия попки, обманутого в любви», «Что бы сделал Толстой, попадись ему Солженицын?», «Лжец во стане русских воинов», «Блаженный кляузник России», «О краске стыда и красочности бесстыдства».

И можно только поражаться объёму конкретных, выверенных знаний писателя, его могучему темпераменту, позволяющему ему «глаголом жечь сердца людей». Не говорю уже о наслаждении, которое получаешь от неожиданных поворотов его остроумного, «лёгкого» пера. Вот навскидку «типажи» из серии горбачёвско-ельцинской катастройки, которых заклеймил неистовый В. Бушин на веки вечные: А. Яковлев, Э. Шеварднадзе, С. Шушкевич, Г. Старовойтова, В. Бакатин, Е. Гайдар, Ю. Афанасьев, А. Собчак, С. Шаталин, Г. Бурбулис, Д. Волкогонов, А. Козырев, Е. Сидоров, Е. Попов… И ещё, и ещё. И это только в тонкой книжице «Колокола громкого боя». Но за последние восемнадцать лет таких отборных «демократизаторов», таких оборотней и выскочек, о которых писатель сказал своё веское, неопровержимое слово, набралось несколько десятков. Он не умеет довольствоваться «кое-какими отдельными недостатками», чтоб слегка, юморно пожурить носителей зла и подлости. Он беззаветно и яростно защищает честь и достоинство великого советского народа. Нарасхват прошла книга «Измена», где опять же в лицах «история государства российского», обгаженного авантюристами и предателями. Главки таковы: «Пожар в бардаке во время наводнения» (персонально о прохвостах Г. Бурбулисе, М. Захарове, С. Сорокиной), «Переписка скорпиона с тарантулом» (про В. Костикова и А. Коржакова), «Лампадным маслицем по костерку» (про Алексия Второго), «Осанка благородства» (о С. Степашине и Г. Явлинском), «В этой речке утром рано» (о В. Познере и С. Шустере), «Зубы дракона» (об А. Чубайсе, Б. Немцове, В. Новодворской и др.).

Надо ли объяснять, как В. Бушин обороняет Генералиссимуса Армии Победы И.В. Сталина от клеветнических измышлений фашиствующих шендеровичей-пивоваровых-минкиных-сванидзей? Две его книги, «Сталина на вас нет…» и «За Родину, за Сталина!» — это и впрямь для всех властных и привластных охаивателей вождя — правда дат, событий, документов «в тротиловом эквиваленте», в прах уничтожающая все их убогие, зловонные измышлизмы и базарные сплетни с похабными зачинами типа «Есть сведения…», «По свидетельствам некоторых очевидцев…», «По воспоминаниям троюродной тётки той самой поварихи…»

«Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий… о…» куда тянет идти, бежать, нестись? Лично я бежала и бегу к фронтовикам-окопникам. Когда-то их вокруг было много. Теперь таких — наперечёт. Всё чаще открываю их книги. Ужас последних «демократических завоеваний»: кКнижные развалы… на помойках. Оттуда принесла «Армейские записные книжки» Семёна Гудзенко (1962 г.). Предисловие Павла Антокольского, потерявшего на войне единственного сына. Он пишет: «Сквозь биографию очень одарённой личности, как сквозь прозрачный транспарант, проступает биография поколения, которое со школьной скамьи самоотверженно ринулось в мировую битву, и жертвуя всем, вплоть до жизни, вынесло на своих плечах столько тягот и горя первых месяцев войны. Поколение, которое, мужая, закалялось и становилось суровее с каждым часом войны, прошло всю грандиозную дорогу сражений, побед и утрат».