Чтение онлайн

 Когда они начинали проворачивать приватизацию, Чубайс заявил: «Без Коха мы собрали бы пять триллионов, а с Кохом соберем пятнадцать». И сколько собрали? Да разве мог мерзавец, злобно презирающий страну и её народ, потрудиться для них на совесть! Чубайс, как всегда, нагло врал... Была в ту пору на телевидении передача «Спросите у Лифшица». Я спросил не тогда, а сейчас. Лифшиц ответил с того света: «Я здесь приготовил для Чубайса и Коха по пятнадцать сковородок. Одну, раскаленную до бела, они будут лизать, на второй - плясать, на третью их посадят голой задницей и т.д.»

Порой и не хочешь замечать иные вещи, но они сами лезут в глаза. В минувший День Победы в тексте, что сопровождал Минуту молчания, была фраза, обращенная к фронтовикам: «Ты, чьи близкие и родные прошли через сталинские лагеря, ты освободил Бухенвальд и Дахау!» Я думаю, что текст писал Сванидзе: на самом деле Бухенвальд и Дахау освободили американцы. Но сейчас не в этом дело, а в попытке даже в святой День лгать, будто в стране и не было ни души, что не прошла бы лагеря, которые, как имеется в виду по умолчанию, конечно же, почище любых Бухенвальдов.

И вот невольно вспоминается, что один из главных героев романа Кантора капитан Дешев - сын неизвестно за что расстрелянного генерала, который, разумеется, был безгрешным ангелом. Так уж заведено в литературе этого рода: сидел? расстрелян? Конечно, ни за что!. И вот сын расстрелянного идет освобождать Освенцим. Опять ничего нового! Послушное повторение песенки либералов.

Журналистка Ульяна Скойбеда не выдержала всего этого глумления и хамства, новая вспышка коего пришлась на День Победы. Она без снисхождения к малограмотности Леонида Гозмана врезала: как, дескать, жаль, что немцы из предков нынешних либералов не наделали абажуров. Заметьте, ведь сказала о либералах, но Гозман и некоторые другие его соплеменники приняли это на свой национальный счёт. С какой стати? Откуда журналистка могла знать, что он еврей? В отличие, допустим, от Сванидзе или телеведущего Владимира Соловьева, он нигде не объявлял об этом. А такая фамилия может быть и у русского, у немца – у кого угодно. Помните у Лермонтова в «Герое нашего времени»? «Нынче поутру зашел ко мне доктор; его имя Вернер, но он русский. Что тут удивительного? Я знал одного Иванова, который был немец». Можно вспомнить ещё одного Иванова поближе к нам по времени – царского генерала от артиллерии. В 1914-1916 годах он командовал Юго-Западным фронтом. Так его звали Николай Иудович. Уж куда дальше! А ещё ближе – Сергей Иванович Гусев, начальник Политуправления Красной Армии в начале 20-х. Его настоящее имя Яков Давидович Драбкин. А настоящая фамилия Гозмана, может быть, Гозманов.

Фашистские изуверы, как писал об этом во время войны Илья Эренбург, делали абажуры из кожи отнюдь не только евреев, у них выбор был широкий. А тут – очередная попытка представить евреев главными, чуть ли не единственными страдальцами войны.

В этом Шамир корит и Кантора, который «принимает тезис об исключительной трагичности еврейской судьбы, основанный на чувстве еврейской национальной исключительности». А далее говорится, что Кантор по причине этого чувства исключительности уверяет, будто евреи инстинктивно стремятся к коммунистическому равенству. Мне эта связь непонятна, но дальше Шамир напомнил: «Нам, знающим евреев не по наслышке, странно читать о еврейской исконной тяге к равенству и верности идеям коммунизма. Опыт показывает: евреи стремятся к равенству и коммунизму, пока живут хуже других, а когда живут лучше других, поддерживают неравенство. Некоторые места романа «Красный свет» могли быть написаны Диной Рубиной». Истинно так. Перечень хотя бы столичных евреев, которые не только «поддерживают неравенство», но и создают его, мог бы быть нескончаем на все буквы алфавита от Абрамовича до Ясина.

 Гозманоиды-рубиноиды подняли в прессе невероятный вой по поводу абажура. Ульяна принесла извинения. А Леонид, храбрый и благородный, как его знаменитый спартанский тёзка? И не подумал! Он помнит партийный девиз своего начальничка: «Больше наглости, спартанцы!»

 А почему, говорит, вы не предъявляли никаких претензий к Солженицыну, к Василю Быкову, которые, мол, писали и говорили то же самое? Почему именно на меня набросились? Где справедливость? Где демократия? Где мой выстраданный и любимый либерализм? Дескать, русскому и белорусу можно, а бедному еврею нельзя? То есть он хотел полного равенства - несть эллина, несть иудея - в клевете на родину и её армию.

 И ему ответили: во-первых, да, несть эллина, несть иудея, но есть живые и есть мертвые. Чего ж ворошить тени покойных клеветников, когда есть живые брехуны! Во-вторых, почему? Да просто кончилось терпение, ведь двадцать пять лет гадите на нашу историю, но есть же предел этой самой толерантности и у русских. В-третьих, с чего взял, что Солженицыну не давали отпор? Ещё какой! Кто устно и кратко, кто письменно. И какие имена! Шолохов, Леонов, Симонов, Твардовский и Лакшин (после долгого затмения), Михаил Алексеев, Абашидзе, Гамзатов, Айтматов... Я уж не говорю о газетных публикациях, но сколько вышло отдельных книг, разоблачающих солженицынское враньё! «Прощание с мифом» А. Островского, «Правда ГУЛага» М. Морукова, «Возвращение в тайный круг» О. Андреевой-Карлайл (внучки Леонида Андреева), «Жизнь по лжи» Л. Горчаковой-Эльштейн (Израиль), «Шолохов и Солженицын» В. Сиренка... Со своей колокольни долбали Солженицына и критик Б. Сарнов, и юморист В. Войнович. И моя неласковая книга о нем вышла несколькими изданиями. Притом разносу подвергли не только самого Солженицына, но и его хвалебщиков, например, вездесущую критикессу Людмилу Сараскину, автора тысячестраничной тягомотины, члена жюри и лауреата премии Солженицына.

Ни о чем этом Гозман и не слышал, он судит об отношении к Солженицыну по милостям правителей: один дал ему в черте города роскошную дачу с огромным лесным участком в Троице-Лыково, принадлежавшей когда-то Ягоде, навесил высший из придуманных орденов, другой приказал его дымящийся ядовитым вздором «ГУЛаг» внедрять в беззащитные головы школьников, что так же отвратительно, как педофилия.

А с Ульяной я не согласен. Во-первых, вовсе не следовало извиняться перед оравой лжецов и клеветников России. Во-вторых, зачем сказала о предках нынешних либералов? Они могли быть вполне достойными гражданами Советской родины. Я предпочёл бы сказать самому Гозману, что с удовольствием сделал бы из него не абажур, а дирижабль вроде знаменитого «Гинденбурга», который в 1936 году долетел до Америки и там сгорел. Или заставил бы вступить в гей-брак с Чубайсом и обязал бы усыновить Немцова, который когда-то взывал: «Читайте «Солженицына»!».

Израильский политолог Авигдор Эскин, к которому обратилась «Комсомолка», бросил Гозману: «Будьте вы прокляты!» И обосновал своё проклятье: «Ни в одной стране, в том числе в Израиле, не позволили бы говорить такие вещи. Люди знают, люди помнят, что такое фашизм. Мы знаем, кто соорудил Освенцим и кто освободил его узников. Советский Союз – победитель и спаситель человечества. А такие, как Гозман, пытаются изгадить всё святое. Надо подойти и выключить им микрофон. Но нужен ещё и закон против клеветников, которые проводят какие-то сравнения между СССР и нацистской Германией. А тут - продуманная акция. Гозман хочет вызвать волну антисемитизма, а потом потребовать денег для борьбы с ним».

«Нацизм, - читаем дальше Кантора, - был очень плох и сталинизм был очень плох, но это же два абсолютно разных явления». Конечно, чума и холера абсолютно разные, но одного смертоносного порядка явления.

В том же странном духе равной виновности лежит и рассуждение о том, что сразу «после фултоновской речи Черчилля произошла взаимная фальсификация. Как советские историки стали оговаривать англосаксонскую демократию, приписывая её грехи и объединяя её с фашизмом, точно так же (!) и англосаксонская демократия стала чернить советскую». И снова попытка уравнять! Но ведь очень скоро после той речи, уже в сентября 1945 года, сама недавно битая Франция начала агрессию против Вьетнама и только в 1955-м, потеряв свыше 140 тысяч солдат и офицеров, убралась восвояси. В 1950 году США обрушили полномасштабную войну на Корею, и за три года потеряв к 1953 году 58 013 человек убитыми, 153 303 ранеными, тоже смылись (Правда, 17 августа 1984). В октябре 1956 года в ответ на решение Египта национализировать Суэцкий канал - англо-франко-израильская агрессия против него. Но стоило только Советскому Союзу показать кулак, как агрессия через несколько дней прекратилась. А неугомонным янки корейского позора было мало: в 1959 году США влезли с бомбами, напалмом, дефолиантом ещё и во Вьетнам и увязли там на 15 страшных лет, но, истребив больше миллиона вьетнамцев, уложив 60 тысяч своих и забрав 300 тысяч раненых, американцы и на сей раз уж с великим позором смотали удочки за океан, ничего не добившись, вернее, добившись совершенно противоположного тому, чего хотели: Вьетнам объединился. А 5 июня 1967 года внезапное нападение Израиля на Египет, Сирию и Иорданию... Но Советский Союз долгие послевоенные годы не предпринимал никаких агрессивных акций. Где ж тут «точно так же»? И когда мы обличали «западную демократию» за кровавый разбой, это была «фальсификация»?

Но оставить жертвы без помощи против агрессии безмерно превосходящих сил разбоя было бы подлой трусостью. В демократическом ельцинском исполнении мы видели эту трусость: когда американцы терзали Югославию, вначале что-то вякали («Мы не допустим! Мы не позволим!»), но потом, когда начались американские бомбёжки, даже ракет сербам не дали. А тогда, в 50-е годы, мы и китайцы сочли долгом порядочных людей помочь маленькой Корее, как в 30-е помогали республиканской Испании. В частности, наши лётчики с их богатым опытом Великой Отечественной войны сбили в корейском небе 1309 американских самолётов, в том числе 170 Боингов-29, «летающих крепостей», считавшихся неуязвимыми. При этом, увы, потеряли и 330 своих самолётов и 135 лётчиков (Там же).

Но автор с удивительной настойчивостью продолжает твердить о «во многом фальшивой пропаганде как (!) со стороны социалистической, так (!) и со стороны капиталистической» и позже, во времена уже не Сталина, а Хрущёва, Брежнева, Андропова: «Врали с двух сторон одинаково безобразно и безбожно». Он словно не знает, что наша страна была окружена системой военных баз. И мы что, «безбожно врали», когда говорили об этом и пытались противодействовать на Кубе и в Афганистане?