Чтение онлайн

Автор запутывает дело, пускает дымовую завесу и в вопросе о сути русского характера. Он видит её «в абсолютно неистребимом комплексе неполноценности». Этим, дескать, «страдают все(!) наши интеллектуалы». Не вернее ли было бы сказать: «Все, среди которых я жил; все, которых я знаю; все, кого я читал»? А людей, имеющих национальное достоинство и отстаивающих честь родины Кантор просто не знает и не читал их статей, выступлений, книг.

На первый случай могу порекомендовать хотя бы публикацию «Необходимый Виктор Розов» в «Правде» за 12 апреля и 31 мая этого года. Истинный русский интеллигент, знаменитый драматург, пьесы которого идут во многих странах, говорил ещё в первые года русофобского разбоя: «Надо прямо сказать: идёт глобальное покушение на нашу духовность. Нас хотят размазать, чтобы никакой русской краски не осталось. Нас пичкают вторичным, дешёвым, развлекательным и развращающим, чтобы погубить нашу душу. Ощущение такое, будто меня превращают в лягушку или мышь. А ведь она веками складывалась, русская духовность». И вот за такие речи никому неведомый Аркадий Инин в газете «Труд» назвал знаменитого русского драматурга «российским нацистом». Кто-нибудь вступился за прославленного старца, защитил от гомерической наглости микроскопического Инина? Только «Правда».

А Розов не знал, что такое «комплекс неполноценности», не падал духом: «Думаю, одолеть нас всё-таки не удастся. Да, мы проиграли «холодную войну». Но я считаю, что это была не война, а лишь сражение. Случалось в нашей истории, что мы и столицу оставляли. А что было потом?.. Нет, русский дух ещё проявит свою мощь и победит».

Сдаётся мне, что Кантор и не слышал о Розове. А я могу порекомендовать ещё и книгу Владимира Лакшина «Берега культуры», которую Виктор Сергеевич упоминает. Да и кое-что из своих книг мог бы предложить - «Гении и прохиндеи», «За родину! За Сталина!», «Это они, Господи!»...

«Почему надо хаять своё прошлое и свою страну, и в этом находить удовольствие, я понять не могу!» Так спросил бы у Радзинского, Радзишевского, Радзиховского, у Розовского, Володарского, у того же Сванидзе, Млечина, у Аркашки Инина... Да хотя бы и у Героя Социалистического труда Майи Плисецкой, мультилауреатки, супероденоносицы, которая жаловалась: «Как ужасно сложилась моя жизнь!» Неужели проницательный писатель не замечал, что с самых высоких трибун и назойливей, громче всех и с наибольшим удовольствием хает свою страну именно эта публика, большинство которой весьма далёка от русских интеллектуалов.

Но вернёмся к статье И. Шамира. В ней вот ещё что озадачивает: «Роман Кантора можно бы назвать «Учебник истории». Назвать-то можно что угодно и как угодно, язык без костей. Например, однажды, когда Генпрокуратура заинтересовалась Кохом, и над ним нависла опасность, как над псом Кабыздохом, Чубайс возгласил:

Я знаю Коха много лет.

Честнее Коха в мире нет!

Вот – назвал! А Путин и самого Чубайса называет человеком безукоризненно честным и великого мужества, порядочным, еженедельно посещающим баню.

Ну, а здесь-то всё-таки есть хоть какое-то основание назвать роман Кантора учебником? И в каком же смысле это учебник? Для какого класса? Оказывается, «в нём множество малоизвестных широкому читателю или забытых фактов. Все мы слышали про Катынь и про обиду(!) Польши». Обида? Находятся паны, которые свою «обиду» оценивают в 100 млрд. долларов, которые надо взыскать с России. Вы только подумайте! Мы их освободили от немцев, которые истребили шесть миллионов поляков, мы положили при этом «в полях за Вислой сонной» 600 тысяч наших солдат, мы усилиями Сталина добились приращение их территории чуть не на целую треть, мы им подарили высотный Дворец науки и культуры – и они же изготовились потребовать с нас 100 миллиардов! Вот уж поистине у поляков ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным.

«Но из книги Кантора мы узнаём, - продолжает Шамир, - что задолго до Катыни, ещё в 1920 году, поляки морили пленных русских солдат голодом и рубили шашками, так что считанные единицы уцелели... 30 тысяч красноармейцев сгинули в польских лагерях за два года. А некоторые говорили: 70 тысяч». Сталин, свидетель всего этого, по живым следам трагических событий 20 сентября 1920 года на IХ партийной конференции назвал 100 тысяч (ПСС. М. 2004, т.17, с. 136)».

Дорогой Шамир, если вы лично об этом узнали из книги Кантора, то так и скажите: я узнал, но не надо вслед за Кантором говорить от имени «мы». А мы знаем это не из только что помянутого 17 тома Сталина, вышедшего десять лет тому назад, а гораздо раньше, давным-давно. И не забыли. Многие авторы, в том числе и я лично, ведь не раз писали об этом задолго до книги Кантора. Конечно, повторение полезно, однако не полагается из идущих следом делать проницательный авангард.

«Оказывается,– читаем дальше, - финны не только страдали от Сталина...» Это когда же они страдали от человека, который как нарком по делам национальностей составил от имени правительства декрет о признании независимости Финляндии, утвержденный ВЦИК 4 января 1918 года? Во время Отечественной, что ли? Так ведь в обращении к вермахту 22 июня 1941 года Гитлер прямо назвал Финляндию союзницей Германии в войне против СССР. Чего же, кроме «страданий», финны могли теперь ожидать от Сталина и Красной Армии?

«Оказывается, финны и бомбили русские города, и вырезали мирное население по пути на Ленинград». И это нам давно известно – никакой учебник и здесь не требуется.

«У Кантора немецкие солдаты – не рыцари без страха и упрёка, как их подавали нам в последние годы, а жестокие палачи и убийцы мирного населения». И тут для вас новость? И это открыл вам Кантор? Дорогой Исраэль, вы же большую часть жизни прожили в СССР. И совершенно невозможно понять, как могли не знать о зверствах немецких и всех иных оккупантов хотя бы по отношению к евреям! Было же об этом множество документальных публикаций, романов, повестей, рассказов, художественных и хроникальных фильмов.

Владимир БУШИН

(Окончание следует)

Признайтесь, это некрасиво,

Меж строк желая ей добра.

Жалеть несчастную Россию

Из-за бугра.

Её и беды, и недуги

Рифмуете наперечёт.

Но ваши “Братские” заслуги

Теперь не в счёт.

Бандитский строй, тандема ересь,

Костите ловко, не со зла,

Как бы кривой берданкой целясь

Из-за угла.

И эта ваша Оклахома,

Что счастья выдала взаймы,

Теперь родней родного дома –

Самой “Зимы”...

Мы с вами встретимся едва ли –

Я вам не кореш и не враг.

Но мне вас жалко – вы попали

В иной ГУЛаг.

Не тот, который создал Сталин, –

ГУЛаг для нынешних воров.

Он для начала виртуален,

Но и суров.

В нём банда молодых и старых,