Чтение онлайн

Суд между тем продолжался. Судья Тополев практически не скрывал своей ангажированности. Обвинительный уклон процесса был очевиден: все протесты и ходатайства подсудимых неизменно отклонялись, заключённые были по-прежнему лишены возможности общаться с окружающим миром. Права на переписку (всего одно письмо в месяц!) им удалось добиться лишь путём длительной голодовки И. Романова и А. Смирнова. В деле И. Данилова имелось официальное медицинское заключение о травмах, полученных им в результате пыток, однако суд его нагло проигнорировал.

Первоначально суд считал лидерами группы Андрея Яковенко и Анатолия Плево. Но Плево не выдержал испытаний. Запуганный пытками и угрозами на следствии, он оговорил себя и товарищей, позже под влиянием подсылаемых к нему в камеру попов сказался (или стал) набожным и отказался от коммунистических убеждений. Возможно, некие службы напомнили ему о судьбе Бердюгина. Так или иначе, Плево единственный стал активно сотрудничать с судом и дал оговаривающие показания против остальных.

В последние дни суда Данилов и несколько его товарищей, возмущённых открыто заказным характером процесса, объявили голодовку. Это не помешало привести их, ослабевших от голода, в зал суда и… предоставить им последнее слово. Они потребовали дать им время на подготовку, но в этом было отказано. Последнее слово Данилова, состоявшее всего из нескольких фраз, было предельно смелым. «Вы судите нас сегодня, а мы будем судить вас завтра!» - гордо заявил он прислужникам буржуазии…

Приговор был жесток и несправедлив. Он ясно показывал, что суд руководствовался не столько тяжестью предполагаемых «преступлений», сколько степенью «раскаяния» и покорности «преступников». В результате Андрей Яковенко, признанный руководителем «группы», и героический Игорь Данилов получили по 14 лет лишения свободы особого режима, Олег Алексеев – 13, Богдан Зинченко – 12, Александр Герасимов – 11, Илья Романов – 10, Александр Смирнов – 8 лет. А. Плево, новообращённый христианин, публично отрёкшийся от коммунистических идеалов, несмотря на тяжесть предъявлявшихся ему обвинений получил самый небольшой срок – 6 лет, Семёнов и Польская были осуждены условно.

На протяжении всего процесса коммунисты и красная правозащита России, в том числе движение «В защиту политузников-борцов за социализм» (ВДЗП), а также Украины и Приднестровья активно поддерживали одесских политзаключённых. Зал судебных заседаний всегда был полон, и не только жителями Одессы; возле посольства Украины в Москве, представительств в других городах проводились митинги и пикеты в поддержку одесских политзаключенных.

Несмотря на тяжесть пребывания в застенках А. Яковенко, И. Данилов, А. Герасимов, И. Романов, А. Смирнов, находясь уже в местах отбытия наказания, продолжали борьбу с несправедливостью, против буржуазных властей. Их материалы, публиковавшиеся в коммунистической и правозащитной печати, поражают своей смелостью. Илья Романов не побоялся даже – с риском для собственного здоровья, а, может быть, и жизни - выступить с открытым разоблачением конкретных незаконных махинаций «своей» тюремной администрации, что привело к смене зарвавшихся начальников, хотя и стоило ему длительного содержания в штрафном изоляторе. Несколько позднее письма и статьи стал присылать и О. Алексеев, раскаявшийся в своей слабости и прощённый товарищами.

По прошествии шести лет, в конце 2008 года, на свободу вышел А. Плево. Предавший единожды, он подтвердил свои «признательные» показания, в том числе и по якобы имевшему место московскому эпизоду, в котором якобы участвовали некоторые фигуранты Одесского дела. Весной 2009 года стало известно, что готовится новый процесс – в Москве в связи с показанием Плево о якобы имевшем там место случае экспроприации. Этот вопрос поднимался и раньше. В 2003 году из Москвы в Одессу приезжала следственная группа, чтобы допросить ряд «одесских» товарищей (причём дело тоже не обошлось без избиений) в связи с открытым в Москве уголовным делом. По-видимому еще тогда спецслужбы России и Украины в этом вопросе работали в контакте… По закону, «московский эпизод» должен был рассматриваться именно как один из эпизодов в ходе суда в Одессе, тогда бы он (даже если бы посчитался доказанным) не мог значительно повлиять на определённые приговором сроки. Теперь же он превратился в отдельное дело, рассматривавшееся уже в Москве в 2009-2010 гг. В результате Данилов получил по «московскому делу» 13 лет заключения, Смирнов – 9 лет, Плево, единственный давший признательные и оговаривающие показания и единственный же подтвердивший свое участие в этом эпизоде, получил условный срок… Комментарии, по-видимому, излишни.

Важно отметить, что и на московском процессе политический характер дела был очевиден. В обвинении и приговоре фигурировало в качестве конечной цели группы создание «Причерноморской Советской Социалистической республики» и финансовое обеспечение этой задачи (корыстный мотив «преступления» был полностью исключён). Очевидно и то, что, как и в Одессе, исход московского процесса был предрешён заранее. Судья на важнейшие аргументы защиты просто не обращала внимания, заключительную речь адвоката Данилова в буквальном смысле проспала (с закрытыми глазами) – зачем её слушать, раз готовый приговор лежит в папке! Доходило и до курьёзов. Например, в качестве вещественного доказательства в московском деле фигурирует гильза от пули, из Одессы присылают пистолет, изъятый в 2002 году у кого-то из членов группы, – якобы тот самый, из которого московская пуля была выпущена. Но вот незадача: диаметр гильзы больше диаметра ствола! Защита предлагает провести следственный эксперимент – влезет ли большая гильза в узкий ствол, но судья заявляет, что в таком эксперименте нет необходимости: стреляли из этого пистолета, и точка!

В последнем слове Игорь произнес главное, сказав, что для него не было в жизни большей трагедии, чем крушение Советского Союза.

Пока тянулся московский суд, для Смирнова практически истёк срок приговора по «Одесскому делу»: в конце 2010 года он должен был выйти на свободу и уже предвкушал скорую встречу с родными – матерью, братьями и сестрой… Новый приговор лишил его этой возможности.

Однако и этим драконовским приговором дело не кончилось: ведь Плево наговорил на целое дело не только в отношении Данилова и Смирнова. По его доносу обвиняемыми по «московскому делу» стали и А. Яковенко и О. Алексеев. Новое судебное разбирательство на Украине длилось более полутора лет, хотя его результат был предрешен заранее. Андрею и Олегу, которые заявляли о своей непричастности к вменяемому эпизоду, также вынесли большие сроки – 14,5 и 13,5 лет заключения соответственно.

Но тут сыграло роль разделение нашей единой страны на «куски-государства». Получилось, что Яковенко и Алексеев по обоим делам были осуждены судом одной «страны», а потому их срок в обоих случаях исчисляется с одной даты - декабрь 2002 года.

В случае же Данилова и Смирнова московское следствие и суд, нарушив по существу Минскую конвенцию «О правовой помощи и правовых отношениях…», а также искусственно затянув начало процесса аж до 2008-2009 годов (хотя уголовное дело по этому эпизоду было открыто еще в июне 2002 года), начало отсчет срока по московскому приговору только с марта 2009 года. Таким образом, общий срок заключения коммуниста-революционера Игоря Данилова в настоящий момент составляет 20 лет (до 2022!! года), а Саши Смирнова – почти 16 лет, до 2018! года.

Это, конечно, вопиющая несправедливость. В настоящее время делаются попытки с помощью адвокатов изменить начало отсчета сроков, но пока суд «не внемлет».

Да, это огромная несправедливость. Как, впрочем, и все обвинение в отношении этих товарищей. Ведь на самом деле у них нет никакой вины, а есть лишь заслуга перед своим народом. Заслуга в том, что они не в пример многим и многим, хоть и были молоды, но хорошо усвоили те принципы и идеалы, которые дало им советское воспитание. Они понимали, что принесет советскому народу падение в капитализм, они не захотели и не смогли мириться с трагедией, обрушившейся на нашу страну. И они вышли на борьбу за свою социалистическую Родину.

Все ли было сделано верно, можно ли было идти другим путем? Может быть. Но такой пример мужества, смелости, жертвенности – самоценен.

Сегодня за пропаганду коммунистических идей нет таких репрессий, через которые прошли большевики ленинской школы, коммунисты-антифашисты в гитлеровской Германии или в пиночетовской Чили, в других странах Латинской Америки второй половины XX века. Сегодня у нас и выход на разрешённый пикет или митинг многие считают почти подвигом… Но, может, потому и нет такого ожесточения властей, что эти разрешенные акции не представляют опасности для их буржуазного строя. В этих акциях нет той непримиримости, готовности идти до конца, того, по словам, В.И. Ленина, «озверения», когда люди готовы жизнь отдать за победу. Для сегодняшних коммунистов настоящий подвиг Данилова, Яковенко и их товарищей – как маяк: вот какой силы духа, самоотверженности, какой нравственной высоты может достичь человек!

С полным правом к ним можно применить знаменитые строки поэта: «Природа-мать! Когда б таких людей ты иногда не посылала миру – заглохла б нива жизни…».

И главное: нашей стране, нашей Родине, всем ее республикам очень нужны сегодня люди, готовые не постоять за ценой за ее социалистическое будущее. Ведь за этим – счастливая и достойная жизнь трудового народа, за этим счастливое будущее подрастающего поколения.

А наши товарищи - и герои этой статьи, и другие политзаключенные-борцы за социализм во всех республиках Союза - должны знать и чувствовать помощь и поддержку всех нас, продолжающих эту борьбу на воле.