Чтение онлайн

– Мы стояли на фланге 3-й армии, около 2-й. Сзади нас осадная батарея. 19-го числа вдруг узнаём, что её увезли. Мы верить не хотели. Их спасали! В начале боя спасали пушки! Страшно – вдруг достанутся японцам!.. Да что же это такое? Пушки существуют для армии, или армия для пушек? Мы дрались три дня, и артиллерии у нас не было. Против японских орудий у нас были только винтовки. Не только осадную батарею, все орудия куда-то убрали!.. У нас считается лучше положить тысячу солдат, чем подвергнуть опасности одну пушку. Телеграфируй, что легла целая дивизия, - честь! Телеграфируй, что потеряли одно орудие, - позор! И всё время у нас думали не о том, чтоб нанести пушками вред японцам, а только о том, как бы они не попали в руки японцев… Да разве позор отдать орудие, если оно сделало всё, что можно?

– Да, вот японцы этого не боятся! – отозвался глухой бас. – Нахальнейшим образом вылетают с орудиями вперёд без всякого прикрытия и жарят, куда нужно.

– И правильно! Пропала пушка – и чёрт с нею! Что нужно было, сделала!»

Жалели пушки и снаряды, но жизнь солдата не ставили ни в грош.

Ещё пример. 30 августа 1878 года. Рассказ художника Василия Верещагина о третьем штурме Плевны.

«Готовились к третьему, как думали, последнему штурму. Помню, что когда я спросил одного из видных деятелей кампании: «Неужели будут опять штурмовать?», то услышал в ответ: «Что смотреть на этот глиняный горшок – надобно разбить его» - и говоривший сделал движение носком сапога. Старая история: закидаем шапками.

(Погода и остальные факторы не благоприятствовали штурму. – В.К.). …Штурм, однако, не отложили, так как главнокомандующий был уверен, что значение именно этого дня, торжественно справлявшегося по всей России – 30 августа, именины государя императора, - поможет войскам преодолеть преграды и добиться цели – овладеть редутами…».

После турецкой войны 1827 – 1830 годов Россия почти не знает побед. Все серьёзные столкновения неизменно оканчивались для неё катастрофой. Даже турецкая война 1877-1878 годов по своим жертвам и ничтожности политических результатов воспринималась современниками как поражение. Откуда же эта череда военных неудач России?

Техническая отсталость, злоупотребления интендантов, коррупция, излишняя централизация военного управления… Всё это верно. Но почему же в век Петра, Екатерины II, даже Александра I русская армия не страдала от технической отсталости? Да потому, что титанические усилия Петра Великого и его преемников уничтожили на время техническую пропасть между Россией и Западом.

Но самая совершенная техника и вооружение должны быть приспособлены к человеку. Дело в том, что русский солдат может воевать только за правду. За неправду, которую он чувствует не умом, а подсознательно он воевать не хочет и не станет. Я не хочу комментировать это положение относительно нашей сегодняшней армии, об этом лучше спросить призывников и их матерей.

А ведь были в истории России государственные деятели, понимающие метафизику солдатской души и сумевшие создать органическую этой душе военную систему. Вот, например, Пётр Румянцев (1725-1796), великий гуманист псевдо гуманного екатерининского века. Генерал-фельдмаршал Румянцев смотрел на военное дело с точки зрения государственной, а не узко сословной. Он считал, что нужно соблюдать соразмерность военных расходов с другими государственными потребностями. Благосостояние армии напрямую зависит от благосостояния народа. Поэтому надо стараться, чтобы «несразмерным и безповоротным взиманием (податей и рекрутов) не оскудеть оный». В эпоху господства во всей Европе прусской бездушной «фухтельной» дрессировки солдат граф Румянцев-Задунайский первым выдвинул идею, что в основе воспитания войска должно лежать моральное начало.

Как воевал Румянцев? В блистательной Кагульской битве (1770) у него «в ружье» оставалось 17 тысяч бойцов, у Халил-паши было около 100 тысяч войска, да ещё 80 тысяч крымских татар стояло в 20 верстах от поля сражения. Турки потеряли до 20 тысяч убитыми и ранеными, свыше 2 тысяч пленными, да ещё 203 орудия достались русским… Наш урон был 960 человек. Потому что Румянцев думал головой, а не тряс дубиной!

Гению Румянцева обязана русская армия появлением Суворова с его наукой «Побеждать!». «Последнюю кампанию, - с гордостью говаривал Александр Васильевич, - неприятель потерял счётных 75 тысяч, чуть не сто, а мы и одной тысячи не потеряли. Вот это называется вести войну, братцы!».

Но как-то не тянет наших «государей» на отечественный опыт. Больше – слизать с заграницы. Все значимые военные реформы в России глохли после ухода их инициаторов в мир иной, и опять бездумное подражание….

Возьмите нынешнее состояние армии и флота. Уже более 20 лет талдычат о «профессиональной армии» (термин спорный), забыв или не зная заветы Петра Александровича Румянцева, что «нужно соблюдать соразмерность военных расходов с другими государственными потребностями». А новый облик армии и флота? Бригадный состав и подчинение флотов армейскому командованию – всё это подражание американской военной системе с точностью до наоборот. Будет ли толк – покажет будущее, но страдать придётся солдату.

Но всё-таки главным остаётся отношение государства к солдату. А оно, увы! Как бы не твердили о достижениях, улучшений в лучшую сторону нет, и пример этого - «безвозвратные» потери личного состава в мирное время…

Да и как может быть иначе, если в стране существует такой парадокс – Армия бедных защищает интересы богатых?!

Вадим КУЛИНЧЕНКО, капитан 1 ранга в отставке

Начнём разговор со П.А. Столыпина в связи с тем, что в этом году исполняется 100 лет со дня его смерти. К тому же на его примере интересно проследить характерную для нашей истории черту: как при каждой смене Россий-государств происходит переоценка этих Россий и, соответственно, её руководителей, т.е. самой Истории. Как то возникают те или иные течения, движения, идеи, идолы, то исчезают, чтобы вновь возродиться в одной из последующих Россий.

Чтобы было понятно, о чем идет речь, напомню, что в XX веке Россия (т.е. всего за 100 лет - жизнь одного-двух поколений) «примерила» на себя 6 (шесть!) форм государственного устройства (уникальный случай в истории человечества): абсолютная монархия, конституционная (ограниченная) монархия, парламентская республика, советская республика (РСФСР), политбюрократия (поздний СССР) и президентско-парламентская (РФ).

Следовательно, шесть раз изменялись законы жизни народа, среда его обитания, его мир - Русский мир.

И для каждой России свои идеалы в настоящем и в прошлом, свои сторонники и, соответственно, противники. То есть «россияне» находятся постоянно в «раздрае», в постоянном противостоянии. У нормального человека голова пойдет кругом. А у народа русского? Тоже.

Оно и ничего, если бы при этом русские не уничтожали бы русских, но нет же, и ведь всё - «За Россию!». Не условно, как на маневрах, штабных или компьютерных играх. Нет, убивая, изничтожая друг друга. Миллионами! Русский народ занимался и занимается самоистреблением? Уму непостижимо. Логично предположить, здравый смысл подсказывает, что какие-то России были и есть для народа не матерью, а мачехой-убийцей. Да плюс ещё две мировые войны.