Чтение онлайн

Конечно, в прежние времена трудно было представить друг рядом с другом Гесса, второго (после Гитлера) человека в нацистской партии, и Троцкого, второго (после Ленина) человека в большевистской партии. Но ведь когда-то трудно было представить и бывшего Генерального секретаря ЦК КПСС, рекламирующего пиццу.

Поэтому этот вопрос следует также рассмотреть по существу.

Действительно, немецкие нацисты постоянно занимались антисемитской риторикой, а вскоре после своего прихода к власти в Германии ограничили евреев и мишлинге в политических правах. Однако, как известно, нет правил без исключений. Например, Гейдрих, начальник службы безопасности (РСХА) в ведомстве Гиммлера, “одна из самых зловещих фигур Третьего рейха”, как его именовали в советской литературе, был минимум на четверть евреем.

“Канарис хранил в своем сейфе… его <Гейдриха> личные документы, содержавшие опасные свидетельства… — одна из бабок высокопоставленного руководителя СС была еврейкой” (Шелленберг).

Известны и другие исключения. Например, у того же вышеупомянутого профессора геополитики и генерала рейхсвера Хаусхофера – контакты с которым Троцкого по причине их принципиальной невозможности с пеной у рта отрицали «кристально честные люди» – жена, Марта Майер-Дос, была дочерью богатого еврейского коммерсанта, а тот же вышеупомянутый Гесс был не только учеником и ассистентом Хаусхофера в Мюнхенском университете, но и другом их семьи. После введения в Германии расовых законов он лично заверил своего учителя и его супругу, что им нечего опасаться. Кстати, и небезызвестный полёт Гесса в Англию подготовлялся при помощи Альбрехта Хаусхофера, по расовым законам Третьего рейха полуеврея. Так что по крайней мере со стороны этих лиц принципиальных препятствий к общению с Троцким, особенно в перспективе весьма ощутимых геополитических дивидендов, быть не могло. С другой стороны, и Троцкий в прошлом имел немалый опыт общения с немецкими генералами. Ведь именно в те времена, когда он возглавлял РККА, были заключены соглашения о сотрудничестве Красной Армии с рейхсвером, возглавлявшимся генерал-полковником фон Сектом.

“Они уже имели пути к Гитлеру, они уже до этого имели пути к нему. Троцкий был связан, безусловно, здесь нет никаких сомнений” (Молотов).

Так что при ближайшем рассмотрении превращение «вождя мировой революции» и его окружения во что-то вроде “наёмного отряда СС или гестапо” (Вышинский) выглядит вовсе не столь уж невероятным.

Вопрос о подготовке троцкистами террористических актов против Сталина и его окружения в либерально-космополитической публицистике обходился путём смутных ссылок на некие “принципиальные положения марксизма”. Однако если эти люди занимались террором против целых групп населения, казнями заложников, расстрелами “по классовому принципу”, то можно ли поверить, что они поколебались бы прибегнуть к убийствам и отдельных лиц, стоящих на их пути??

Стараясь показать “нелепость” утверждений о подготовке троцкистами терактов, либерально-космополитические публицисты иногда прибегали и к прямым подтасовкам. Так, В. Роговин писал: “Виктор Серж, лично знавший некоторых “террористов”, упомянутых на процессах, рассказывал, что одним из них был Закс-Гладнев, эрудированный старый марксист и замечательный оратор, который вёл уединённую жизнь и был совершенно неспособен к каким-либо практическим действиям”. Между тем, “неспособный ни к каким практическим действиям” Самуил Маркович Закс (1884 - 1937 гг.) (псевдоним Гладнев) участвовал в социал-демократическом движении с начала 1900-х гг.; в 1914-1917 гг. заведовал финансами петроградского филиала экспортно-импортной фирмы Парвуса и Ганецкого, находился на подпольной работе в Германии, а после революции был заместителем председателя ВЧК. Такой вот адепт квиетизма и ненасилия.

Вышинский: Вы были заместителем наркома путей сообщения и в это время обсуждали вопрос о том, как сорвать движение на железных дорогах на случай войны?

Лившиц: Да. Я считал, что раз мы ведем борьбу за приход к власти троцкистско-зиновьевского блока, необходимо это делать…

Вышинский: А насчет оборонной промышленности не говорилось?

Радек: Говорилось специально. Диверсионная деятельность троцкистов в военной промышленности должна быть согласована с теми партнерами, с которыми удастся заключить соглашение, т.е. со штабами соответствующих иностранных государств…

Если предположить, что организаторы всё это срежиссировали, то придётся признать, что они действовали очень умело: подсудимые как будто специально давали такие показания, чтобы у народа не оставалось никаких сомнений в их правдоподобии.

Установление диктатуры фашистского типа

“Троцкий сказал:… рабочего надо будет вернуть частью на частные фабрики, частью на государственные фабрики, которые будут находиться в состоянии тяжелейшей конкуренции с иностранным капиталом. Значит – будет крутое ухудшение положения рабочего… И тогда, чтобы удержаться, нужна крепкая власть, независимо от того, какими формами это будет прикрыто…

Третье условие было самым новым для нас – поставить на место советской власти то, что он называл бонапартистской властью. А для нас было ясно, что это есть фашизм без собственного финансового капитала, служащий чужому финансовому капиталу” (Радек, 37).

“Троцкисты всем прошлым своим и настоящим доказали… готовность служить капитализму не за страх, а за последние остатки своей совести, доказали свою способность действовать самыми мерзкими и подлыми средствами борьбы, не останавливаясь ни перед чем” (Вышинский, 37).

“Смирнов тогда сказал мне так: сейчас резко изменилась обстановка в Советском Союзе, и вы сами понимаете, что борьба с открытым забралом невозможна. Сейчас задача троцкистов заключается в том, чтобы войти в доверие партии и тогда снова с удвоенной и утроенной силой пойти в атаку” (Шестов, 37).

Вышинский: Какое вы занимали партийное положение в последнее время?

Норкин: Я был членом краевого комитета партии и членом бюро городского комитета партии.

Вышинский. И одновременно были членом подпольной троцкистской, антисоветской, террористической, диверсионной, шпионской и вредительской организации?

Норкин: Да (процесс 37).

“Седов начал с того, что нечего сидеть у моря и ждать погоды; нужно всеми силами и средствами приступить к активной политике дискредитации сталинского руководства и сталинской политики” (Шестов, 37).

Вышинский: Вы знали Крапивского?

Ратайчак: Знал. Это был один сотрудник в Волынском губернском совете народного хозяйства, где я был заместителем председателя.

Вышинский: Чем занимался Крапивский?

Ратайчак: Он был начальником отдела снабжения.

Вышинский: Чем он занимался неофициально?

Ратайчак: Спекулировал на перепродаже государственного имущества (процесс 37).

Прокурор Вышинский, цитируя на втором московском процессе напечатанные в августе 1936 года статьи Пятакова “Беспощадно уничтожать презренных убийц и предателей” и Радека “Троцкистско-зиновьевско-фашистская банда и её гетман Троцкий”, задавал вопрос: