Чтение онлайн

Лёне – надо. Не припомню, где ещё бывал он, кроме нью-йорков-тель-авивов-парижей. В первых или во вторых рядах усердных раздиральщиков старых ран, воспевателей «народных фронтов», раздувателей пожара национализма средь «малых народов»?

Лилия Беляева

В столице я решил поселиться в центре города, шумном и не вполне безопасном по ночам, в соответствии с адресом из Lonely Planet - 2006. Гостиница удивила меня своим запущенным видом, в коридорах стояли тюки с товарами для близлежащего рынка - обычно адреса этого путеводителя бывали более удачны. По вечерам рядом грохотала до трёх ночи дискотека, и на третий вечер я решил туда заглянуть, полюбопытствовать: как народ развлекается в Сальвадоре?

Я зашел в соседнюю с гостиницей дверь. Оказалось, что попал в бордель - в публичный дом. Он функционировал несмотря на государственный праздник - шла особо чтимая верующими «Святая неделя» перед Пасхой. Неудивительно, что такое соседство распугало приличную клиентуру гостиницы, и со времени издания путеводителя она пришла в запустение.

Центральная Америка в социальном отношении похожа на Россию столетней давности. Если девушки стесняются на пляже надеть купальник, купаясь прямо в шортах и майках, если церковь жёстко диктует моральные устои, а аборты строжайше запрещены, то неизбежно в грандиозных масштабах возникает и «индустрия греха». Бог и дьявол, святое и греховное сплетены между собой куда теснее, чем это принято считать.

Во всех столицах туристы ходят смотреть исторические места, музеи и произведения искусства, и Сан-Сальвадор в этом смысле не исключение.

Часовня госпиталя Божественного Про-мысла, где 24 марта 1980 года во время мессы был убит архиепископ Оскар Ромеро, представляет собой небольшой храм в современном стиле в форме прямоугольной палатки. Убийство осуществлялось, вопреки сюжету знаменитого фильма Оливера Стоуна «Сальвадор», непосредственно из машины, припаркованной рядом со зданием. Из снайперской винтовки была выпущена одна пуля прямо в сердце (по другим источникам – в голову). Затем бородатый снайпер спокойно сказал шоферу: «Поезжай медленно и держись без напряжения».

Ромеро жил очень скромно в маленьком домике на территории госпиталя. Здесь сейчас музей, где выставлены его личные вещи, в том числе и окровавленная одежда. Он был сторонником «теологии освобождения», направил письмо тогдашнему президенту США Картеру с требованием прекратить помощь сальвадорской армии (оно было проигнорировано) и обратился к солдатам с призывом не повиноваться приказам, несовместимым с христианским учением. Его несколько раз арестовывали. Несмотря на многочисленные угрозы, Ромеро отказался от телохранителя: «Если мне суждено погибнуть, то я возвышусь в глазах сальвадорского народа». Он оказался прав – в его честь сегодня ставят памятники, пишут стихи, рисуют настенные граффити.

В связи с политическими разногласиями Ромеро с папой Иоанном Павлом II после убийства католическая церковь отказалось его канонизировать, хотя теперь это решение вроде будет пересматриваться. Однако для сальвадорцев он сразу стал «Святым Ромеро».

Его похоронили 30 марта в подвальном помещении главного кафедрального собора Сан-Сальвадора, выходящего на площадь Барриос, которая является главным местом народных демонстраций и протестов. На неё выходит и Национальный дворец, где расположены различные органы власти. В этот день сюда пришло четверть миллиона человек, есть оценка, что это была самая большая демонстрация не только в истории Сальвадора, но всей Латинской Америки. Расстрел толпы, собравшейся почтить память архиепископа, запечатлён на многочисленных видео того времени, в изобилии висящих сегодня в Интернете. Именно тогда народ Сальвадора окончательно понял, что у него нет другого пути, кроме революционной войны.

События преподнесли наглядный урок всем поклонникам «бархатных революций» как в Сальвадоре, так и за его пределами: когда ставки в политической игре слишком высоки и власть сохраняет дееспособность, то про «цветные революции» нужно забыть. Те, кто надеется собрать толпу народа и двинуть её на взятие власти, должны знать: «неустановленные личности» расстреляют её так же, как это сделали их коллеги в Сальвадоре.

Захоронение Ромеро стало местом паломничества. Маурисио Фунес непосредственно перед своей инаугурацией тоже посетил его и почтил память архиепископа. Другие иерархи церкви, захороненные рядом, посетителей не интересуют.

За прошедшие два десятилетия в деле об убийстве Ромеро стало известно всё: кто был заказчик, посредник, шофер. Однако снайпера, в отличие от бен Ладена, Саддама Хусейна и Ратко Младича, так и не сумели найти. Даже сама его личность считается то ли как бы неизвестной, то ли вроде юридически недостаточно доказанной.

Кроме Ромеро, от рук армии и эскадронов смерти погибло множество других священников и представителей духовенства, в том числе иностранных. Так, 2 декабря 1980 г. по дороге из аэропорта в Сан-Сальвадор четыре монахини, гражданки США, подозреваемые в левой политической ориентации, были задержаны, изнасилованы и убиты. На короткое время США даже прекратили помощь сальвадорским властям – но свои услуги тотчас предложил Израиль.

Пабло Алваренга, бывший региональный руководитель Фронта национального освобождения им. Фарабундо Марти (FMLN), просмотрел на моём компьютере ряд сцен из знаменитого фильма Оливера Стоуна «Сальвадор», который он почему-то раньше не видел, и прокомментировал их:

– Эпизод фильма с убийством Ромеро далёк от действительности – всё было не так. И актер, который играет главаря эскадронов смерти, мне не нравится - внешне он не похож на Обюссона. А вот сцена с монахинями сделана точно, могу только добавить, что их после убийства изрубили мачете.

Тщательно собирая информацию о Ромеро и в силу этого сравнивая практику латиноамериканского католицизма с нашим православием, я вновь и вновь задавал себе вопрос: кому в действительности поклоняются иерархи Русской православной церкви - богу или сатане?

Не будем, однако, идеализировать католицизм – сегодня там идут свои сложные процессы. Пабло Алваренга с обидой сказал мне:

– Сегодня церковные иерархи Сальвадора называют священников, которые участвовали в борьбе на нашей стороне, словом basura (отбросы, конский навоз). Архиепископ Оскар Ромеро был ближе к народу.

В Сан-Сальвадоре функционирует «Музей слова и изображения». Его директором является Карлос Хенрикез Консалви, гражданин Венесуэлы, он руководил во время революционной войны партизанским радио «Венсеремос». Музей сделан очень интересно и с тонким вкусом, он посвящён художественному творчеству Сальвадора, в значительной степени революционному. Там также функционирует исторический архив, в том числе видео для журналистов и исследователей, которому я обязан некоторыми фотографиями, выложенными на АПН-СЗ. Для меня наиболее интересной экспозицией явилась диорама, которая воссоздаёт дух работы коллектива радио в подземном укрытии – Консалви создавал её не понаслышке. Затемнение комнаты, где расположена эта слегка подсвеченная экспозиция, подчёркивает мистическую атмосферу того времени, но делает невозможным фотографирование без вспышки – от неё идут блики и отсвечивание. У музея есть прекрасный сайт, где можно, среди прочего, посмотреть видеоматериалы о революционной войне, понятные без знания испанского языка.

Монумент Сальвадорской революции. Когда я в первый раз его увидел, был в недоумении: почему невозможно увидеть его нижнюю часть? Затем посетил расположенную за ним картинную галерею в огромном, излишне просторном для неё здании, возведённом в 2003 г. Картин было немного, в значительной степени современное модернистское искусство, и меня они не впечатлили. После этого вновь подошёл посмотреть монумент, расположенный внутри ограды музея, и снова в недоумении: зачем нужны внизу бетонные подмостки, мешающие и отсюда рассмотреть монумент целиком? Постепенно я начал понимать как, очевидно, было дело. Лет десять назад между ARENA (правая партия) и FMLN состоялся приблизительно такой разговор.