Чтение онлайн

В декабре 1905 года Нилусу удалось опубликовать текст в Царском Селе на средства местного отделения «Красного креста» в составе книги «Великое в малом и антихрист как близкая политическая возможность».

Текст ПСМ был снабжён подзаголовком и отличался от изданий Крушевана и Бутми чёткостью и стройностью расположения материала.

Скорейшему выходу книги в свет тиражом 2000 экземпляров помогла фрейлина великой княгини Елизаветы Федоровны Е.А. Озерова, ставшая вскоре женой Нилуса. (Публикация Протоколов в книге «Великое в малом» была благословлена св. Иоанном Кронштадским, св. Старцем Оптинским Варсонофием. — Ю.В.)

В 1911 и 1917 годах ПСМ снова выходят в свет в составе книг Нилуса «Великое в малом» и «Близ есть, при дверех» — соответственно тиражом 3000 и 5000 экземпляров, однако судьба последнего издания трагична.

В конце февраля 1917 года 3000 экземпляров, только что отпечатанные в типографии Троице-Сергиевой лавры, были приготовлены к отправке в Москву.

В Петрограде свершилась Февральская революция, масонское Временное правительство князя Г.Е. Львова, занятое тысячью дел, сумело в числе первых вспомнить об антимасонской книге и отдать распоряжение уничтожить её тираж.

Вывезенная из страны русскими эмигрантами оставшаяся часть экземпляров книг Нилуса «Близ есть, при дверех» начала распространяться по Европе и Америке.

С 1919 года текст ПСМ стал переводиться на иностранные языки. Первым это сделал один из сотрудников генерала Людендорфа. Теперь Протоколы переведены на 80 языков.

После 1917 г. вместе с Россией испил до дна чашу страданий и Нилус. Аресты 1924 и 1927 годов, высылки, преследования, обыски, перемены мест жительства...

Подвижник же молился и писал до конца дней своих вторую часть книги «На берегах Божьей реки». На 68-м году жизни, 14 января 1929 года, в селе Крутец, в четырех верстах от Александровой слободы, С.А. Нилус скончался.

Миф о Сергее Александровиче то ли как о мистификаторе, то ли как о легковерной жертве мистификаторов возник с лёгкой руки французского иезуита графа Александра дю Шайла.

В 1909 году он специально приехал в Оптину пустынь, чтобы встретиться и поговорить с жившим там Нилусом.

Однако примерно за 10 лет до издания Нилусом ПСМ рукопись «Протоколов» уже находилась в распоряжении прокурора Московской синодальной конторы Филиппа Петровича Степанова. И по двум губерниям, по крайней мере, Тульской и Орловской, ходили издания ПСМ 1895 и 1897 гг.

В настоящее время мы не располагаем ни одним экземпляром тульских изданий. Известно также, что, по крайней мере, до 1960-х годов один гектографированный экземпляр хранился в собрании Пашуканиса в рукописном отделе Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина, а затем таинственно исчез.

В 1934 году фотокопия четырёх страниц этого экземпляра посылалась советскими властями Бернскому суду. Немецкий перевод текста был сделан для судопроизводства и сохранился до наших дней в Вейнеровской библиотеке в Лондоне.

Существует и ещё одно доказательство в пользу существования второго издания 1897 года: в американском секретном документе от 13 ноября 1918 года фрагменты ПСМ дважды цитируются именно по этому изданию, которое могло попасть в США через Б. Бразоля, русского эмигранта, сотрудничавшего с госдепартаментом.

В 1884 году дочь русского посланника в Лиссабоне генерала Глинки Юстиния (Юлиана) Дмитриевна Глинка была направлена в Париж генералом Оржевским, секретарём министра внутренних дел.

Её заданием был сыск в отношении злокозненных замыслов супостатов России. Она подкупила члена ложи «Мизраим» Иосифа Шорста-Шапиро с целью сбора полезных сведений.

Шорст был зол на весь мир, так как за два года до этого в Лондоне был пойман и осуждён как фальшивомонетчик его отец. Кажется, того «подставили» масонские круги.

Шорст предложил Глинке приобрести у него важный документ за 2500 франков. Глинка запросила согласия Петербурга и получила его. Когда Шорст получил деньги, он передал Глинке документ на одну ночь для снятия копии.

Это были вырезанные бритвой из какой-то книги ПСМ на французском языке. «Сионские мудрецы» всё-таки узнали о пропаже и заподозрили Шорста. Тому пришлось бежать. Но его нашли в Египте и убили — так свидетельствует французская полиция.

Глинка поспешно выехала в Петербург и там предъявила документ генералам Оржевскому и Черевину для ознакомления с ним царя Александра III. Однако до императора документ не дошёл. Черевин, опасаясь мести богатых евреев, испугался и оставил ПСМ у себя.

Позднее, после его смерти в 1896 году, по завещанию экземпляр ПСМ был вручен царю Николаю II. Завещание Черевина сохранилось.

Сами же тексты, которые держал в руках Николай II, возможно, находятся в архивах III Отделения в Москве. Но только опись этого хранилища составляют 250 томов. Думаю, оно ещё ждёт своих исследователей.

В моём распоряжении имеется ксерокопия письма Глинки Императрице Марии Фёдоровне. Это отчёт о выполнении конфиденциальных заданий.

В письме говорится, в частности, о предложениях, сделанных представителями АЛИТ Александру III. Император, естественно, ответил отказом. (Из других источников нам известно, что император был приговорён АЛИТ к смерти и впоследствии был отравлен своим врачом.)

Юлиана Глинка посещала кабинеты вельмож, добиваясь правды-истины и требуя скорейшего опубликования крамольного документа. Но «Сионские мудрецы» «обличающую» против неё интригу: она якобы являлась автором скандальной книги «Святая Русь: двор, армия, духовенство, буржуазия и народ», написанной на самом деле французской писательницей Жюльетт Адам.

Александр III разгневался и сослал Глинку в её родовое имение в Чернском уезде Орловской губернии.

Там в начале 1890-х годов Юлиана Глинка встретилась со своими соседями — чернскими помещиками. Одному из них, майору и предводителю дворянства Чернского уезда Алексею Николаевичу Сухотину (1848-1903), она доверила свою ценную рукопись.

Тот оценил документ по достоинству и передал её своему другу Филиппу Петровичу Степанову.

Но когда же и где возник текст ПСМ? Учёные Ю. Делевский, В. Бурцев, Н. Кон и их многочисленные последователи дружно заверяют, что авторами ПСМ были сотрудники шефа русской тайной полиции П.И. Рачковского (работал в Париже с 1884 по 1902 г.) М. Головинский и И. Манасевич-Мануйлов.

Последние якобы сфабриковали ПСМ в Парижской национальной библиотеке по образцу «Диалога» Мориса Жоли, а за позорной работой поддельщиков якобы застали княгиня Екатерина Радзивилл и Генриетта Херблетт.