Чтение онлайн

Суд установил:

«1. В начале марта 1940 года Лаврентий Берия, глава НКВД, направил Иосифу Сталину, Генеральному секретарю Коммунистической партии СССР, предложение утвердить расстрел польских военнопленных на том основании, что все они являлись «врагами советской власти, преисполненными ненависти к советскому строю». В предложении было указано, что в лагерях для военнопленных содержалось 14 736 бывших польских офицеров, государственных служащих, землевладельцев, полицейских, жандармов, тюремных охранников, поселенцев и разведчиков, а в тюрьмах западных областей Украины и Белоруссии находилось еще 18 632 арестованных бывших польских граждан.

2. 5 марта 1940 г. Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии СССР, высший руководящий орган власти в Советском Союзе, приняло решение рассмотреть «в особом порядке» с применением «высшей меры наказания – расстрела» дела 14 700 бывших польских офицеров, находившихся в лагерях для военнопленных, а также дела 11 000 членов различных контрреволюционных и шпионских организаций, бывших помещиков, промышленников, государственных служащих и беженцев, содержавшихся в тюрьмах в западных областях Украины и Белоруссии. Дела должны были быть рассмотрены «без вызова арестованных лиц и без предъявления обвинения, постановления об окончании следствия и обвинительного заключения». Рассмотрение дел было поручено провести комиссии из трех сотрудников НКВД («тройка»), которые действовали на основании списков заключённых, составленных местными органами НКВД. Решение о казни польских военнопленных было подписано всеми членами Политбюро, включая Сталина, Ворошилова, Микояна, Молотова, Калинина и Кагановича.

3. Расстрелы были произведены в апреле и мае 1940 г. Заключённые Козельского лагеря были расстреляны недалеко от Смоленска, в месте, известном как Катынский лес; заключённые Старобельского лагеря были расстреляны во внутренней тюрьме НКВД в г. Харькове, их тела были захоронены возле деревни Пятихатки; сотрудники полиции, содержавшиеся в Осташковском лагере, были расстреляны во внутренней тюрьме НКВД в г. Калинине (переименован в Тверь) и захоронены в поселке Медное. Обстоятельства казни заключенных, содержавшихся в западных областях Украины и Белоруссии, не выяснены до настоящего времени.

4. Точное число убитых заключенных было указано в записке Шелепина, председателя Комитета государственной безопасности (КГБ), направленной 3 марта 1959 г. Никите Хрущеву, Генеральному секретарю Коммунистической партии СССР: «Всего по решениям специальной тройки НКВД СССР было расстреляно 21 857 человек, из них: в Катынском лесу (Смоленская область) – 4 421, в Старобельском лагере под Харьковом – 3820 человек, в Осташковском лагере (Калининская область) – 6311 человек, и 7305 человек были расстреляны в других лагерях и тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии».

5. В 1942 и 1943 гг. польские железнодорожные рабочие, а затем – немецкая армия обнаружили массовые захоронения возле Катынского леса. Была создана международная комиссия, состоящая из двенадцати судебных экспертов и их помощников из Бельгии, Болгарии, Хорватии, Дании, Финляндии, Франции, Венгрии, Италии, Нидерландов, Румынии, Словакии и Швеции, которая провела эксгумационные работы в период с апреля по июнь 1943 года. Были извлечены останки 4 243 польских офицеров, из которых 2 730 были опознаны. Комиссия пришла к выводу о том, что вина за массовое убийство лежала на Советском Союзе.

6. В ответ советские власти постарались переложить вину на немцев, которые, по версии Москвы, летом 1941 года якобы захватили польских военнопленных и расстреляли их. После освобождения Красной Армией Смоленской области в сентябре 1943 года НКВД создал специальную комиссию под председательством Бурденко, цель работы которой заключалась в поиске доказательств ответственности немцев за убийства польских офицеров. В коммюнике от 22 января 1944 г. комиссия объявила, что польские военнопленные были казнены немцами осенью 1941 года.

7. 4 февраля 1946 г., в ходе судебного процесса в отношении немецких военных преступников в Нюрнбергском военном трибунале, советский обвинитель процитировал отчет комиссии Бурденко, пытаясь обвинить немецкие войска в расстреле до 11 000 польских военнопленных осенью 1941 г. Обвинение было отклонено судьями от США и Великобритании за отсутствием доказательств.

8. В упомянутой выше записке от 3 марта 1959 г., адресованной г-ну Хрущеву, Шелепин рекомендовал «уничтожить все дела [21 857] на лиц, расстрелянных в 1940 г. в ходе … операции … Протоколы заседаний тройки НКВД СССР, которая приговорила указанных лиц к расстрелу, а также акты об исполнении этого решения могут быть сохранены».

9. Остальные документы были помещены в специальную папку под названием «пакет № 1» и опечатаны. В советское время только Генеральный секретарь Коммунистической партии СССР имел право доступа к этой папке. 28 апреля 2010 г. ее содержимое было официально рассекречено на сайте Государственной архивной службы России (rusarchives.ru). Папка содержала следующие исторические документы: записку Берии от 5 марта 1940 г., решение Политбюро от той же даты и страницы, удаленные из протоколов заседаний Политбюро, а также записку Шелепина от 3 марта 1959 г.»

2. Начиная с 1992 года лживость сведений, упомянутых в пунктах 1-9 Постановления ЕСПЧ по делу «Яновец и другие против России», соответственно, фальшивость документов, в которых сообщены эти лживые сведения, не оставляет сомнений у российских судов и у неангажированных историков.

В 2010 году, благодаря ныне покойному депутату Госдумы генерал-лейтенанту юстиции, доктору юридических наук, профессору, заслуженному юристу России Виктору Илюхину, стало известно, что эти фальшивые документы были сфабрикованы в 1992 году. До своей внезапной смерти В.И. Илюхин обращался в Генеральную прокуратуру с требованием начать расследование факта фальсификации архивных документов, дважды выступал в Госдуме по этому вопросу. Кроме этого, успел провести несколько пресс-конференций, на которых, в частности, предъявил журналистам технические приспособления для изготовления фальшивок и черновики фальшивых документов с правками фальсификаторов (прилагается), сведения из которых приняты Европейским судом по правам человека за факты. Причины, по которым соответствующее расследование не было проведено ни Генеральной прокуратурой, ни Государственной Думой, выходят за рамки настоящего Заключения.

3. Данные фальшивые документы исполнены настолько малограмотно, что это видно не только историку, но и просто культурному человеку. Разве может быть подлинным решение Политбюро ЦК ВКП(б) о якобы расстреле польских офицеров, если оно подписано Сталиным и отправлено Шелепину 27 февраля 1959 года? Ведь Сталин умер в 1953 году! Разве могло письмо председателя КГБ Шелепина, отправленное Хрущеву 3 марта 1959 года, доставляться 6 лет и 6 дней и быть полученным в ЦК КПСС 9 марта 1965 года, когда Хрущев уже 5 месяцев как был снят со всех должностей и отправлен на пенсию?

4. В октябре 1992 года документы, которые Европейский суд по правам человека положил в основу своего решения, были представлены Конституционному суду России, рассматривавшему так называемое «дело КПСС» с целью вынудить Конституционный суд признать, что Сталин организовал убийство польских офицеров в 1940 году. Судьи Конституционного суда сразу же, без экспертов увидели признаки фальсификации документов - как тех, о которых эксперты упомянули в пункте 3, так и иных. А в своем постановлении по «делу КПСС» не только не обвинили КПСС в Катынской трагедии, но даже не упомянули об этом эпизоде в Постановлении.