Чтение онлайн

Большинство коммунистов, к какой бы «партии» они ни принадлежали, тянется к объединению, а их лидеры волей-неволей должны дёргаться, проводить разные «объединительные» мероприятия – «круглые столы», межпартийные встречи руководства и даже создавать некие эфемерные «объединения». Сколько за два десятилетия промелькнуло фронтов и союзов! Единственный полезный результат – ясное сознание того, что лидеры «партий» к объединению неспособны и готовы к нему лишь на условиях своего верховенства. Следовательно, такой верхушечный путь к объединению – тупиковый, бесперспективный. Нельзя слить воедино фракции без честного отказа от фракционности и сектантства. Вьетнамская пословица гласит, что из сорока кошек невозможно сложить одного тигра. Существующие руководящие органы «партий» привыкли к «многопартийности», они никогда не придут к объединению. Значит, Объединённая компартия должна строиться в основном «снизу», местными парторганизациями, обсудив проект единой Программы. Как дальше вести объединительную работу, не разрушая сложившихся ячеек? Решить такую сложную, противоречивую двуединую задачу трудно. Однако – можно, потому что необходимо.

Особая ответственность за создание ОКП ложится, по-видимому, на КПРФ как на самую крупную организацию, располагающую наибольшими возможностями для того, чтобы жизненно необходимая для возрождения страны Объединённая компартия была, наконец, создана. В этом году исполняется 20 лет со времени проведения II съезда КПРФ, который изначально назывался не только восстановительным, но и объединительным. Тогда это порождало большие надежды, но они, увы, не сбылись. Руководители и газеты КПРФ избегают вспоминать об этом – обходят тему, как кот горячую кашу, стесняются…

Тема единства партии всплывала перед Х съездом КПРФ, который неосновательно сравнивали с Х съездом РКП(б). на котором, как известно, была принята резолюция с таким названием. Так ведь – небо и земля! Как раз на Х съезде КПРФ было заявлено, что проблемы коммунистической многопартийности не существует, то есть все коммунисты, не входящие в КПРФ, не заслуживают внимания. Тем самым задача объединения разрозненного коммунистического движения была бесцеремонно подменена «задачей» окукливания собственной фракции. Руководство КПРФ изо всех сил борется за единство – за бюрократическое единство своей фракции, беспощадно разгоняя местные парторганизации, где кто-то в чём-то осмеливается высказать мысль, не совпадающую с ценными указаниями «вождей», либо – страшно сказать – смеет делать критические замечания. Глава контрольно-ревизионной комиссии Никитин таких вольностей не терпит, и хотя его учреждение обязано следить за выполнением Устава, инакомыслящих предают экзекуции за… собственное мнение!

В вопросах единства партии, соблюдения дисциплины лучше разбирался всё-таки Сталин. Послушаем его. «Завоевание и удержание диктатуры пролетариата невозможно без партии, сильной своей сплочённостью и железной дисциплиной. Но железная дисциплина в партии немыслима без единства воли, без полного и безусловного единства действий всех членов партии. Это не значит, конечно, что тем самым исключается борьба мнений внутри партии. Наоборот, железная дисциплина не исключает критику и борьбу мнений внутри партии. Это, тем более, не значит, что дисциплина должна быть «слепой». Наоборот, железная дисциплина не исключает, а предполагает сознательность и добровольность подчинения, ибо только сознательная дисциплина может быть железной дисциплиной».

Если предстоящий ХV съезд КПРФ не сделает мощного товарищеского шага к единству всех коммунистов России, значит, он соберётся впустую, а сама КПРФ утратит большую часть ещё оставшегося авторитета и влияния. К ней и так много претензий. Ведь за 20 лет она «похудела» в 5-6 раз. От хваленого «красного пояса» даже пряжки не осталось. Отношение её руководства к коммунистам других течений бывает более враждебным, чем, скажем, к «отечественным предпринимателям» или церковным иерархам. А к её теории, политике и тактике применимы сталинские оценки партий II Интернационала (в работе «Об основах ленинизма»):

«Вместо цельной революционной теории – противоречивые теоретические положения и обрывки теории, оторванные от живой революционной борьбы масс и превратившиеся в обветшалые догмы. Для виду, конечно, вспоминали о теории Маркса, но для того, чтобы выхолостить из неё живую революционную душу.

Вместо революционной политики – дряблое филистерство и трезвенное политиканство, парламентские комбинации и парламентские комбинации. Для виду, конечно, принимались «революционные» решения и лозунги, но для того, чтобы положить их под сукно.

Вместо воспитания и обучения партии правильной революционной тактике на собственных ошибках – тщательный обход наболевших вопросов, их затушёвывание и замазывание. Для виду, конечно, непрочь были поговорить о больных вопросах, но для того, чтобы кончить дело какой-нибудь «каучуковой» резолюцией».

Похоже, не правда ли? А вот и дополнительное сходство, также отмечавшееся Сталиным: оппортунистические партии Запада имели своим центром парламентскую фракцию и обслуживали её, сводя политику к парламентским дискуссиям.

Самая большая беда КПРФ – теоретическая отсталость. Здесь возможно возражение: в КПРФ, мол, много кандидатов и докторов всяких наук, а её глава – доктор философских наук. Конечно, бывают доктора и похуже Зюганова, но присуждение ему докторской степени следует рассматривать как мужественный гражданский поступок Научного совета философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, а для науки тут прибыль небольшая.

Выше сказано, что на КПРФ лежит большая ответственность за объединение коммунистического движения. Но это не умаляет ответственности каждой организации и каждого отдельного коммуниста. Это – общее дело первостепенной важности. Если коммунисты нашего времени не сделают этого, они получат заслуженные проклятия будущих поколений нашего народа.

Создание Объединённой коммунистической партии – вопрос жизни и смерти не только комдвижения в России. Гораздо важнее, что это вопрос жизни и смерти великой русской цивилизации, которая в результате победы Великого Октября в 1917 году и образования СССР в 1922 году продолжила свою историю в новой форме – в виде советской цивилизации. Единение коммунистов станет первым заметным шагом к её оживлению и возрождению. Без этого историческая Россия и русский народ могут погибнуть, уйти в историческое небытие вместе с десятками тех народов, которые, сплотившись вокруг него, составили нашу цивилизацию.

Владимир Марков, секретарь ЦК Всесоюзной партии «Союз коммунистов»

От редакции. О том, что «создание Объединенной коммунистической партии – вопрос жизни и смерти не только комдвижения России, но и русской цивилизации», знают не только коммунисты, но и враги комдвижения и русской цивилизации, а значит – и хозяева Зюганова. А вот почему после 20-летнего наблюдения обманов и измен руководства КПРФ уважаемый тов. Марков продолжает надеяться, что Зюганов вдруг станет коммунистом – тайна сия велика есть. Ну не может созданный оккупантами для борьбы с партизанами ложный партизанский отряд вдруг перейти на сторону народных мстителей.

Обсуждали на моем сайте статью инженера Дубровского, и среди комментаторов яростными критиками автора оказались люди, один из которых гордо назвал себя терфизиком, окончившим МИФИ. Я сначала даже не понял, о чем речь, только потом догадался, что терфизик – это физик-теоретик. А что – правильно! Если есть просто физики, то должны быть и теоретические физики, да и «терфизик» звучит где-то даже гордо. Так вот, эти терфизики, чтобы уесть меня, задели тему озонового слоя, о котором я уже пару раз писал в своих книгах. Я начал было отвечать, но потом подумал, что лучше дать отдельную статью, благо оказалось, чем ее дополнить.