Чтение онлайн

Горец крепче сжимает кулаки.

– Давно уже не твой!
– сплевывает он сквозь зубы.
– Братья с тобой разговаривать не будут - выкинут просто.

Это одна из последних угроз кавказцев, с которыми семья полковника Александра Курапова вынуждена делить собственное жилье. Частично свое обещание этот суровый парень по имени Магомед сдержал: в минувший понедельник на тонированной «девятке» с дагестанскими номерами прибыла новая партия «пацанов». В квартире Кураповых их было уже восемь. Чтобы не оказаться на улице, хозяева вынуждены были поставить замок в дверь своей комнаты и посменно дежурить в ней...

Своими бедами супруги Кураповы делятся со мной на кухне. Александр демонстративно говорит громко - чтобы слышали все нежеланные гости в соседней комнате. Жена Наталья, наоборот, почти шепчет - ей они уже угрожали пистолетом, «чтобы больше не вякала». Угрожали, кстати, на этой самой кухне. Но - обо всем по порядку.

Полковнику в отставке Александру Курапову 47 лет, 25 из них он посвятил службе Родине.

– Начинал на Дальнем Востоке, где за 12 лет прошел от командира взвода до начальника телефонного центра бригады связи, - рассказывает офицер.
– Потом три года военной академии в Питере. Оттуда в 1998 году меня перевели в Москву, в Генеральный штаб. В столице не успел устроиться - начались регулярные командировки в Чечню.

Пока муж летал в «горячие точки», его жена с двумя дочками от своего первого брака ютилась в съемной комнатушке в Щелкове. Но в 2004 году на них обрушилось жилищное счастье, которого они ждали много лет, - от Министерства обороны Александр получил квартиру в новостройке на улице Адмирала Лазарева в Южном Бутове.

– Красота: 77 квадратных метров, три комнаты, дом теплый, во всем подъезде - одни военные, - радовался полковник.
– А до метро - рукой подать!

Все было хорошо, пока квартира была в собственности государства. Проблемы начались после того, как Курапов ее приватизировал...

– 5 апреля этого года в четыре часа дня в дверь постучали, - вспоминает Наталья Курапова.
– Открываю - на пороге два лба выше меня в два раза. Оба бородатые, в спортивных костюмах. С большими, как у «челноков», сумками в руках. По-русски они объяснились с трудом: «Нам сказали идти сюда жить, ми заплатили за два мэсаца. Вот бумажка». Протянули мне договор-аренду, заключенный с неким Михаилом Саргсяном, который якобы и является владельцем нашей квартиры!

Женщина не поверила своим глазам, но у «гостей» на руках была даже ксерокопия свидетельства на право собственности квартиры. Наталья поспешила набрать номер мужа, а тот вызвал милицию.

– Парни эти даже не собирались уходить - топтались в нашей прихожей и продолжали твердить: «Ми заплатили сорок тыщ. И будем здесь жить!» - говорит Наталья.
– Я их тогда спросила: дескать, почему же вам тогда хозяин ключ не дал? Почему квартиру предварительно не посмотрели? Они на меня уставились как бараны и опять за свое: ми заплатили!..

Приехал наряд, и «гостей» развернули, доставили в отделение. По паспортам оба задержанных оказались уроженцами Дагестана без московской регистрации.

Наутро к Кураповым пришел участковый, полистал их документы на квартиру, убедился, что перед ним - законные собственники. Правда, на всякий случай переспросил:

– Вы это... Точно никому квартиру не продавали?

Кураповы грустно усмехнулись:

– Издеваетесь?! Нам ведь ехать больше некуда - другого жилья нет...

Визит двух подозрительных квартирантов с липовыми бумагами на руках не давал Александру спать спокойно. Через неделю он решил доехать до регистрационной службы и убедиться, что до сих пор является единственным владельцем своей заслуженной жилплощади.

Однако ответ регистратора на запрос офицера шокировал: собственником трешки, как и убеждали приезжие кавказцы, является Михаил Арамович Саргсян 1985 года рождения, уроженец Иванова.

– Согласно этим документам еще 4 декабря 2009 года я продал свою квартиру какому-то Бабкину Владимиру Ивановичу. А тот, в свою очередь, - нынешнему «владельцу» Саргсяну.
– Офицер раскладывает по столу копии договоров.
– Ни того, ни другого я в глаза не видел! Только взгляните: все документы написаны одинаковым почерком. Они даже подпись мою правильно скопировать не удосужились!

В тот же день полковник заявил в милицию о явном мошенничестве. В результате 19 апреля Зюзинский районный суд, следуя законным нормам, арестовал квартиру до окончания расследования всей мутной истории с документами. Арест, кстати, подразумевал запрет на все сделки, в том числе и аренду. Но новоиспеченного «собственника» это не волновало: чтобы обеспечить заселение своих квартирантов, Михаил Саргсян приехал туда лично. Компанию ему составили те же уроженцы солнечного Дагестана в спортивных штанах и куртках. Они вновь стали стучаться к Кураповым, требуя пустить их. Хозяева, как и в прошлый раз, вызвали милицию. Наряд забрал непрошеных гостей, правда, теперь ненадолго. Через пару часов они вернулись - уже со специнструментами.

– Заклеили глазок и вырезали замок!
– Александр демонстрирует на двери следы взлома.
– Пока меня не было дома, они забаррикадировались в одной из комнат. Я приехал, стал снова звонить «02». Но от дежурного ОВД «Южное Бутово», а именно капитана Вербуна, получил отказ: «Больше нам не звоните, так как у вас там гражданско-правовой спор. Мы в него не вмешиваемся. И наряд к вам не посылаем».

«Оккупанты» живут там по сей день. Из личных вещей у постояльцев только футболки и джинсы. Всем остальным - мебелью, постельными принадлежностями, аппаратурой - они пользуются хозяйским. Хозяйским - в смысле не Михаила Саргсяна, а несчастных Кураповых.

– Наш телевизор у них работает 24 часа в сутки, - говорит Александр.
– Музыкальный центр не выключается. Могут врубить лезгинку на всю громкость посреди ночи и разбудить весь дом!

– И ведь сказать-то им ничего нельзя, - вздыхает Наталья.
– Сразу хамят, угрожают: «Вы, - говорят, - здесь никто! Покиньте квартиру, так будет хорошо и нам, и вам...» При этом сами из комнаты выходят только ночью - садятся в свою тонированную «девятку», которая стоит у нас под окном, и уезжают. Возвращаются под утро.

О войне Кураповых с «оккупантами» первые могут рассказывать часами. Александр показывает на компьютере несколько роликов, снятых им в августе. На видео - дагестанцы встречают и провожают девочек, которым на вид лет 14-15.

– Вот и школьниц стали водить...
– комментирует офицер.
– Одну ночь, вторую. Мы это дело засняли на видео и показали участковому: мол, теперь у нас здесь еще и малолеток развращают. Участковый вызывал дагестанцев к себе, видимо, провел «профилактическую» беседу. Правда, после нее девчонки продолжили ходить, но только теперь наши кавказцы вместо «здрасьте» начали спрашивать у них: «Тэбэ сколько лэт?»