Газета "Своими Именами" №9 от 19.10.2010
Шрифт:
Восстановить право собственности на квартиру Александр Курапов надеется через суд. Он все-таки добился почерковедческой экспертизы «своей» подписи в договорах Бабкина и Саргсяна. Эксперт сравнил два образца и объявил: в документе Курапов не расписывался. Тогда в УВД ЮЗАО возбудили уголовное дело в «отношении неустановленного лица» (Бабкина никто не может найти) по статье «мошенничество, совершенное в особо крупном размере».
Одновременно в Зюзинском районном суде начался гражданский процесс по иску офицера о расторжении сделки купли-продажи и восстановлении его в качестве собственника квартиры. Но пока суд да дело... трешка в Южном Бутове превратилась в настоящий плацдарм для приезжих с Кавказа.
Мне дверь своей комнаты «квартиранты» не открыли. Разговаривать со мной они тоже не стали.
– Можно их подкараулить у ванной, - предлагает Наталья.
– Помыться к нам приезжают даже те, кто здесь не живет. Вот и ходим вслед за ними с «Белизной», дезинфицируем там все.
Михаил Саргсян - человек, который ежемесячно собирает «дань» с квартирантов, - быть может, и не знает, сколько их сейчас поселилось в комнатушке (в день нашего визита было восемь!). Нынешний «официальный хозяин» уже несколько месяцев скрывается от семьи Кураповых, не отвечает на их звонки.
«КП» тоже пришлось долго дозваниваться до него, чтобы получить хоть какой-нибудь комментарий. На днях господин Саргсян ответил.
– Решит суд, кто прав, а кто виноват!
– ответил Саргсян на все мои вопросы.
– Проводится следствие. Квартира арестована... Я вот ему (Александру Курапову.
– Прим. авт.) всегда задаю вопрос: разве я первый у него покупатель? Может, он до этого еще пять раз свою квартиру кому-то продавал, а?
– Александр говорит, что никому ничего не продавал, ведь у него семья, беременная супруга, и жить им больше негде.
– Ну... это следствие покажет. И мне больше вам нечего сказать...
– стал закругляться он. И вдруг признался: - Я сам очарован этой ситуацией. Поверьте, я так попал очень сильно!
– Но если квартира арестована, почему вы ее продолжаете сдавать?
– А вы что, специалист с юридическим образованием, да?!
– взорвался Саргсян.
– Я видел решение суда на арест, там прописано, что сдача в аренду квартиры запрещена...
– Я сдаю ее не на длительный срок, а на срок до года. В таком случае мне ничего не надо заключать у нотариуса по поводу их проживания. У нас краткосрочный договор.
– Хорошо, но если вы на самом деле покупали эту квартиру, вы это делали вслепую, что ли? Не видели ее до покупки? Или все-таки были там до сделки? Курапов говорит, что сроду никто не смотрел квартиру.
– Я вам еще раз повторяю: мало ли что он говорит! Следствие все покажет и расскажет...
– И все же, вы видели эту квартиру до того, как купили?
– Конечно, видел. Заходил, смотрел.
– Вместе с Бабкиным - человеком, который вам ее продавал (до этого он говорил Кураповым, что приобрел квартиру через риэлторское агентство.
– Прим. авт.)?
Саргсян замялся.
– Да-да, с ним... Мне больше ответить вам нечего. Приходите в суд, там дам комментарий. Спасибо за разговор. До свидания!
В суд Саргсян не явился. За него отвечал адвокат Андрей Саратовский, главный аргумент которого - запись в Росреестре (организация, которая фиксирует все сделки с недвижимостью). Там именно Михаил Саргсян вписан в собственники квартиры.
– Документы прошли правовую экспертизу, Михаил покупал жилье со спокойной душой, - говорит адвокат.
– Деньги занимал у родни. А сейчас сам не поймет, что происходит...
Кстати, о цене, по которой Саргсян якобы приобрел квартиру. По документам эта столичная трешка в новом доме рядом с метро обошлась покупателю всего в... 990 тысяч рублей! Фантастика, не правда ли?
И еще одна странность: если, предположим, Александр Курапов действительно в беспамятстве продал свое единственное жилье некоему Бабкину, то по закону его свидетельство на право пользования должны были погасить в Федеральной регистрационной службе и приложить его к остальным бумагам, связанным с этой недвижимостью. Но это по закону. В нашей истории оригинал документа находится у офицера - целый и невредимый.
Более того, в день, когда якобы была оформлена сделка, Курапов был сначала в налоговой, а потом на работе, где его видели десятки людей.
Все указывает на то, что семья Кураповых, вероятно, стала жертвой квартирных махинаций. И как им удалось продать недвижимость законопослушного москвича без его ведома?
– Это сделать сложно без вмешательства нотариуса либо сотрудника Федеральной регистрационной службы, - уверяет юрист Алексей Емельянов.
– Эти организации в настоящее время достаточно серьезно проверяют все сделки - особенно по недвижимости.
Выходит, что не очень-то и серьезно. Так, например, в отделе регистрации прав на недвижимость по ЮАО Москвы говорят, что документы действительно изучают, это называется «гражданско-правовая экспертиза». Но «по каждому объекту, которых десятки тысяч проходит в неделю, такую экспертизу провести нереально!».
А что говорит нотариус Инесса Юдаева, при которой якобы заключалась та самая первая сделка между Кураповым и Бабкиным? Юдаева утверждает, что оформляла документы на продажу квартиры... в присутствии Александра Курапова!
– Но он клянется, что его там не было!
– говорю Юдаевой во время телефонного разговора.
– И как я могу вас убедить, что он был?
– смеется в ответ она.
– Сам Курапов был?
– переспрашиваю.
– Офицер?
– Да! Не знаю уж, офицер он или не офицер. Но он представил мне свой паспорт. Мы удостоверили им доверенность. А что уж произошло там у них потом, я не знаю. И вообще это не телефонный разговор. Я не могу на эту тему по телефону разговаривать.
– Я готов к вам подъехать, - предлагаю.
– И подъезжать не надо. Будет суд, пусть разбираются, мне-то что?
Нотариус положила трубку.
Кое-что в этой странной истории стало понятно, когда Александр Курапов рассказал «КП» о непростых отношениях со своими взрослыми падчерицами - дочками первой жены от ее первого брака. После того как он привел домой Наталью (первая супруга Александра скончалась), падчерицы - 24-летняя Екатерина и 26-летняя Анастасия - собрали вещи и ушли, пообещав на прощание отчиму, что у него будут проблемы с квартирой.