Чтение онлайн

"Завтра". Как все это восприняла ваша семья?

Иптисам САЙМАХ. Я надеюсь, что моя семья гордится, что мы эту книгу сделали. Особенно мой муж и мои дети, мои родители и близкие. Они считают, что это мой долг - собирать истории жизни наших мучеников, потому что я журналист. Мой муж и дети меня поддерживали, они понимали меня и принимали то, что я отсутствую дома. Они очень волновались за меня, но они с нетерпением ждали книгу, чтобы прочитать истории убитых и замученных семей - таких, как аль Самуни, аль Дееб, ар Райян.

"Завтра". Когда вы попали за границу, в Турцию, в больницу с раком гортани, вы рассказали врачам, что с вами произошло?

Иптисам САЙМАХ. Да, я в деталях рассказала врачам, что именно со мной случилось. Они сочувствовали мне и сказали, что у них нет сомнения, что это следствие белого фосфора, пары которого я вдыхала, когда находилась на возвышенности аль Райиис, именно там были особенно интенсивные бомбардировки белым фосфором. Поэтому они отнеслись ко мне с громадным вниманием и заботой. Я очень им признательна за их усилия.

"Завтра". Это ведь первое документированное иследование на арабском и английском языках о военном преступлении против палестинцев?

Иптисам САЙМАХ. Да, эта книга - первое исследование, которое содержит громадный объем информации о жертвах среди мирных жителей. Я горжусь этой работой, и еще больше я горжусь тем, что эту работу сделали женщины, потому что они сумели то, что не осилили многие мужчины. И это поразило многих, в том числе и журналистов в Газе. Каждый, кто принимал участие, гордится нашей работой.

"Завтра". Вы можете объяснить людям, кто никогда в Газе не был, каково положение сейчас, когда разбомблена большая часть тоннелей, и блокада продолжается уже 8 лет? Как палестинцы выжили?

Иптисам САЙМАХ. Положение в Газе сейчас очень тяжелое. Мы ожидаем войны ежеминутно. Израильские беспилотники наносят удары по зданиям или по пустырям, или по людям; это происходит каждый день, особенно - по ночам, когда люди спят. Маленькие дети пугаются этих звуков.

В Газе сгущается атмосфера страха - люди в любую минуту должны быть готовы к новой войне. Что касается блокады, это правда, мы уже свыклись с ней. Но стало очень тяжело с того момента, как египетская армия уничтожила тоннели (в августе 2013 года после переворота Сиси. -Н.К.), по которым доставляли медикаменты и еду. Тяжело всем в Газе, но особенно тяжелобольным людям, которые не могут выехать на лечение - единственный переход в Рафахе закрыт. Многие больные умирают без лекарств. Люди живут под гнетом того, что они не способны достать своим детям еду и лекарства.

"Завтра". Что в ваших планах сейчас?

Иптисам САЙМАХ. Мы составили книгу о войне 2012 года. Сейчас готовим ее перевод на английский. Кроме того, мы делаем большое исследование о роли палестинской женщины с 1948 года до нашего времени. Палестинская женщина приняла на себя все виды страданий - в тюрьме как узница, как мать мучеников, как мученица, как мать, жена и дочь узников. Я счастлива, что работаю в нашем центре, я горжусь всеми, кто здесь работает, потому что каждый день каждый из них делает все, что в его силах, для спасения Палестины.

Владислав Шурыгин

13 марта 2014 1

Политика

Корреспонденты «Завтра» передают с полуострова

А в Крыму - весна. Ранняя, неожиданно теплая, словно сама природа спешит украсить день освобождения пурпуром зацветающего миндаля и белоснежной кисеёй вишни. От аромата цветов кружится голова. Весна в Крыму. Русская весна!

На улицах Севастополя тысячи людей: смеются, поздравляют друг друга, танцуют, поют. С огромной сцены у "Русского дома", в десятке шагов от Графской пристани, Кубанский казачий хор выводит "Едут по Берлину наши казаки", их сменяют "Земляне", и уже вся площадь хором подпевает "и снится нам не рокот космодрома"

Победа!

Украинская власть в Крыму исчезла стремительно и незаметно, как предрассветный туман под свежим утренним ветром. Её стёрли, как клоунский макияж после долгого шоу.

Ещё час назад она была - и вот уже её нет.

Это в Киеве боевики "правого сектора" в крови, огне и ненависти выковыривали власть из мостовой "майдана незалежности", выдирали с мясом из дворцов на Грушевского. Выжигали "коктейлями Молотова" всех недовольных, мордовали до смерти битами тех, кто сопротивлялся, дырявили снайперскими выстрелами черепа "беркутовцев" - последних защитников легитимной власти.

В Киеве "майдан" промаршировал во власть по костям и крови несогласных, парализовав страхом, загнав в клетки домов обывателей, отдав древнюю столицу "на приз" погромщикам и мародерам.

В Крыму не было ни масок, ни "коктейлей Молотова", ни драк, ни погромов. Ничего! Киевская власть просто лопнула, как мыльный пузырь, обнажая очевидный до невозможности факт - Крым никогда не был украинским!

Ему просто вывернули руки и затолкали силой в самостийный загон, и пьяный россиянский президент в кураже махнул беспалой клешнёй: "Хэх! Берите!"

Потребовалось двадцать три года, чтобы разрушить этот загон, перетереть все путы и вырваться из ненавистной неволи.

У этой победы есть три имени

Алексей Чалый. Невысокий, крепкий, седобородый, похожий на былинного витязя. Народный мэр. Именно он стал той искрой, от которой полыхнуло пламя крымского сопротивления. Именно он в самые трудные и страшные минуты торжества бандеровского майдана, когда озверевшая нацистская сволочь отменяла русский язык, призывала "москалей на ножи", громила всё на своём пути, именно тогда Алексей Чалый организовал в Севастополе митинг "Народной воли против фашизма на Украине", в котором участвовали около 20 тысяч человек. И на этом митинге его провозгласили "народным мэром". С этой минуты пошёл отсчёт времени нового Крыма