Чтение онлайн

Методики "эффективного управления хаосом" американскими политиками хорошо отработаны в предшествующие десятилетия, и они в случае необходимости обязательно будут пущены в ход. А такая необходимость уже есть, и она с каждым днем усиливается.

России, как одной из сторон "глобального треугольника XXI века", данная ситуации предоставляет не только новые и чрезвычайно опасные угрозы, но и новые возможности международного арбитража, наподобие тех, которые с таким блеском были использованы в связи с сирийским конфликтом.

Но для того, чтобы для нашей страны реализовывались не угрозы, а возможности, Россия должна быть: а) сильной, б) идеологически открытой и в) точно выбирающей время и место своих акций. Ни то, ни другое, ни третье, по большому счету, невозможно без смены политического курса Кремля.

Владимир Карпец

16 января 2014 4

Политика Общество

Позиция Синода и духовенства в Февральской революции до сих пор остается загадкой.

Среди литературно-публицистических памятников еще конца XV - начала XVI вв. есть документ, свидетельствующий о том, что идея прямой борьбы с Царской властью действительно внедрялась кем-то в сознание духовенства еще тогда Речь идет о т.н. "Слово кратце противу тех, иже в вещи священные вступаются"; по другим спискам - "О свободе святые церкви" (ок. 1505 г.) - см. В. Е. Вальденберг (1871-1940) "Древнерусские учения о пределах царской власти" (1914, переизд М., 2006). Либеральная схема, в которой "нестяжатели" были чуть ли не "республиканцами", а "иосифляне" - жёсткими монархистами, Вальденбергом оспаривается. В сочинениях преп. Нила Сорского этого нигде нет, равно как и у "князя-инока" Вассиана Патрикеева. "Слово", по мнению Вальденберга, вышло из среды, близкой к иосифлянам.

По взглядам автора "Слова", Божественное происхождение ставит духовную власть в независимость от мирской, которая должна подчиняться духовной. За непослушание церкви и "настоятелям" "Слово" угрожает царю анафемой. Судить о законности и справедливости наставлений епископата царям не дано, поскольку Богу нужно повиноваться больше, нежели человекам (Деян., гл. 4):; "Мирская власть" лишь имеет обязанность защищать епископат ("теория двух мечей"), а Царь - соразмерять действия с наставлениями "пастыря или епископа своего", в благодарность за это духовная власть поминает царей в своих молитвах.

Сочинение анонимно, но, очевидно, написано иностранцем, что ясно из выражения "в сей пресветлой русской стране", а также по явным латинизмам. Тема "свободы Церкви" возникает на Западе в связи с т.н. "папской революцией" Х-ХII вв. Григорий VII и его приверженцы прямо заявляли, что они борются за libertas ecclesiarum. "Теория двух мечей" принадлежит Бернарду Клервоскому. Мысль о том, что "государям дается власть на земле, а священникам предоставляется власть и на небесах, тем - только над телами, этим - также и над душами" - папе Иннокентию III, который прямо использует формулу "священство выше царства". В письме к епископам Франции Иннокентий проводит учение о том, что папа - наместник Христа и имеет право судить государей. Автор "Слова" опирается на подложную грамоту Константина Великого папе Сильвестру. В числе государей, подтвердивших эту грамоту, "Слово" называет "римских царей" Людовика I, Карла Великого, Оттона I и Генриха I. Всё это, как справедливо указывает В.Е.Вальденберг, заставляет признать в "Слове" привнесение католицизма в русскую письменность и высказать предположение, что автором "Слова" был знаменитый хорват Вениамин, член "доминиканского кружка" при преп. Геннадии Новгородском и переводчик Библии, а "заказчиком" - сам преп. Геннадий.

"Слово" вводит понятие тирана. Это "мучитель неправедный, злой хищник, волк" (как и у преп. Иосифа). Царство перестает быть царством и становится мучительством тогда, когда царь не повинуется пастырям. В этом случае народ свободен от своих обязанностей к Царю, и если всё-таки оказывает повиновение, то только "от страху". Здесь перед нами уже прямое "богословие революции".Но у преп. Иосифа всё же не совсем так. У него - подданные должны просто не слушать "царя-мучителя", когда он ведет их на нечестие и хулу, но никакой другой власти они при этом не подчиняются; преп. Иосиф нигде не говорит о "свободе Церкви", у него не одно, а два послушания: с одной стороны, подчинение Церкви Царю, с другой - подчинение самого Царя закону Божию и церковным правилам. И это никак не противоречит "нестяжателям": различие между ними лишь в путях иноческого жития.

Но пройдет полтора столетия - и все основные положения "Слова" повторит в своих ответах боярину Стрешневу, известных как "Раззорение", уже оставивший патриаршую кафедру Никон, прямо ссылающийся на "теорию двух мечей", равно как и на католическую же "теорию солнца и луны": "якоже месяц емлет свет от солнца, и егда дале от него отступает, там совершеннейши свет имать, такожде и царь: поемлет посвящение, помазание и венчание от архиереа". Ссылается он и на "Константинов дар", грамота о каковом была к тому времени признана подложной даже и на Западе. По мнению Никона, царь даже не имеет права созывать церковные соборы. Ссылки на византийский канон (Матфея Правильника) Никон отвергает: "О Матфее не ведаем, кто он есть"

Один из виднейших русских архиереев начала ХХ века митрополит Антоний (Храповицкий, 1863-1936) полагал патриарха Никона "величайшим человеком русской истории за последние 200-300 лет, а, может быть, и всей мировой истории". В ноябре 1917 года, избрав патриарха, участники Поместного собора, созванного после свержения Царя и в нарушение его воли, отправились в Новоиерусалимский монастырь и у гробницы Никона принесли благодарственный молебен

16 января 2014 0

Политика

Председатель Уральского отделения РАН, вице-президент РАН Валерий Чарушин отвечает на вопросы «ЗАВТРА»

"ЗАВТРА". Валерий Николаевич, в академических кругах бытует такая шутка: "Чем дальше от Москвы, тем лучше наука". В регионах - на Урале, на Дальнем Востоке, в Сибири - люди работают на более высоком уровне?

Валерий ЧАРУШИН. Я бы не стал подписываться под таким заявлением всерьёз. Огромные научные силы сосредоточены в Москве, в центральном регионе, в Санкт-Петербурге, в Казани, на юге России. Ведь наша наука: и академическая , и университетская, - зародилась в Санкт-Петербурге и Москве. Старейшему на Урале Горному институту в 2014 году исполняется только 100 лет, а первые академические институты появились у нас в 1932 году. Академия наук - это не здания и сооружения, а прежде всего люди, научные лидеры, без которых невозможно ничего создать. Как организовывалось Сибирское отделение, которое значительно моложе нашего, да и наше тоже? Путём "научного десанта".

Изначально на Урале возникли две лаборатории - физическая и химическая. Во главе первой стояли ученики знаменитого академика Абрама Федоровича Иоффе, среди которых в дальнейшем оказались яркие организаторы уральской науки. Например, Михаил Николаевич Михеев, личность легендарная, полвека возглавлял крупнейший на Урале академический Институт физики металлов. Или мой учитель, академик Исаак Яковлевич Постовский. Это был великий химик. Образование Исаак Яковлевич получил в Германии. Он не защищал ни кандидатской, ни докторской диссертаций, но его научные достижения были настолько весомыми, что он (это уникальный случай) был сразу избран академиком.