Чтение онлайн

Самая выгодная стоимость печати журнала в типографии 3 Johannes-Gutenberg. Гарантировано.

Empty data received from address [].

РОССИЯ ВСТУПАЕТ в XXI век, окруженная многоцветьем цивилизаций и культур, пытающихся определить сегодня свой взгляд на нашу страну, ищущих различные варианты взаимодействия с ней в изменившемся мире. Одни смотрят на нас с надеждой, другие с ненавистью, однако абсолютно для всех "фактор России" является отправной точкой в моделировании возможных геополитических сценариев.

Позиция Запада в отношении России — наиболее однозначная и определенная. В свое время публикация "Великой шахматной доски" З.Бжезинского, претендующего на роль архитектора американской геополитической доктрины, стала своеобразной точкой отсчета в новом этапе противостояния "Россия-Запад".

Уже сейчас теории доктора Бжезинского востребованы американским государственным руководством, взяты им на вооружение. Борьба с СССР, а теперь — с Россией, всегда была для них сверхзадачей, придававшей цель и смысл их политической деятельности. Есть и еще одна причина для того, чтобы элита мирового глобализма серьезно задумалась над перспективой "добить Россию" уже в течение ближайших нескольких лет. По мнению большинства западных аналитиков, государственные структуры России дезорганизованы, мобилизационный потенциал нации исчерпан, воля к сопротивлению утрачена, осознание русскими своей культурной и цивилизационной уникальности почти полностью исчезло. Значит, современная Россия — это не особый культурный континент, "другая планета", действия на которой непредсказуемы и опасны, а некое обезличенное "пространство", легко поддающееся колонизации.

Сегодня к такому повороту событий в России не готов никто, исключая, быть может, лучшую часть нашей армии и генералитета. В российском обществе сформировалась устойчивая убежденность в том, что "запад" ограничится культурной экспансией и попыткой чисто экономическими методами контролировать наши сырьевые ресурсы и что это будет продолжаться вечно. Какой-либо иной сценарий, включающий в себя жесткую экономическую блокаду, разрыв дипломатических отношений и военную интервенцию, не обсуждается даже на уровне гипотезы. Между тем этот сценарий достаточно актуален и может реализоваться в самом ближайшем будущем. Судьба Югославии, ставшей жертвой натовской агрессии и чудом избежавшей натовской оккупации, должна стать серьезным уроком для российских элит, которые, кажется, уже начали забывать об итогах трехмесячной битвы за Косово.

Впрочем, сегодня и так слишком хорошо очевидно, что если ситуация будет развиваться по сценариям архитекторов глобализма, то XXI век начнется с геополитического демонтажа не только России, но и вообще всех больших государственных пространств. Процессы глобализации, которые в последнее время развиваются по нарастающей, с необходимостью требуют разрушения всех крупных самодостаточных геополитических образований, в которых сохранились местные почвенные факторы влияния и геополитические ресурсные зоны. Крупные территории, обладающие единой государственной волей, не желают пассивно подчиняться воле мирового глобализма и потому выступают сегодня главным препятствием на пути Большого Запада к мировому господству.

Однако установить такое господство путем прямого вооруженного подавления всех, кто не согласен жить в неолиберальном миллениуме, с чисто прагматической точки зрения не слишком целесообразно и проблематично по ресурсам. Именно поэтому мировой глобализм планирует на XXI век формирование сложной геополитической композиции, направленной на взаимную аннигиляцию всех планетарных “больших пространств”.

Если военное подавление России является для военно-политической верхушки Запада своего рода идефиксом, перед которым меркнут все рационально-прагматические расчеты, то против других геополитических конкурентов предлагается использовать сложные политические технологии — от силовых до информационно-виртуальных.

Сложность установления системы прямого военного контроля над миром обусловлена для Запада целым рядом причин, среди которых можно указать и на ослабление монолитности западного сообщества, и на возможность нанесения мощного урона военно-организационной и экономической инфраструктуре, после которого может возрасти зависимость от "третьих стран".

Сценарий "третьей мировой войны" с участием США, России, Китая и Исламского мира, описанный Хантигтоном, после которой в мире остаются две сверхдержавы — Индия и Индонезия, а центр мировой цивилизации перемещается далеко на юг, можно рассматривать как вариант прогностической оценки негативных последствий прямого военного столкновения в мировом масштабе.

СЦЕНАРИЙ "СТОЛКНОВЕНИЯ ЦИВИЛИЗАЦИЙ", при котором основные геополитические конкуренты Большого Запада втягиваются в междоусобную войну до взаимного уничтожения, гораздо более привлекателен для мирового глобализма. Так, в трудах того же Хантингтона содержатся рекомендации США и Большому Западу в целом не вмешиваться в межцивилизационные конфликты самим, однако ничего не говорится о том, что такие конфликты нужно предотвращать. Предполагается, что они должны происходить "сами по себе", на практике эти межцивилизационные конфликты в интересующем Запад масштабе маловероятны и могут выйти в критическую фазу только при сознательном ускорении этого процесса со стороны внешних сил.

Кроме того, и это, пожалуй, самое важное, "столкновение цивилизаций" невозможно до тех пор, пока Россия существует как целостное и независимое государство. Возможно, что одна из функций России как "катехона", православной сверхдержавы, "удерживающего" мир от сползания в бездну хаоса и зла, как раз и заключается в том, чтобы не дать возможности глобализму инспирировать вооруженный конфликт между цивилизациями Ислама, Индуизма и Китая.

Зато в случае ухода России с геополитической арены такое столкновение неизбежно. Даже если политические элиты трех великих цивилизаций евразийского юга приложат все мыслимые усилия для предотвращения мировой войны, она все равно произойдет, помимо них, поскольку степень контроля этими элитами миллиардных людских масс недостаточна для того, чтобы нейтрализовать воздействие информационных провокаций Запада, который в следующем веке будет пытаться воздействовать на евразийский юг именно на низовом уровне. Если на Большом Юге сложно организовать войну элит, то вполне реально организовать "войну народов". Уже сегодня очевидно, к примеру, что подавляющее большинство рядовых граждан Индии и Пакистана хотят войны друг с другом. И при любом, даже самом незначительном информационном подогреве, эти настроения могут легко выйти из-под контроля военных и политических лидеров этих стран. На наших глазах разваливается Индонезия, страна с двухсотмиллионным населением, от которой после Восточного Тимора собираются отделиться еще несколько провинций. Эти примеры, впрочем, у всех на слуху, и подобного рода ситуаций достаточно и в других частях земного шара.

Если так, то становится очевидно, что стратегия "хаотизации" Большой Евразии предполагает в качестве своего первого этапа уничтожение России как геополитического субъекта.

Если называть вещи своими именами, то этот первый этап уже наполовину состоялся, и "конфедерализация", которой сегодня так любят пугать политологи, может быть лишь бледным подобием того, что может произойти уже в самые ближайшие годы. В Татарии, Башкирии, Якутии идет процесс создания новых этнических элит, ориентированных на создание собственных независимых государств. Создание этих элит — приоритетное направление политики этнических истеблишментов, которое не изменится даже в случае косметических замен Шаймиева, Рахимова и др. на каких-либо других, более умеренных в своих текущих претензиях политиков.

Второй этап организации мирового хаоса — это война за "российское наследство", в которой военные, экономические, демографические ресурсы Китая, Индии и исламского мира подвергаются взаимной аннигиляции. Нечто подобное тоже прекрасно описывается у Хантингтона, и ясно каждому, кто не разучился "читать между строк" и видеть "скрытый план" геополитических текстов, адресованных элитам Большого Запада.

Однако глобальный хаос предполагает и третий этап — фрагментирование и хаотизацию Америки — ядра, сердцевины Большого Запада, как самостоятельной геополитической конструкции, ставшей для мирового глобализма слишком громоздким и неудобным инструментом.

Стоит вспомнить, что Бжезинский говорит и о возможном развале "последней империи" — США, правда, к 2050 году. На самом деле пятьдесят лет, которые отведены американской государственной машине для решения базовых задач глобализации, легко могут уложиться и в двадцать, и десять, и даже в пять лет. Это прекрасно понимают, к примеру, американские “правые”-изоляционисты, которые отдают себе отчет в том, что очень скоро американская государственность станет не нужна мировой финансовой олигархии: достаточно вспомнить нашумевшую книгу бывшего советника Рейгана, протестантского проповедника Бьюкенена под названием "Республика. Не империя". Однако предотвратить хаотизацию США, а вместе с ней и всего Большого Запада американские правые не в состоянии. Уже сейчас в США происходит конфликт между двумя вариантами цивилизационного развития, один из которых может завершиться радикальным демонтажом американского государства. Упрощая ситуацию, можно сказать, что речь идет о конкуренции двух проектов — белой, англосаксонской, "европейской" Америки, и Америки "афро-латинской", где будет доминировать интернациональная элита, представляющая на паритетных началах белых англосаксов, выходцев из Латинской Америки и афроамериканцев. В последнем случае, по оценкам экспертов, близких к американской "Партии Реформ" Р.Перро, США не просуществуют больше 10 лет. Потом неизбежно вспыхнут этнические конфликты, подобные тем, которые возникли при развале СССР в 1989-1994 годах.