Чтение онлайн

Это смещение акцентов говорит о многом. Ведь Путин всегда позиционировал себя в качестве "командного игрока", который ни при каких условиях не сдает "своих". За что был оценен и выдвинут на самую вершину власти. Ельцину наверняка в той или иной форме сообщили, какой "верный человек" организовал моментальный вылет Собчака за рубеж. Но, видимо, не сообщили, кто руководил неудачной предвыборной кампанией ныне покойного профессора. Вероятное "двойное дно" той ситуации ни доказать, ни опровергнуть нельзя. Во всяком случае, определенное взаимопонимание с питерским мэром В.Яковлевым на деле у Путина есть, что показали и недавние выборы, хотя слова произносились абсолютно противоположные.

Так вот, по делам их узнаете их. Гусинский "сел". Это факт. "Посидел" недолго и "круче" любого "авторитета", но "сел". Путин предпочел утверждать, что лично он здесь абсолютно ни при чем. Не успел президент РФ вернуться, как олигарха выпустили. И "священный день субботы" он провел вне стен Бутырского СИЗО. Но арестом Гусинского Путина вдавили в определенную ситуацию, хотя он этого очевидно не хотел. Но логика событий сильнее желания или нежелания отдельного человека, пусть даже он — президент России. В своем демонстративном стремлении быть далеко в стороне от ареста Путин определенно перестарался. В результате под сомнение оказалась поставлена его верховная власть. Теперь любое решение по "делу Гусинского" будет связано именно с президентом. Выход олигарха из Бутырок уже готовы расценить как личное поражение Путина, а продление ареста могло повлечь за собой целую лавину последствий, попросту гибельных для федеральной власти.

Наиболее вероятным выходом из этой ситуации видится некое "лояльное" заявление Гусинского, которое должно появиться в результате "переговорного процесса" не позднее 26 июня. Но трудно понять, за счет чего можно добиться такого изменения позиции главы РЕК. Разве что за счет "головы" Березовского, которого тот винит во всех своих бедах.

Подконтрольные Березовскому средства массовой информации в целом отстаивали и отстаивают "президентскую" точку зрения на ситуацию, хотя чем дальше — тем сильнее проявляются и различия. Сам Березовский, естественно, тоже дистанцируется от ареста. И "переводит стрелки" ответственности за него на службу безопасности "группы Мост": "Гусинский стал жертвой своей машины",— прозрачно намекая на генерала КГБ Филиппа Бобкова.

Определенный свет на ситуацию проливает статья в "Независимой газете" (17 июня с.г.) Льва Черного, одного из "ташкентских братьев", ныне тесно связанных с группой Березовского-Абрамовича-Мамута. Черный рассуждает о необходимости консолидации "элиты" "новой России" вокруг Путина: "Эпоха разрушения позади, и теперь начнется строительство государства на основе созданных общественных отношений". Похоже, в этой фразе заложен ключ ко всей комбинации. Группа Березовского устами Черного требует от других "групп интересов" полного признания нынешнего статус-кво и, соответственно, подчинения. "Государство — это мы",— вот о чем идет речь, вот что доказывается и "братьям-олигархам", и — прежде всего — западным контрагентам. Доказывается в страшной спешке, "не по правилам", можно сказать — плебейски. Даже Путин здесь может рассматриваться в качестве разменной фигуры. Но иначе нельзя — до президентских выборов в США осталось меньше полугода, а там пойдет совсем другая война…

Георгий СУДОВЦЕВ

13 июня, в день ареста Владимира Гусинского, произошло не менее важное событие, которое в скором времени может повлиять как на судьбу медиамагната и его империи, так и на будущее всего российского еврейства: чрезвычайный съезд еврейских религиозных общин избрал нового главного раввина страны. Формально им стал председатель недавно созданной Федерации еврейских общин России (ФЕОР) Берл Лазар. Фактически же решение съезда установило в российском иудействе двоевластие, поскольку место главного раввина давно уже занято: на протяжении одиннадцати лет им является Адольф Шаевич, глава Конгресса еврейских религиозных общин и организаций в России (КЕРООР).

Тактическая подоплека смены иудейского лидера достаточно известна: за созданием и функционированием двух еврейских организаций стоят враждующие политические группировки внутри страны, вступившие сегодня в стадию открытой войны. Параллельно смена верхушки русского иудейства вскрывает противоборство двух противоположных идеологий внутри современного российского еврейства, расходящихся в видении места евреев как в России, так и в мире в целом. Не случайно поэтому ажиотаж, поднятый вокруг, казалось бы, рядовой смены власти в одной из конфессий России, не стихает уже третью неделю, вовлекая в свою орбиту не только Кремль и СМИ, но и власти США, израильский Кнессет, Всемирный еврейский конгресс и крупнейшие мировые издания. И вряд ли эта шумиха стихнет в ближайшее время. Проследим истоки и течение этого конфликта.

В почти забытую уже пору, в 1989 году, Советский Союз обрел своего главного раввина — Адольфа Соломоновича Шаевича. Бывший инженер, прочувствовавший веру предков раньше, чем это стало никому не интересным, ретиво принялся за создание организации, которая объединила бы разрозненные еврейские общины по всей стране. Трудно представить себе, что в те времена создание подобных организаций могло происходить без ведома и поддержки Пятого управления КГБ, поэтому работа Шаевича протекала довольно гладко. Развал Союза и последующие годы анархии не могли помешать его деятельности, и в 1993 году Конгресс еврейских религиозных общин и организаций в России был, наконец, сформирован. В трагический октябрь того же года появилось на свет и НТВ — основа основ медиакратической империи Владимира Гусинского. Тогда же в его "Медиа-Мост" почти в полном составе вошло отдельным структурным элементом упомянутое Пятое управление во главе с Филиппом Бобковым. С этого момента начинается активное сотрудничество между Гусинским и "Мостом", с одной стороны, и Шаевичем и КЕРООР, с другой.

Оставляя в стороне духовно-мистические порывы Владимира Гусинского, которые, возможно, действительно повлияли на запоздалую национально-религиозную самоидентификацию медиамагната, заметим, что он, пожалуй, первым из представителей еврейской олигархии увидел, какие огромные дивиденды может принести "возвращение к корням". С одной стороны, подобный симбиоз бизнеса и религии стал оказывать Гусинскому неоценимую помощь в контактах с западными и, главным образом, американскими представителями политики, деловых кругов и масс-медиа. С другой стороны, наподобие того, как любые накаты на охранные или бизнес-структуры "Моста" до последнего времени разбивались о вопли о свободе слова и независимости СМИ, так и любая критика позиций НТВ или "Эха Москвы" могла теперь без труда обыгрываться Гусинским как проявление дремучего антисемитизма. С 1993 года Гусинский становится ближайшим другом Адольфа Шаевича, обильно финансирует общины и программы КЕРООР и создает свою собственную квазирелигиозную организацию — Российский еврейский конгресс, который скорее напоминает спонсорский фонд, нежели общину правоверных, и чей бюджет превышает десять миллионов долларов в год.

При содействии Гусинского и принадлежащих ему структур КЕРООР в последние годы заметно усиливает свои позиции. К началу нынешнего года он опирается на поддержку около 60 еврейских общин по всей России. В том числе благодаря влиянию Конгресса в 1997 году был принят новый Закон страны "О свободе совести", в котором иудаизм был объявлен традиционной религией России и приравнен к православию и исламу. Но наиболее активно КЕРООР выступает с позиций сионизма как государственной докрины Израиля. Открыто поддерживая израильскую внешнюю политику, КЕРООР позволяет себе не только активно нагнетать истерию вокруг "врожденного русского антисемитизма", способствуя исходу евреев из России, но и протестовать, например, против ядерного партнерства России с Ираном, что уж совсем выходит за рамки религиозной проблематики. Важно отметить также, что руководство КЕРООР, включая самого Шаевича, принадлежит к реформистскому течению "прогрессивного иудаизма", чем серьезно выбивается из общей религиозной традиции российского еврейства.

Таким образом, спаянные идеологически и финансово структуры Гусинского и КЕРООР до последнего времени представляли собой силовой узел сплошных проблем для Кремля, решить которые можно было, лишь решительно разрубив эту связку. Именно с этой целью в ноябре прошлого года в Москве наспех созывается первый съезд Федерации еврейских общин России (ФЕОР). Откровенная поддержка со стороны власти в виде приветствия от Ельцина и присутствия Матвиенко в президиуме, представительность съезда, объединившего еврейские общины из 76 российских городов, и общая режиссура Бориса Абрамовича резко изменили соотношение сил в российской еврейской диаспоре. Всем, и в первую очередь Шаевичу с Гусинским, становится ясно, что монополия на правоверность закончена. Лидером Федерации становится человек Березовского, раввин Берл Лазар, получивший блестящее богословское образование в Италии. Он — гражданин США, что, конечно, не останется незамеченным американскими еврейскими кругами. К тому же, обласканный Кремлем, Лазар принадлежит к любавическим хасидам, самому ортодоксальному направлению в иудаизме, и является членом организации "Шабад". Все это сводит на нет главный аргумент Гусинского относительно "государственного антисемитизма в России". Задачами новообразованной Федерации съезд объявляет возрождение духовных традиций российских евреев — говоря проще, это означает желание сидеть смирно, дружить с властью и не лезть ни в какую политику, ни в какой политический сионизм.

С этого времени Кремль настойчиво выбивает из-под Гусинского одну из важнейших его опор — религиозное прикрытие. Первое столкновение ФЕОР с КЕРООР произошло в декабре прошлого года и было связано со свитками Торы, которые государство решило вернуть синагогам. Тогда этих свитков, каждый из которых тянул на 100 тысяч долларов, оказалось несколько сотен, однако КЕРООР получил из них лишь десять штук. Но подлинные страсти разыгрались в мае этого года. В результате обычной подковерной борьбы неожиданно сдали нервы у Адольфа Шаевича.