Чтение онлайн

"Уолл-стрит джорнал" сделал важное уточнение: Козырев не только информировал американцев о планах президента РФ, но и призвал правительство США оказать ему необходимую поддержку. Доверительное сообщение Козырева было, несомненно, доведено до Клинтона, и санкция была получена.

Приведенные заявления представителей Белого дома документально подтверждают заключение ряда наблюдателей, в том числе автора этих строк, о том, что Ельцин и его окружение часто (или даже, как правило) информировали администрацию Клинтона о подготовке наиболее важных внутриполитических событий и решений в Москве. Происходило это, по крайней мере, до перевыборов Ельцина на второй президентский срок и до осложнения отношений между РФ и США из-за агрессии НАТО на Балканах.

Дмитрий Саймс (Симис) делает еще более сильное заявление. По его словам, "без особых размышлений" администрация Клинтона начала давать "мгновенные советы, часто больше похожие на откровенное давление на правительство Ельцина, относительно того, как Россия должна проводить экономические реформы - и даже в отношении того, какие именно люди подойдут для этой работы". "Духовный отец реформаторов" Тэлботт играл при этом роль "проконсула Строуба", как называли его в российском МИДе.

Отставка Коржакова, Барсукова и Сосковца в июне 1996-го, например, не была спонтанным и неожиданным шагом непредсказуемого президента РФ. Согласно Тэлботту, "Ельцин снял Коржакова после намека, сделанного им (Ельциным. - А.Д.) в ходе телефонного разговора с Клинтоном за месяц до события". Не соответствует действительности официальная версия о том, что в январе 1994 года Егор Гайдар и Борис Федоров "подали в отставку". О своем намерении уволить этих реформаторов "в розовых штанишках" Ельцин сообщил Клинтону еще "накануне".

Помимо официальных каналов связи между Москвой и Вашингтоном, важным источником политической информации для американского госдепартамента, как свидетельствуют мемуары Тэлботта, служил "крот" в кремлевской администрации - помощник Ельцина по международным делам Д.Б.Рюриков, на дочери которого вторым браком женат президент Центра Никсона Д.К.Саймс. По словам Тэлботта, запрятанным в набранные мелким шрифтом примечания в конце его книги, Рюриков через свою дочь организовывал утечки информации из Кремля Саймсу, а тот "передавал ее нам", то есть в госдеп.

"Почему нам давалась возможность заглянуть за закрытые ворота Кремля, никогда не было вполне понятно", - неубедительно лукавит Тэлботт.

После прочтения мемуаров Тэлботта, в которых он, в частности, засвечивает Рюрикова, я долго не мог найти ответа на вопрос, зачем он это сделал. Или почему он так откровенен в признании, что долгие годы фактически давал указания, инструктировал Козырева.

Конечно, никого не удивляет, что особую теплоту и симпатию как бывшего замгоссекретаря, так и его шефа Кристофера вызывал именно Козырев, называемый в мемуарах Тэлботта не иначе как "архитектор не только независимости России, но и ее соседей"), человеком, "персонифицирующим радикальный разрыв России с ее прошлым", чья отставка, в конечном итоге, была вызвана тем, что "его видение его страны совпадало с нашим собственным". Козырев трогательно плачется в жилетку Тэлботта: "Я долго не продержусь. Я устал быть единственным голосом, устал быть единственным человеком в окружении Ельцина, который защищает такие позиции, которые вы, американцы, признали бы приемлемыми". Ну а поскольку Козырев и не скрывает, что его взгляды на Россию и ее внешнюю политику совпадают с госдеповскими, то Тэлботт позволяет себе открыто инструктировать министра РФ: "Андрей, - сказал я, - отправляйтесь домой и примените свою магию на своем боссе (Ельцине. - А.Д.), чтобы он и [президент Эстонии] Леннарт Мери решили эту проблему (о выводе российских войск из Эстонии. - А.Д.) раз и навсегда". "Дорогой Андрей" - ныне проживающий в Майами-Бич - послушно берет под козырек.

Как мне представляется, есть еще одно объяснение "засветки" Рюрикова в мемуарах Тэлботта. Разгадка, видимо, заключается в том, что в своей книге Саймс называет Игоря Малашенко ближайшим пособником Тэлботта в ближнем круге Ельцина и координатором активного вмешательства администрации Клинтона в ходе президентской избирательной кампании 1996 года в России. (Ныне этот создатель НТВ Малашенко стал более известен как муж блогерши "собаки-кусаки" Божены Рынски, набрасывающий свою куртку на камеру оператора НТВ). По сути, Тэлботт в своих мемуарах сводит счеты с Саймсом за это заявление и наносит ответный удар, обвиняя Рюрикова и самого Саймса в сливании закрытой информации о происходящем "за закрытыми воротами Кремля" в госдеп.

Подленькие мемуары получились.

И не только в этом эпизоде. Вспоминается такой случай. На излете своей дипломатической карьеры в конце второго президентского срока Клинтона и, видимо, не веря в победу на президентских выборах 2000 года демократа Гора, "Стробович" (такой была кличка Тэлботта в студенческие годы) объехал ведущие академические центры США в поисках места для мягкой посадки после ухода в отставку. (В конечном итоге он сначала получил предложение создать и возглавить Центр изучения проблем глобализма при Йельском университете, а затем занял должность президента The Brookings Institution в Вашингтоне). В феврале 2000 г. Тэлботт был с помпой принят на юридическом факультете Нью-Йоркского университета, где я в то время преподавал. Представленный Тэлботту деканом Школы права (ныне - президентом всего университета) Джоном Секстоном, как первый за историю факультета приглашенный профессор права из России, я не мог не доставить себе такого удовольствия и не обратить внимание заместителя госсекретаря на то, что в 1990-1993 гг. работал ведущим, а затем главным специалистом Комитета по международным делам Верховного Совета России. "Если вы полагаете, что первый российский парламент действительно был "бандой коммунистов и фашистов", то я из их числа". "Я никогда не говорил о фашистах в Верховном Совете", - холодно произнес Тэлботт и демонстративно отвернулся, давая всем своим видом понять декану факультета, что его выбор русского приглашенного профессора был не самым удачным.

Признаюсь, первое, что я сделал после выхода мемуаров Тэлботта (благодарю Иону Андронова за предоставление книги!) - открыл страницы, посвященные Верховному Совету. И что мы видим? Многочисленные упоминания "красных" и "коричневых" в Верховном Совете, блокировавших в начале 1990-х ельцинские "реформы" по рецептам американских советников и МВФ. Как же так, г-н Тэлботт? Что "фашисты", что "коричневые" - разницы никакой! Даже Клинтон в своих мемуарах такого не позволяет и в худшем случае называет оппонентов Ельцина (почему-то в "Думе, парламенте России") "реакционными элементами" или "старыми коммунистами и прочими реакционерами". (А преподавать в Нью-Йоркском университете меня, кстати, больше не приглашали).

Во второй половине дня 21 сентября Кристофер проинформировал американских конгрессменов о событиях в Москве и призвал их "удвоить усилия по принятию амбициозного пакета помощи" "реформаторам" в России и республиках СНГ размером в два с половиной миллиарда долларов. 1,8 миллиарда из них предназначались России!

Конституционный переворот в России был горячо поддержан не только президентом США, но подавляющим большинством голосов в обеих палатах Конгресса.

22 сентября 1993 года, то есть уже на следующий день после издания указа № 1400, конгрессмен от штата Мэриленд Стени Хойер, занимавший в то время четвертое по значимости положение среди конгрессменов-демократов, выступил с показательной речью в Палате представителей. Признавая, что указ о роспуске российского парламента был "технически незаконным", Хойер утверждал, что Ельцин "действовал, следуя духу демократии, нарушая букву закона". Однако "основная причина продолжающейся западной поддержки Ельцина" в его противостоянии с законодательной властью, согласно конгрессмену, заключалась даже не в якобы демократическом характере ельцинского режима, но в том, что "Ельцин является откровенно проамериканским, прозападным, прорыночным" политиком, тогда как Верховный Совет "обвиняет Запад в стремлении подорвать и ослабить Россию" и "выступает против ельцинской программы приватизации". Таким образом, резюмировал Хойер, "проведение необходимых реформ" правительством Ельцина и "удержание им России на прозападном курсе" является "императивом для наших собственных интересов".

Конгрессмен-демократ от Калифорнии и один из главных русофобов на Капитолийском холме Том Лантос заявил о своем желании "пожелать удачи Борису Ельцину". Почему? Потому что "первый за 1000 лет русской истории демократически избранный президент сейчас ведет борьбу против сил тьмы, зла и тоталитаризма, стремящихся повернуть вспять часы истории". (В 2001 г. Лантос станет инициатором принятия закона "О демократии в России", согласно которому правительство США будет - в нарушение российского законодательства! - финансировать "оппозиционеров" в нашей стране в размере 50 млн. долларов в год).

26 октября 1993 г. конгрессмен-республиканец от штата Нью-Йорк Джеральд Соломон направил официальное обращение президенту Клинтону, в котором прогнозировал, что предстоящие выборы в России "приведут к образованию первого действительно представительного парламента в истории России", который "почти наверняка" будет "значительно более демократическим и дружественным по отношению к Западу, чем только что распущенный Верховный Совет". Далее следовал призыв объявить предстоящие выборы в России одним из "основных приоритетов внешней политики США" и предоставить "как можно больше помощи демократическим кандидатам в России". Один из прогнозов конгрессмена все же сбылся: в декабре 1993 года в России был-таки избран "действительно представительный парламент", но без большинства столь любезных соломонову сердцу "реформаторов".