Чтение онлайн

1 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=1; bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"[?]y=""; y+=" "; y+="

"; y+=" 21 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

22

Компания предлагает: мезотерапия лица в клинике 23 на выгодных условиях.

А ЖАЛЬ, ЕСЛИ БУШ ВСЕ-ТАКИ НЕ СТАНЕТ НОВЫМ ПРЕЗИДЕНТОМ США — то-то был бы скандал в "благородном семействе". Оказавшись у кормила государственной власти, кандидат от республиканцев получил бы доступ к ныне секретной информации, которая позволила бы нанести его демократическим противникам поистине смертельный удар.

Недаром в ходе предвыборной кампании он уже не раз прошелся по коррупционным связям правящего демократического клана с российскими "коллегами", вызвав обиженное кваканье Черномырдина: "Я его маму и папу знаю…".

Став президентом, Буш может сделать достоянием общественности десятки, если не сотни коррупционных дел, за последние восемь лет связавших в тугой узел часть американской элиты и российских чиновников-воров, олигархов — всех тех, кто ради собственной выгоды помогал уничтожать нашу государственность, выполняя созданные в кабинетах ЦРУ русофобские планы.

Поэтому-то весть о его вероятной победе и повергла в такой ужас многих "видных россиян". Они представили, как Америку сотрясают скандалы, в которых не только гибнут репутации Гора и других местных политиков, но и вскрываются грязные дела по западным кредитам, дело "Андавы" и многие другие, что не снилось дотошной швейцарской прокуратуре...

В руках Буша-президента окажется судьба не только напоминающего обломок кораблекрушения Черномырдина, но и активно действующих деятелей, вроде пресловутого Чубайса. Приход к власти в Америке республиканца может обозначать настоящий конец ельцинской эпохи в России.

Дело в том, что Бушу и его сторонникам вряд ли понадобится созданная в нашей стране демократами агентура, и они вполне могут "сдать" на растерзание мировому сообществу значительную часть нашей псевдоэлиты.

Александр БОРОДАЙ

table.firstPanel {width: 100%} td.feedbackLink {text-align: right} input.gBookAuthor {width: 50%} textarea.gBookBody {width: 99%} div.error {color: red} p.gBookMessage { width: 536px; overflow: auto; border: 1px dashed rgb(200,200,200); margin-top: 2pt; padding: 7px }

1 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=1; bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"[?]y=""; y+=" "; y+="

"; y+=" 24 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

25

— Прежде чем начать разговор, Владимир Анатольевич, нам хотелось бы от имени всего нашего народа, от наших матерей, от солдат и офицеров сказать вам большое спасибо за ваш ратный труд, за то, что вы сделали для нашей армии и России. Мы хотели, чтобы русские люди узнали о том, как воевал, что думает о войне и нашей жизни человек, с именем которого наш народ связывал победу в этой войне. Все знают, что еще в первую войну вы проявили себя как талантливый полководец. Вас четырежды представляли к званию Героя России, но удостоили этой награды только четыре года спустя, когда вторая чеченская война уже шла полным ходом. Когда и как началась для вас эта война?

ДАГЕСТАН

— Началось все 8 августа. Я прилетел в ознакомительную поездку вместе с группой генералов. Боевики уже вторглись в Дагестан, и им противостоял один парашютно-десантный батальон новороссийской воздушно-десантной дивизии. Именно выдвижение этого батальона, которое проходило в очень сложных условиях, спасло ситуацию. Десантникам удалось захватить аэродром возле Ботлиха и в тяжелых боях приостановить дальнейшее продвижение противника. И вот мы прилетели на этот аэродром. Когда наши вертолеты сели, боевики выпустили по ним пять управляемых ракет. Две попали в цель. Вертолет начальника Генерального штаба и один из боевых вертолетов сопровождения были уничтожены. В вертолете в это время находился мой боевой товарищ, замкомандира полка, Герой России Юрий Наумов и еще два человека — один член экипажа и солдат из охраны. Все они погибли. Юрий был настоящим героем, ас-вертолетчик, в воздухе он творил чудеса. И вот так нелепо, находясь на земле, он погиб. Так для меня и началась вторая чеченская кампания.

Дальше события развивались стремительно, и пришлось вступать в командование армией прямо с командно-наблюдательного пункта на западной окраине Ботлиха. Всем уже было ясно, что трехлетнее бездействие государства ни к чему хорошему не привело. Бандиты начали реализовывать свои планы по захвату Дагестана и созданию горской кавказской республики, и необходимо было принимать самые решительные меры, иначе мы просто потеряем Кавказ. Мне доверили северо-западное направление, генералу Булгакову — юго-западное, под общим командованием генерал-полковника Казанцева. И в течение 10 суток тяжелейших боев нам удалось навязать бандитам свою тактику.

— Вы тогда еще не думали, что впереди новая война в Чечне?

— Нет, честно говоря, полагали, что на этом все и закончится. Однако было принято решение о создании зоны безопасности в отношении Ставропольского края. Мы разработали план, чтобы выйти на Терек и, закрепившись там, создать заслон и прикрыть Ставропольский край.

Были созданы три группировки: "Запад", "Север" и "Восток", и первого октября войска с трех направлений двинулись в глубь Чечни. Быстро овладели Шелковским и Надтеречным районами. И тут встал вопрос, какой район брать следующим, чтобы быстрее блокировать Грозный, — Наурский или Гудермесский. Мнения расходились, но правильно, скажу, было выбрано решение — овладеть Наурским. Силы вверенной мне Западной группировки заняли район, захватили часть Терского хребта и с опорой на него вышли к северо-западной окраине Грозного. Теперь силами Восточной группировки нужно было занимать Гудермесский район.

ПЕРЕГОВОРЫ

— Но вместо этого начались переговоры?

— Да, начались какие-то непонятные переговоры с боевиками. Гудермесский район держат братья Ямадаевы. Это наиболее одиозные фигуры. Они контролируют нефтяные и денежные потоки, у них свои отряды боевиков, естественно, разоружаться они и не думали. Одним словом, началась применяться какая-то непонятная тактика ведения переговоров, каких-то соглашательств и мирных уступок.