Чтение онлайн

Что можно предпринять в этой катастрофической ситуации? Бывший президент Гувер советует своему преемнику, относительно молодому Франклину Рузвельту, проделать следующее:

– добиться сбалансированного бюджета;

– любыми путями “задушить” инфляцию;

– сохранить стабильный доллар.

Гувер был уверен, что иной курс погубит страну. И его каноны вполне соответствуют современным инструкциям МВФ для стран “третьего мира” и России в частности: сбалансированный бюджет обязателен, главный враг — инфляция, а стабильный доллар и желательно пожестче привязанный к нему рубль — величайшее благо.

Но, к счастью для Америки, Рузвельт отнесся к рекомендациям Гувера с меньшим доверием, чем граждане России — к обещаниям Ельцина, Гайдара и Чубайса. Его действия были высшим проявлением американского прагматизма. Ни одна идея, ни один курс не были для него “священными”, если не давали позитивного эффекта. Он менял свои программы действий немедленно, если становилась очевидной их ошибочность, пробовал самые различные меры: прямое государственное финансирование, систему общественных работ и т.д. “Люди должны иметь мужество искать средство собственного спасения. Не важно, что может стать этим средством”. Его терпеливое экспериментирование не имело ничего общего с жестким (а в России — и весьма жестоким) стремлением изменить всё и вся немедленно, сейчас же. Здравый смысл и воля — вот формула успехов Рузвельта, позволившая ему стать величайшим американским президентом ХХ века.

Чего он никогда не допускал — это пессимистического ничегонеделания и, говоря словами товарища Сталина, “головокружения от успехов”. Речь шла о благополучии миллионов американцев, пострадавших от экономических неурядиц, и слова президента Рузвельта не расходились с его делами. “Если голодная смерть и жестокая нужда части наших граждан делают необходимыми дополнительные расходы, которые разбалансируют наш бюджет, я не поколеблюсь сказать американскому народу всю правду и попросить его выделить дополнительные средства”.

Рузвельт назначил главой Администрации гражданских работ малоизвестного тогда нью-йоркца Гарри Гопкинса, объявившего своей целью “сделать так, чтобы люди не умирали от голода”. Гопкинс привлек внимание Рузвельта тем, что не хотел заниматься простой благотворительностью. “Люди без работы теряют достоинство”,— считал он. Было создано, профинансировано и реализовано более тридцати тысяч проектов по всей стране. Вчерашние безработные строили мосты, стадионы, аэропорты. За десять лет Администрация проложила десятую часть всех новых дорог в Америке, треть всех новых больниц, две трети новых школ. Не перечислить всего того, что за короткий срок украсило Америку, сделало ее нынешней, современной. И сегодня всякий, кто проезжает под Гудзоном по туннелю Линкольна или по мосту, соединяющему Манхэттен с Лонг-Айлендом, всякий, кто видит здание золотохранилища США в Форт-Ноксе, вспоминает трудовой пыл Администрации. И всё это обошлось в 20 миллиардов долларов — меньше, чем США предоставила по ленд-лизу Великобритании в годы Второй мировой войны. И меньше, чем получила Россия от МВФ за годы “рыночных реформ”.

ВЫЙДЯ ИЗ ВОЙНЫ ОКРЕПШИМИ И БОГАТЫМИ, США долгое время были непререкаемым лидером Западного мира, и, разумеется, эта роль пришлась янки по вкусу. Но Советский Союз стремительно сокращал отставание от Америки по всем направлениям развития. Это касалось не только атомных проектов. Настоящий шок наступил в 1957 году, когда СССР вывел на орбиту первый искусственный спутник Земли. А в 1961 году в космос полетел первый человек — советский офицер Юрий Гагарин. Пытаясь понять, как подобное стало возможным, американцы перерыли все старые газеты и технические журналы на русском языке. И нашли много нового для себя даже в таком издании, как “Сделай сам”.

Еще одним важнейшим фактором, повлиявшим на американское общество, стал “японский вызов”. Дело заключалось не просто в том, что США стабильно отставали от Японии в темпах роста ВВП и производительности труда, прирост которой в США сократился с 2,6% в первой половине 70-х годов до 0,9% в первой половине 80-х годов. Куда значительнее были социальные и внешнеполитические последствия, порождаемые либерально-спекулятивной моделью “биржевого капитализма”. Внутри Америки бедность, нищета, бездомность, преступность приобретали такие масштабы, что подрывали устои стабильности общества, низводя престиж производительного труда до опасной черты асоциального. Кроме того, обозначилась угроза потери ключевых позиций на международных рынках. На фоне тогдашних достижений Японии такая ситуация воспринималась как нетерпимая.

Осознав значимость советского и японского опыта, США предприняли беспрецедентную трансформацию своей экономической модели, которая была централизованно переориентирована на новые целевые приоритеты. Эти приоритеты были закреплены специальным законодательным актом с красноречивым названием “Полная занятость и сбалансированный рост экономики”, предусматривающим строгие административные, организационные и финансово-бюджетные обязательства государственной власти, которая приняла на себя ответственность за обеспечение и реализацию установленных макроэкономических программ. То есть начиная с 80-х годов в США было законодательно покончено с принципом свободной рыночной экономики (laissez-faire): правящая администрация обязана регулировать экономические процессы и отвечать перед конгрессом в случае неадекватности или недостаточной эффективности таких регулятивных воздействий.

Приведем некоторые дополнительные доказательства того, что на деле в Соединенных Штатах господствует жесткое государственное регулирование экономики и торговли. Согласно постулатам либеральных доктрин, безработица в целом является естественным и даже положительным явлением, поскольку содействует снижению инфляции, служит своеобразным кнутом для мотивации труда, облегчает структурную модернизацию производства и т.д. Иные представления рассматривались как посягательство на устои свободного предпринимательства и “открытого общества”. Теперь же безработица признана явлением, несовместимым с национальными приоритетами США, связанные с ней издержки экономики и общества перечислены в бескомпромиссных формулировках констатирующего раздела закона:

“Конгресс приходит к заключению, что Нация страдает от безработицы и неполной занятости, достигших существенных масштабов, от неиспользования производственных ресурсов, высоких темпов инфляции и недостаточного роста производительности труда в течение значительного периода времени, и это влечет за собой многочисленные экономические и социальные издержки. Эти издержки проявляются в следующем:

1 – Нация лишена полного снабжения товарами и услугами, полного использования трудовых и финансовых ресурсов и соответствующего увеличения экономического благополучия, которое было бы достигнуто, если бы были созданы условия действительно полной занятости, роста производства и реального дохода, сбалансированного экономического роста, сбалансированного федерального бюджета и эффективного контроля над инфляцией;

2 – объем производства товаров и услуг недостаточен для удовлетворения неотложных национальных приоритетов;

3 – работники лишены гарантий сохранения рабочих мест, доходов, повышения квалификации, а также производительности, необходимых для поддержания и повышения своего жизненного уровня;

4 – торговля и промышленность лишены производства, торговой сети, притока капиталов и производительности, необходимых для поддержания надлежащего уровня доходов, осуществления новых инвестиций, создания рабочих мест, обеспечения конкурентоспособности на международном рынке и содействия удовлетворению экономических потребностей общества. Названные проблемы особенно остры в сфере мелкого предпринимательства. Изменения в торговых циклах и низкий уровень показателей функционирования экономики наносят мелкому предпринимательству значительно больший ущерб, чем крупному, так как у мелких предпринимателей меньше наличных ресурсов, меньше доступа к ресурсам, позволяющим справляться с общенациональными экономическими трудностями. Упадок мелких предприятий влечет усиление безработицы из-за снижения количества рабочих мест, а также инфляции — из-за ослабления конкуренции;

5 – безработица создает для многих семей социальные, психологические и физиологические издержки, включая разрыв семейных связей, утрату личного достоинства и самоуважения, обострение физических и психологических заболеваний, алкоголизм и наркоманию, преступность и социальные конфликты (этот пятый пункт стоило бы в виде огромного транспаранта повесить со всех сторон на стены Кремля, чтобы власть имущие не могли проникнуть вовнутрь, не прочитав эти слова);