Чтение онлайн

В 1988 г. он создает и возглавляет организацию "Патриоты", а спустя год объединяет все национально мыслящие силы Ленинграда в Русское патриотическое движение "Отечество". Он уже в те годы видел и предупреждал, что цель организаторов "перестройки" — разрушение многонационального государства, а затем и России, народ которой будет вымирать от голода, а саму страну разделят новые сверхдержавы.

В 1989 г. выходит следующая книга ученого — "Геноцид", за которую Александр Захарович подвергся еще более жестоким гонениям. Возобновились суды в Москве и в Петербурге. Демжурналисты и адвокаты набивались в их залы, публично оскорбляли ученого на радио и телевидении. Воина-интернационалиста обвиняли в фашизме и антисемитизме. Обвиняли те, кто последовательно разрушал русское государство, растлевал молодежь, обезличивал русскую культуру, испытывал животную ненависть к православию.

Судебные разбирательства, телефонные звонки с угрозами, посылки, в которых ученому присылали удавки, и иное давление со стороны "прогрессивного человечества" подорвали здоровье писателя-патриота. Но он до конца жизни не оставлял святого дела просвещения народа. Александр Романенко воспитал много последователей, и они не сложили оружия...

Наша добрая память — герою, жизнь за други и за Россию положившему.

БЛАГОДАРНЫЕ СООТЕЧЕСТВЕННИКИ

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

Совсем недавно в свет вышла уникальная книга: мемуары известного советского военачальника Николая ПопелЯ "В тЯжкую пору" — о первых, самых драматичных месяцах Великой Отечественной войны. Книга издана совместно московским "Издательством АСТ" и питерским "TERRA FANTASTICA" в известной уже читателям серии "Военно-историческая библиотека".

Уникальными эти мемуары делают не только предельно правдивые воспоминания комиссара Попеля, которому в первые дни войны пришлось командовать танковой группой и участвовать в одном из самых грандиозных танковых сражений Великой Отечественной, но и целый сборник прекрасных информационных приложений, в которые входят глубокие аналитические и информационные статьи, раскрывающие описываемые события с совершенно неизвестных сторон. Это и "Хронология боевых действий", и подробные карты, и справочные приложения о характере, составе и ходе боевых действий обеих сторон. Составители книги С. Переслегин и В. Гончаров сделали все, чтобы она стала настоящим бестселлером.

Чтобы читатели смогли представить себе масштаб их работы, мы приведем несколько кратких выдержек из "Приложений" к мемуарам.

МЕХКОРПУСА

К 1941 году (...) реорганизация армии, ее численный рост требовали огромного количества офицеров. Проблему пытались решать расширением сети военных училищ (в 1939 году в Сухопутных войсках было 63 военных училища, к началу войны — более 130. Всего в стране было 203 училища, 19 военных академий) и сокращением сроков обучения, что, разумеется, привело к падению качества подготовки командиров всех степеней.

Впрочем, даже через сокращенную подготовку прошли далеко не все лейтенанты, капитаны, полковники и генералы РККА. Так, накануне войны среди командиров полков Западного военного округа лишь 10,5 % закончили академии, только 32,1 % — военные училища. Остальные 57,4 % командовали полками после "курсов усовершенствования" (в дивизиях дело обстояло едва ли не хуже: 16,6 %, 8,4 %, 75 %. Из шестнадцати командиров корпусов девять человек имели высшее военное образование, четверо — среднее. трое закончили ускоренные курсы).

На низовом уровне нехватка офицеров носила буквально катастрофический характер. Армии приходилось довольствоваться командирами с шестимесячным сроком обучения, выпускниками полковых школ. Впрочем, не хватало и их.

Подобные трудности, вызванные быстрым ростом численности вооруженных сил, в той или иной степени переживали все страны — участницы войны: Германия, армия которой лишь несколько лет назад была ограничена "версальской" цифрой в 100000 человек, Великобритания и США, вообще не имевшие до войны системы воинской повинности. Но и немцы, и союзники опирались при "взрывном" расширении вооруженных сил на прекрасно подготовленный офицерский корпус мирного времени.

...Весной 1940 года по решению политического руководства страны Генштаб вновь приступил к формированию механизированных корпусов. В объяснение этого факта принято ссылаться на опыт боевых действий в Европе. И вновь версия не выдерживает критического анализа.

И в военных, и в политических кругах прекрасно понимали, что Польская кампания вермахта не доказывает ровным счетом ничего. Да, крупные моторизированные соединения добились там крупных успехов. Однако при той группировке войск, которую избрал маршал Рыдз-Смиглы, поражение Польши было предрешено при любой разумной немецкой тактике. Советское руководство справедливо расценило ход и исход боевых действий не столько как убедительную победу Германии, сколько как полное поражение "буржуазно-помещечьей Польши" (известная фраза Молотова: "...нанесли смертельный удар по уродливому детищу Версальского договора, так называемому Польскому государству).

В блистательных германских операциях в Дании и Норвегии крупные танковые соединения не использовались. Что же касается кампании во Франции, то решения о воссоздании механизированных корпусов было принято руководством РККА раньше, нежели ее итоги могли быть проанализированы — хотя бы вчерне.

С другой стороны, собственный опыт боевых действий в Финляндии настраивал в отношении механизированных соединений скорее на пессимистический лад.

Вероятно, и первое решение — о расформировании танковых корпусов, и второе — об их воссоздании — правильнее объяснить внутренними, организационными причинами. Количественный рост вооруженных сил вместе с катастрофическим падением уровня командного состава всех степеней настойчиво подталкивало руководство РККА к упрощению армии, иными словами — к сокращению разнообразия организационных структур и штатных расписаний. Косвенно это подтверждается тем обстоятельством, что "борьба с линией Тухачевского" отнюдь не сопровождалась сокращением производства танков в СССР. Более того, именно в этот период начинается выпуск танков нового поколения, причем испытания экспериментальных машин вызывают огромный интерес советского военного и политического руководства.

...Первоначально было решено создать 9 механизированных корпусов, затем — еще 20: это позволяло загрузить промышленность заказами на ближайшие два-три года. Советский механизированный корпус должен был стать самым танковым корпусов в мире: по штату он включал две танковые дивизии по 375 танков и одну механизированную в 275 танков. С учетом штабных и командирских машин это составляло 1031 единицу бронетехники, в том числе 126 КВ и 420 Т-34, остальные 485 — танки старых типов, в том числе огнеметные. Впрочем, поскольку все корпуса начали формироваться одновременно, к началу войны ни один из них не был укомплектован по штату.

Итак, взяв за основу структуру немецкой танковой дивизии образца 1939 года, советские теоретики "усовершенствовали" ее, добавив 50 танков и сократив количество мотопехоты.

Германия, напротив, в 1941 году уменьшила количество танков в танковой дивизии с 324 до 147-209. Это решение обычно связывают с физической нехваткой танков и "инстинктивным стремлением Гитлера иметь перед вторжением на необъятные просторы России как можно больше подвижных соединений, пусть и меньшей численности". Сам фюрер объяснял переход на новые штаты изменением качественного состава техники: за счет увеличения удельного веса средних танков. Реальные боевые возможности новых, "сокращенных" дивизий остались на прежнем уровне, управление же соединениями упростилось, мобильность их возросла. Во всех этих утверждениях есть свой резон. Но главной причиной реформирования организационной структуры подвижных частей верхмата, несомненно, был опыт войны.