Чтение онлайн

Как пишет итальянский исследователь Антонио Рубби, с Запада "даже для приличия" не раздалось "ни слова сожаления о жертвах, ни тени сомнения насчет зверской расправы, устроенной Кремлем, лишь бы раздавить сопротивление российского парламента. Установочная аргументация, которой воспользовался Запад для оправдания кровопролития, держится на мистификации и извращении реальных процессов, имевших место в посткоммунистической России".

В книге "Никсон зимой" помощник экс-президента Никсона в последние годы его жизни Моника Кроули раскрывает неизвестную не только российскому читателю, но и большинству западных наблюдателей деталь. В дни противостояния между президентом и Верховным Советом РФ Ричард Никсон был приглашен в Государственный департамент США для участия в обсуждении вариантов официальной реакции Вашингтона и вернулся с этого обсуждения абсолютно подавленным, поскольку один из вариантов предполагал направление в Москву военного контингента США для поддержки Ельцина.

"О чем думают эти засранцы (assholes) из госдепа? - вспоминает Кроули эмоциональные слова Никсона. - Нельзя направлять войска в Россию Когда мы это сделали для борьбы с большевиками (имеется в виду участие США в интервенции "союзников" 1918 года и высадка американских войск во Владивостоке и Архангельске - А.Д.), это обернулось катастрофой. Кроме того, мы просто не можем вмешиваться в их внутренние дела, тем более, военными средствами. О, Господи!"

Никсон не впервые столь нелицеприятно высказывался в адрес американской дипломатии на российском направлении периода президентства Клинтона. "Эти ребята просто шизанутые (nuts). Они не понимают, что, поощряя авторитарные наклонности Ельцина, они играют с огнем", вспоминает Дм.Саймс реакцию Никсона на выступление Тэлботта в Комитете по ассигнованиями Палаты представителей 19 апреля 1993 г. в поддержку финансовой помощи "реформаторам" в России. Триумфально поддержав "президента Ельцина, бросившего перчатку парламенту", якобы "контролировавшемуся реакционерами", Тэлботт готовил почву как для роспуска Ельциным законодательной власти в России, так и для поддержки такого роспуска в Вашингтоне.

Эпизод из книги Кроули, во-первых, лишний раз подчеркивает, сколь высоки были ставки Вашингтона в дни кризиса и, во-вторых, заставляет по-новому взглянуть на многочисленные свидетельства очевидцев об участии в московской бойне снайперов третьей стороны. Может быть, "засранцы из госдепа", хотя бы частично, всё же реализовали свой план?

4 октября 1993-го "Нью-Йорк таймс" удовлетворенно констатировала: "Официальные лица администрации Клинтона благословили г-на Ельцина на роспуск парламента, и до сих пор они рассматривают действия президента России (по расстрелу парламента) как лучшую гарантию демократии".

Для нас важен сам факт откровенного признания руководством США не просто допустимости, но целесообразности использования американской "помощи" как инструмента вмешательства во внутренние дела России. Той самой "помощи", которая с отстранением от власти в 2000-е годы значительной части ельцинских "реформаторов" была перенесена - вспомним закон США "О демократии в России" - на спонсирование "шакалящей у иностранных посольств" оппозиции и "агентов перемен", как откровенно называют часть российских "неправительственных организаций" в Вашингтоне.

Трудно не согласиться с выводом Стивена Коэна: "Деятельность всех, за небольшим исключением, американских специалистов по России в 1990-е годы можно расценить как преступную". Вопрос в другом: как расценивать деятельность тех российских политиков и власть предержащих, на которых работали эти "американские специалисты"?

Салават Асфатуллин

17 октября 2013 0

Политика

Злобное беспамятство как новая «голландская болезнь»

24 ноября этого года исполнится 200 лет освобождения Нидерландов от французского владычества и восстановления независимой государственности, упраздненной Наполеоном в 1810 году, после включения им королевства Голландия в состав своей империи. Именно в этот день русские казаки под командованием генерала Бенкендорфа (да, того самого - будущего шефа корпуса жандармов и пушкинского цензора) вместе с прусскими войсками вошли в Амстердам. Кроме столицы, наши войска освободили Утрехт, Роттердам, Бреду, Мехельн, а также другие города и крепости Голландии. Именно Бенкендорф зачитал жителям Амстердама акт о восстановлении власти принца Оранского. В центральном музее Утрехта одно из главных мест до сих пор (по недосмотру властей?) занимает картина, изображающая вступление в этот город отряда казаков 28 ноября 1813 года. Можно сказать, что "петровский долг" этой замечательной "стране тюльпанов", где первый император российский начинал знакомство с передовыми достижениями тогдашней европейской культуры, через сто с небольшим лет был возвращен полностью. Вплоть до 1914 года одним из национальных праздников этой страны был День казака-освободителя. С началом Первой мировой войны отмечать его перестали - без всякой немецкой оккупации, под флагом нейтралитета и "толерантности".

Сегодня проект "объединенной Европы", который пытались реализовать - каждый по-своему - и Наполеон, и Гитлер, стал реальностью. А вместе с ним реальностью стала утрата европейцами национальной идентичности, одной из главных составляющих которой является историческая память.

То, что на этом направлении достигнуты "небывалые успехи", наглядно показала недавняя дикая история с избиением и арестом голландскими "силовиками" российского дипломата с "говорящей" фамилией, Дмитрия Бородина. Возможно, это случайность, но тем самым "батавцы" попытались как бы символически отомстить всем нам за Бородинскую битву, которая стала прологом к краху наполеоновской объединенной Европы. И сделали это как раз накануне того памятного исторического события, с рассказа о котором я начал эту свою небольшую заметку. Говорят, что реальным "casus belli" стал арест плававшего под голландским флагом судна "Arctic Sunrise", служившего базой для акции "Greenpeace" против российской нефтяной платформы "Приразломная", и ряда активистов этой организации, имеющих паспорт Нидерландского королевства.

Но такое проявление злобного исторического беспамятства (или исторической злопамятности?) лучше всего свидетельствует о той "новой голландской болезни", которой поражена вся современная Европа. Когда-то Чингиз Айтматов рассказал всему миру о "манкуртах". Сегодня собирательный голландец (и европеец) вполне может носить фамилию ван дер Манкурт. А голландский король - заявлять о замене "государства ответственности" "государством участия". Участия - в чем? Во всеобщем беззаконии и беспамятстве?

г. Калуга

Георгий Семенов

17 октября 2013 0

Культура Общество

Архив архангельского литературного журнала "Двина", сложенный стопой, образует увесистый "золотой" фолиант. В срезе - будто годовые кольца, разные по толщине, согласно погодным условиям финансирования. Но само дерево - цельное, сортовое. Пронизано волокнами множества тем.

В сердцевине - тема деревни.

И просто деревни, места временного пребывания на земле определенного рода-племени, в нашем случае северо-русского. И деревни как Космоса со своим первым Днём творения и Концом света.

Эпична история любого поселения от крика младенца в семье первопроходцев до смертного всхлипа последней старухи на остывшей печи. Над пустынным местом, оставшимся после деревни, витает лёгкое облако, собранное из капелек душ всех когда-то живших здесь. У этого облака две стороны: светлая, улыбчивая, и тёмная, грозовая.

Там в вечном, неразлучном единении парят и деревенский праведник, и злодей, язычник и христолюбец, тароватый и лихоимный, трезвенник и гуляка, стяжатель и бессребреник.

Случается, тень от этого облака накрывает землю, тогда чуткий глаз художника усматривает в бликах лица когда-то живших.

Ухо слышит голоса. Нос чует запахи. Руки тянутся потрогать

В таких прозрениях рождаются лучшие и "деревенские", и "городские" страницы в журнале "Двина".

Авторы различаются не столько по именитости, сколько по интонации.