Чтение онлайн

Фактически мы наблюдаем в преддверии событий огромной важности фактическую изоляцию США. А ведь Дж.Буш-младший уже две недели назад взял на себя обязательство свергнуть Саддама Хусейна и заменить режим в Ираке. Уйти от этого заявления, где Саддам назван "стратегическим противником, вот-вот сделающим ядерное оружие", невозможно без полной потери политического лица. А это лишь подтолкнет развитие экономического и финансового кризиса. Как уже сказал Дж.Сорос, "во всем виноват Буш!" Просто как Ельцин какой-то, с его бессмертным: "Во всем виноват Чубайс!"

Но и вышеперечисленное далеко не исчерпывает список надвигающихся на Буша бед. Американский президент всё больше напоминает "бегуна по утончающемуся льду". Палестино-израильский конфликт, со всеми его сложнейшими измерениями, сановится все более неуправляемым. Интифада изнуряет израильские власти, которые находятся под прессом демографического исхода с "земли обетованной" значительной части еврейского населения, где во многих регионах преобладание арабов должно стать всеобъемлющим уже через два-три года. Для сохранения нынешней конфигурации государства Израиль, как воздух, нужны этнические чистки и выселение арабов, а сделать это вне контекста большой войны практически невозможно. Отсюда вытекает кровная заинтересованность наиболее жестких элементов среди израильской элиты в крупномасштабном конфликте на Ближнем Востоке с прямым участием США.

Более того, впервые в истории Израиль проигрывает арабам в информационном столкновении. Наличие мощнейшего произраильского лобби в Америке обуславливает потребность действующей администрации США "как-то решить" этот вопрос. Но переговоры ничего не дают, поскольку палестинцы, внешне кланяясь американцам, исподволь продолжают интифаду, которая неуклонно ведет их к победу уже в среднесрочной перспективе. Мировое общественное мнение, особенно в Западной Европе, всё больше склоняется к поддержке арабов в развивающемся конфликте. Отсюда еще раз следует потребность Израиля добиться решающего прорыва на данном направлении в самое ближайшее время — хотя бы для того, чтобы "разделаться с финансовой подпиткой" семьям палестинских камикадзе со стороны Ирака и Саудовской Аравии. Удар по Ираку и переворот в Саудовской Аравии, которая названа в одном из последних документов Пентагона "стратегическим противником", просто необходим Израилю. И вот появляется блестящий пассаж экс-президента США Клинтона, где тот торжественно заявляет о своей готовности "с автоматом в руках" сражаться на стороне Израиля, забыв на время про саксофон и Монику Левински. Такое заявление лишает "ненавистного Буша и его команду" всякой свободы маневра — только вперед, на Ирак, иначе вы будете объявлены "пропалестинскими наемниками", что в нынешних американских условиях прозвучит очень неслабо!

Итак, казнить нельзя помиловать. Без запятых. Удар неизбежен, но операция сопряжена с огромными издержками и рисками. Понятно, что без хотя бы внешней поддержки союзников и нейтрализации КНР с РФ в Совете Безопасности ООН военные действия начаться не могут. Отсюда — неизбежность повторения 11 сентября на более высоком и объемном уровне. Но и сама военная операция сопряжена с известными сложностями. США, конечно же, будут вести излюбленную "аэрокосмическую войну" с массированными ковровыми бомбардировками и неисчислимыми жертвами среди гражданского населения Ирака. Но если эти бомбардировки не приведут к полному уничтожению оружия в этой стране, то боевые действия в городских условиях для янки обеспечены. Кроме того, не исключено, что Саддам и впрямь имеет химические и бактериологические заряды. Тогда остается лишь запустить американскую бригаду в какой-нибудь населенный пункт Ирака и привести эти заряды в действие. Для Буша с висящими на его спине "демократами" это будет недопустимым уроном.

Трудности Буша и его команды довершаются тем, что Турция в ноябре проводит парламентские выборы, и исламисты, регулярно на них побеждающие, в случае начала антииракской операции выиграют так, что мало не покажется. Зато выборы в Германии состоятся в середине сентября, и проигрыш Шредера приведет к власти еще более жесткого лидера с антиамериканской ориентацией. Следовательно, "иракские взрывы" должны прозвучать, по крайней мере, за неделю до того, как бундесбюргеры пойдут к избирательным урнам, что заставит всех кандидатов без исключения поклясться "отмстить неразумным арабам". Но сроки здесь чрезвычайно сжатые — если не успеть, то новый немецкий руководитель может оказаться совсем уж несговорчивым и ни на какие взрывы не "клюнет". Как тогда быть с Евросоюзом и его участием в общей операции? Не будем уже упоминать афганский угол мировой ситуации, где сдерживать реальную информацию об идущей войне вот-вот "не хватит сил".

Резюме из сказанного — весьма неутешительное для Буша и США. Гегемония Америки может вот-вот рухнуть. Но группа Чейни идет к "фронтальной схватке", невзирая ни на что. Последним доказательством "незыблемости" ее намерений провести масштабную войну стало почти открытое провоцирование главы Тайваня на формальное отделение от Китая, что, по замыслу вашингтонских стратегов, видимо, должно позволить получить нейтралитет КНР в Совете Безопасности ООН при обсуждении мандата на операцию против Ирака. Со своей стороны мы скажем: вперед, товарищи, к очередной победе! Ясно, что война против Ирака, даже с повторением "гениального хода" 11 сентября, приведет только к поляризации международных сил, а в случае американского поражения или даже относительного неуспеха позволит России по-новому позиционировать себя в мире, а главное — внутри СНГ.

Такую перспективу не хотят видеть в Кремле. Это и понятно, поскольку именно данная географическая точка сверхобильно напичкана проамериканской агентурой. Поэтому Россия, скорее всего, не использует представившийся ей исторический шанс по укреплению и восстановлению своих позиций в традиционном ареале влияния страны. Вместо этого Кремль затеял возню со смещением Лукашенко, мусолит тему Калининграда и Грузии. Такова уж судьба — без смены караула в Кремле сделать ничего невозможно.

Ну, и последнее. Если "террористические" взрывы, паче чаяния, не состоятся, то это будет означать лишь то, что в администрации США верх взяла группировка "умеренных", действия которой гораздо опаснее для России, чем размахивание мечом со стороны "агрессивных радикалов".

Евгений Ростиков

12 августа 2002 0

33(456)

Date: 13-08-2002

Author: Евгений Ростиков

РУССКОЯЗЫЧНЫЙ ГОВОРУН (Дмитрий Рогозин, как зеркало Кремля)

ВРАГ РОССИИ — БЕЛАРУСЬ?

Недавнее явление российского парламентария Дмитрия Рогозина в Беларуси не осталось незамеченным. Xотя появился он там, можно сказать, виртуально, в виде газетного интервью. Физически Дмирий Олегович любит посещать более дальнее зарубежье — например, Страсбург или, в крайнем случае, Ригу. Оно и понятно, там можно хоть покрасоваться: "Я ношу 56-й размер, у меня метр девяносто рост, я бывший член сборной СССР по ручному мячу..." и т.д. А заодно и красноречием блеснуть, популярно рассказав туповатым иностранцам и забывчивым прибалтам: "Что есть такое Россия? Это 145 миллионов человек. По числу населения это Германия и Франция вместе взятые. То есть такая средняя европейская страна..." Ну если такая, как "вместе взятая Германия и Франция", то это уже "не средняя европейская страна", а, пожалуй, самая крупная.

Ладно, с популяризаторством России у Дмитрия Олеговича не все гладко получается, зато он известен "отчаянной защитой" прав русских и русскоговорящих в близком зарубежье. И хотя дальше хитроватого витийствования на тему "отчаянная защита" Рогозина никогда не заходила, тем не менее, на этом невеселом поприще он, как говорится, нашел себя. "Но при чем здесь Беларусь?"— резонно спросите вы. Здесь с этим, кажется, все в порядке. Русские, как и русскоязычные, в равной мере наделены всеми теми правами и возможностями, что и коренные граждане республики. Какое дело до нее Рогозину?

Но так могут думать только наивные в политике люди. А для такого деятеля, как Дмитрий Рогозин, конъюнктура — это всё. Действительно, стоило в первопрестольную примчаться двум белорусским журналисткам, представляющим интересы то ли нашей бесполой оппозиции, то ли более дальних и неразгаданных еще структур, как глава Международного комитета Госдумы и по совместительству спецпредставитель Путина по Калининградской области не только отбросил все свои важные дела и поспешил принять их, но и наговорил им о Беларуси такого, что тут всерьез задумались: а, может, действительно у русских и России и врагов-то в мире больше не осталось, кроме этих проклятых белорусов?! Но, прежде чем перейти к этому весьма знаменательному открытию "известного российского политика", думаю, прежде всего не мешает разобраться, откуда вообще берутся такие деятели, как Дмитрий Рогозин?

ИЗ-ПОД КРЫЛА ШЕВАРДНАДЗЕ

Вот как поведал об этом в прошлом году латышским журналистам сам Дмитрий Олегович: "В политику меня вывел Эдуард Шеварднадзе. Xотя сам президент Грузии об этом может и не догадываться".

А дело было так. 20 августа 1991 года перед "Белым домом" в Москве шумела, качалась многотысячная толпа. Как и всякая толпа — бездумная и безответственная, а эта была еще и чумная, уничтожавшая великую и могучую державу, которую более 200 млн. людей считали своей Родиной. Среди этой беспросветной "тьмы" шныряли не только закомплексованные негодяи, откровенные провокаторы, но и разного рода авантюристы. Они только ждали своего часа и готовы были сыграть любую предложенную им или нечаянно выхваченную в суматохе роль. Был среди них и молодой журналист, а в недалеком прошлом еще и спортсмен Дмитрий Рогозин. "Чудом прошмыгнув мимо охраны, он поднялся наверх — как раз там сидели Ельцин, Руцкой, Xасбулатов... И вдруг все расступаются — это шел Шеварднадзе со свитой. Толпа совершенно случайно впихивает туда Рогозина". Именно так и сказано: "впихивает" в объятия этому кавказскому витязю, который тогда еще только начинал широко разбазаривать Россию. А дальше, как говорится, все было делом техники. "Когда Шеварднадзе выступал перед митингом (это же действительно надо быть презренной толпой, "тьмой", чтобы слушать этого косноязычного, недалекого и насквозь фальшивого оратора. — Е.Р.), Рогозин стоял у него за спиной. Шеварднадзе закончил, и тут вдруг кто-то обращается к Рогозину: "Ну, а теперь вы скажите пару слов о демократии". И он начал говорить..."