Чтение онлайн

Украина очень любит подписывать соглашения. Всё, что давала Европа - подписала, хотя не выполняет. Но у нас-то документ есть! Эти документы позволяют нам пробивать бреши и связывать регионы медийно и другими путями.

Вообще наша взаимозависимость с регионами украинскими невероятная. Например, все наши лампочки в Донецке горят от Кураховской электростанции, которая работает на угле Западного Донбасса. Мы же нашим углём затариваем электростанцию в Старобешево. Но от Старобешево у нас не горит ни одной лампочки, вся эта электроэнергия идёт на Мариуполь. Уголь Западного Донбасса и Восточного Донбасса - разный, а старые электростанции заточены каждая под свой уголь.

То есть коэффициент региональных связей велик. Мы добиваемся, чтобы пустили больше автобусов в Россию, железнодорожных составов - помимо международного тарифа. Хотим войти и в российское медиапространство. Мы сейчас в украинском или никаком медиапространстве. У нас было 70 каналов. 40 украинских выключили, осталось 30, к которым мы российские добавить не можем.

Александр Проханов. Россия пока вас к себе слабо привинчивает?

Андрей Пургин. Очень слабо.

Александр Проханов. Революция, которая произошла, не является тотальной, и война ведётся не тотальная?

Андрей Пургин. Революция почему не тотальная? У нас 90% управленцев было - это Партия регионов. Властная элита, что здесь была, как шарик - бах. И её нет. Административный коллапс. Все пророссийские движения были картонные, то есть или "профессиональные русские", или люди, которые сидели под СБУ, или работали на Партию регионов, которая приватизировала все отношения с Российской Федерацией. И когда ситуация вышла из-под контроля, всё лопнуло. Административный коллапс тяжело разрешить. С нами работают политтехнологи, которые видят в нас шансы подняться на социальном лифте, поскольку у них в прежней системе были очень ограниченные возможности. Они нам помогают коллапс преодолеть.

И будем просить Российскую Федерацию о некоей институции советников. С полномочиями.

Александр Проханов. После выборов появятся президент, парламент. Следующий этап - создание правительства, кабинета министров. А дальше?

Андрей Пургин. Мы - в состоянии гуманитарной катастрофы. 4 месяца не платим пенсию, рухнул нотариат. Если бабушка могла оформить на внучку доверенность, а та ехала куда-то, получала пенсию, сейчас и этого нет. Надо выжить. Нелегко сейчас.

Новороссию я считаю шагом преждевременным. Это давняя идея Александра Дугина. Все его шаги прекрасны, гениальны, но он заставляет всех прыгать через 10 ступеней. То, что он говорил в 2004 году, сейчас говорит другой человек - тот, который находится в Кремле. Между этими событиями прошло 10 лет. И вот сейчас - время пришло.

Дугин является фактором, безусловно. Он - опытный парень и влияет на общество, на умы. Они с командой работают методами косвенной власти, это важно. Я его убеждаю, что не следует Донбасс, который гордится тем, что он - именно Донбасс, называть Новороссией. Если мы говорим о 8 областях, которые могут составить Новороссию, то до этого надо дожить, на это требуется не менее 10 лет.

Они в 2002-2004 годах идею евразийства внедряли, их интеллектуальные штурмы имели влияние на мозги. Могу это свидетельствовать - мощные были идеи, разработки. Но это был фальстарт. До 2007 года они "перегрелись". А в 2014 году российская государственность подхватила упавшее знамя евразийства как идеологии, евразийскую теорию сейчас фактически российское государство взяло на вооружение.

Но торопиться не надо!

Александр Проханов. Это исторический резерв, он должен быть.

А есть проблема между военной аристократией и нарождаюшейся светской государственностью, которая после выборов начнёт появляться?

Андрей Пургин. Военные не смогут управлять гражданскими. Какие бы линии ни рисовали, кто эти линии будет контролировать? Записано, что ОБСЕ будет контролёром. Но у них всего-навсего наблюдательный мандат, а по нему - не более 100 человек может находиться. И кто этих наблюдателей будет охранять? Якобы надо поменять мандат. Но тогда должен быть миротворческий контингент, который будет охранять.

В экспансию Донбасса я не верю. Сейчас пока - по праву копья.

Военные не построят государство. У них другая профессия. Думаю, у нас будет, как в Приднестровье. Надеюсь, у нас всё образуется быстрее - опыта хватит.

Проблема Украины, что она - банкрот. У Украины 40% трудоспособного населения работает за рубежом. Это как раз те люди, которые должны делать внутреннюю революцию, влиять. А они - за рубежом. Остаётся только идеологически заточенный молодняк, который крайне националистически настроен. Они и делают погоду. Остановить их внутри некому. Пенсионеров - под 14 миллионов, 5 миллионов госслужащих, которые копейки получают. То есть основная Украина - болото, которое максимум - может булькнуть, но не взорваться. Или вхождение извне. Вот сели, решили: давайте введём войска. Все радуются, цветы

С каждым днём ситуация ухудшается. Количество людей, которые готовы были взорвать, уменьшается: те по тюрьмам, те запуганы, те - с пробитыми и промытыми головами

Если будем рассматривать перспективу на десятилетия, возможно, 8 областей в Новороссию мы и объединим.

Александр Проханов. А экспансия Украины к вам возможна?

Андрей Пургин. Нет. Украина - коричневая. Они вступили на путь фашизации, а мирными путями фашизация не останавливается. Она приводит к тому, что даже если люди дохнут на улицах от голода, фашисты всё равно говорят, что это хорошо. Нам это не надо.

Александр Проханов. Фашизация - это синоним войны. И если там идёт фашизация, значит, экспансия Украины сюда возможна.

Андрей Пургин. Согласен. Общество, которое пошло путём фашизации, не может не нападать на кого-то. Покончив с внутренним врагом, они будут его искать вновь и вновь. И врага будут искать везде. Ни один фашистский режим не кончился сам собой. С ним кончали извне.

Александр Проханов. Значит, историческая неопределённость здесь существует?

Андрей Пургин. Да. Но если мы смотрим на ближайшую перспективу, то я не верю, что через 2 месяца восстанет Херсонская область или Харьков. Я верю, что мы дойдём до границ своих, "правом копья" своё отгрызем. Украина очень слабеет.

Александр Проханов. Сложность вопроса в том, что он не укладывается в рамки отношений между Донбассом и Украиной. Там огромное количество мировых вводных. И русский фактор, который здесь пытаются обнаружить, он в чистом виде здесь не присутствует. Он есть в взаимоотношениях Москвы и Киева, Москвы и Европы. Москвы и Вашингтона. Ключей, думаю, к решению вопроса не существует, пока не будут решены ключевые мировые проблемы. А мир запутался, и он будет всё больше хаотизироваться. И чистые решения, о которых говорим, они всё равно будут проходить в хаотизированом мире, и хаос этот будет врываться в наши с вами представления.