Чтение онлайн

Другое стратегическое направление в "играх с продовольствием" - массовое использование пищевых добавок, многие из которых также являются продуктами генной инженерии. Таких добавок известно уже свыше шести тысяч наименований. В год среднестатистический гражданин России употребляет от 4 до 9 килограммов пищевых добавок.

С точки зрения получения добавочного дохода, эти добавки самый простой и дешевый способ придать продукту на прилавке привлекательный "товарный" вид и цвет, усилить вкус, а также продлить срок хранения.

Опасных "ешек" в сотни раз больше, чем безвредных. Причем, на внутреннем продовольственном рынке США к использованию запрещено свыше 3000 добавок, в России - лишь около 500. Регулярным потребителям таких пищевых добавок рано или поздно гарантируются аллергии, нарушения обмена веществ, бесплодие, интоксикация, мутагенный эффект, онкология и т.д.

Но даже вроде бы разрешенные добавки способны приводить к весьма трагическим последствиям. Например, Е250, Е251 и Е252 (т.н. нитродобавки) придают красивый цвет колбасе, присутствуют в шпротах, сырах, селедке. Но если человек с определенными заболеваниями печени, кишечника, дисбактериозом или холециститом будет их употреблять, он, скорее всего, заработает онкологию.

Многое, что касается пищевых добавок, либо целенаправленно скрывается, либо неизвестно официальной науке. Поэтому-то списки запрещенных и разрешенных пищевых добавок постоянно перетасовываются: "ешки", которые десятилетиями считались безопасными, вдруг объявляются вредными, а иногда и наоборот.

Так, несколько лет назад зловредным признали разрешенный с 70-х годов прошлого века пищевой краситель Е128. Оказалось, что это канцероген. Или вдруг заведующий лабораторией НИИ питания некий гражданин В. Бессонов громогласно заявляет, что "все разрешенные в России пищевые добавки абсолютно безопасны для человека Принятие пищи, содержащей разрешенные консерванты или красители, ежедневно не принесет никакого вреда, если их концентрация не превышает норму". Если бы такие жертвы образованщины еще знали, что такое норма! Особенно с учетом того, что реальной генетической экспертизы в России нет. И, собственно говоря, ни думаков, ни других госчиновников это особенно и не волнует.

Более того, при проведении экспертизы сейчас перестали применять специальные маркеры, позволяющие "считывать" чужеродные вставки. И теперь для того, чтобы их обнаружить, требуются эталоны продукции, которые должны по идее, предоставляться создателем или тем, кто регистрирует и выводит на российский рынок ГМО продукты.

Россельхознадзор официально заявил, что в стране нет технического обеспечения для контроля за всеми ГМО, которые сейчас существуют в мире. То есть граница для продовольствия, которое может стать прямой угрозой для долгосрочной безопасности страны, у нас практически открыта.

Практика обмана потребителей в России сегодня достигла чудовищных масштабов: почти 80% этикеток пищевых продуктов содержат недостоверную информацию. Не раз консерванты, синтетические красители, фосфаты находили в продуктах, на этикетках которых изготовитель "забывал" сообщать о присутствии этих пищевых добавок.

Стратегия "целенаправленного уменьшения населения" имеет ярко выраженный классовый характер. В развитых западных странах существует четкая дифференциация. Есть специальные магазины для элиты, где чистота биопродукции жестко контролируется. Но цены здесь максимально высокие. Есть качественные супермаркеты для высшего слоя среднего класса, где контроль гораздо хуже, но и цены пониже. Есть массовые гипермаркеты для нижнего слоя среднего класса. Здесь контроль еще ниже, как, соответственно и цены. А есть магазины для бедноты, понятно какие. А в США к бедным слоям относят почти двадцать процентов населения.

Что-то подобное начинает проявляться и в России. Просто в условиях коррупционного беспредела у нас даже в самых элитных продовольственных магазинах можно встретить продукты, которые ничего хорошего не сулят! Тем более, что количество бедных, которым "не до жиру, быть бы живу", в стране также растет

***

Кто-то может эмоционально воскликнуть - опять эта конспирология! Ведь весь этот негатив, по сути, есть не что иное как объективные последствия все более усложняющейся и все более неконтролируемой капиталистической цивилизации, роста глобальной безответственности и разгильдяйстваТак-то оно так

По-моему, Пелевин сказал, что-то вроде следующего: "Не думайте, что миром правит большой конспирологический заговор. Миром правит большая лажа!". И, может быть, он прав

Тогда сами выбирайте: или мировой конспирологический заговор, или большая лажа западной цивилизации, которая почти уже довела человечество до самоубийства?

Лично мне больше нравится "конспирология", потому что при другом варианте надежд-то вообще не остается

На фото: оружие глобализации: вирус Эбола выпущен на свободу

Галина Иванкина

20 ноября 2014 1

Культура Общество

В арсенале социалистического Агитпропа имелся устойчивый термин - "гегемонизм". Слово неприятное на звук, даже на взгляд, при чтении. Гегемон - это звучало открыто и гордо. Звеняще. Гегемоном называли пролетариат, рабочий класс - ведущую силу красной революции. А вот в производном "гегемонизме" было что-то от заползающей змеюки или от тяжёлой болезни. И недаром! Он всегда стоял в одном ряду с апартеидом, "кровавым режимом Пол Пота" и действиями "разнузданной американской военщины". В брошюре, изданной "Политиздатом" на излёте советской эпохи, всё ещё говорится, что "при гегемонизме невозможен социальный прогресс". Доминирование, диктат, навязывание миру своей воли. Обучение "азам демократии" посредством бомбёжек. Внедрение своего стиля жизни и своей культуры через кино и рекламу. Тут и никаких бомбёжек не потребуется - "Сникерс" в зубы, глянцевый журнальчик - под нос, позитивную звёздно-полосатую бейсболку - на голову. На бывшую голову, если точнее. Гегемонизм, он же однополярный мир с единым центром мировой Цивилизации. В Вашингтоне, разумеется.

Советские же романтики всё больше напирали на мирное сосуществование двух систем, на здоровую соревновательность. В передаче "Международная панорама" нам регулярно показывали, чем грозит миру та самая однополярность, пусть даже она и рядится в добренькую маску Микки Мауса и помахивает знаменем всеобщего благоденствия. Даже в романах ранних Стругацких - в "Стажёре" и в "Хищных вещах века" имеются некоторые мысли по этому поводу. Вспомним? Коммунизм уже построен, а на Земле и в Космосе всё ещё наблюдаются две противоборствующие, конкурирующие системы. Капитализм не умер, однако, он уже на краю могилы. Диалоги - впечатляющи: " - И ещё одно, - сказал он. - Эти самые грязные бумажки, о которых вы говорите. В вашей сумасшедшей стране все знают, что деньги - это грязь. Но у меня в стране всякий знает, что грязь - это, к сожалению, не деньги. Деньги надо добывать!" Но мы верили в то, что коммунизм всё равно победит - такова общественная эволюция. А пока, что называется, "два мира - два детства". Мы здесь созидаем, они там куют бабло. У нас - социальный прогресс, у них - депрессия и тупики мировоззрения. Но Опять же, читаем Стругацких: "Да, капитализм - труп. Но это опасный труп". Ибо в их супермаркетах тридцать видов консервированных оливок, а у нас - очередь за одним видом колбасы. Увы и ах. "Есть еще много людей на планете, которые гасят свой разум. Они называются мещанами". Это, как вы помните, фраза всё тех же "Стажёров". На этом красиво сыграли те, кто хотели вечной и незыблемой однополярности.

Уже в перестроечное время некий популярный сатирик (он и теперь весьма востребован) ловко высмеял концепцию биполярного мира, придравшись к агитпроповской терминологии: "Скажите, почему у них - капиталистический мир, а у нас - социалистический лагерь?" И зал буквально захлёбывался от неистового рёва - в те годы вообще много и тупо смеялись. Итак, нам чётко сказали: у них - мир, у нас - лагерь. Давайте отсюда драпать, пока нас ещё готовы принять "мировые ребята" с широкими голливудскими улыбками. И мы стали стараться. Мы сделались третьеразрядной горе-страной, во главе которой полулежал недоумённый Борис Николаевич. Нас подбадривали - кормили попкорном и давали гранты. Да. После крушения СССР мир на время стал однополярен.

Вспомните любой американский кинопроект из разряда science fiction или же так называемые "фильмы-катастрофы". Везде и всюду будет главенствовать одна и та же идея - некий Американец (физик, биолог, космолётчик, спецназовский сержант, полисмен) красиво спасает мир от нашествия железных чудовищ из района Проксима-Центавры (как вариант - от нового вида чумы, от обломков астероида, от зомби, от столкновения Земли с Землёй из параллельной реальности). В общем, американец выручает всю нашу многострадальную цивилизейшен. В кадре мы видим, например, стенающую Европу, которую накрывает космическим смерчем - он весело и спецэффектно сметает все эти Кремли, Бельведеры и Фонтенбло. Но тут является красивый, мощный, позитивно мыслящий Джонни-Америка и побеждает любые чудовищные обстоятельства. Представители других наций - будь то русские или французы - встречаются в повествовании крайне редко. Больше того - любая голливудская история, рассказывающая о Второй мировой войне, строится по тому же классическому принципу. Условный рядовой Райан спасает матушку-Землю от коричневой чумы, а заодно - в конечном зачёте - и отнаступающих с Востока красных орд. Многие современные американцы уверены в том, что лавры той победы принадлежат исключительно их прадедам, а русские вообще воевалина стороне Гитлера.