Чтение онлайн

Наконец, все разместились, переругавшись на ходу ("Я тебе, …, говорила, что кофты-стрейч буду брать. Какого … ты их тоже напокупала? Торговые точки рядом, будем как инкубаторские со шмотьем сидеть". "Ты мне… не указывай! Поори еще! Я тебя так отделаю, не на точке будешь сидеть, а в больнице лежать"). Обменявшись подобными любезностями, как ни в чем не бывало расходятся по своим местам и приступают к трапезе. (Еще одна примета времени: попутчики не угощают друг друга снедью, а едят всяк свое).

Все разговоры поначалу только о купленном-проданном товаре, выручке за прошлую ездку и перспективах нынешнего навара. Затем раскрасневшиеся после выпитой по ходу еды водочки женщины начинают делиться сокровенным.

— Меня мой так любит, так любит!— закатив глаза, сообщает не однажды, видимо, слышанное товарками, худенькая, маленькая, остроносенькая, похожая на крысу челночница.— Говорит, если изменишь, сначала тебя убью, а потом и себя убью. Вот как меня любит! Сейчас приеду, девчонки, а дома завтрак на столе. Всегда меня так встречает. Позавтракаем, он меня отвезет на рынок, вечером встретит.

— Да, да, твой тебя очень любит,— подтверждают две другие.— И меня мой любит сильно,— не дает остаться в одиночестве "любимой жене" женщина постарше.— Пять лет живем, а он страсти нисколько не растерял: как… так и… по-прежнему.

— Да, да, твой тебя любит. Он нам говорит, когда за тобой на рынок приезжает: "Где моя любимая женушка?".

"Любимая женушка" расплывается в довольной улыбке.

— И мой меня, девчонки, любит,— вступает в "клуб любимых жен" со своим вкладом самая старшая.— У вас детей пока нет, а нас и дети связывают. Наши ровесники поразводились давно, а мы хорошо живем.

Подвыпившие женщины, перебивая и почти не слушая друг друга, ведают о силе любви к ним мужей.

Поначалу пожалевшая в душе бедных челночниц, потерявших женское обличие под тяжестью своих тюков, я порадовалась тому, что они чьи-то любимые жены, хотя недоумевала, что любящие мужья отпускают на такую тяжелую работу обожаемых супружниц. Но по отдельным фразам, репликам, к неописуемому удивлению, поняла, что мужья всех троих не работают. Единственное, чем занимаются, — транспортируют любимых на рынки-вокзалы, не замещают жен на торговых точках даже во время поездок тех за товаром.

— Мой говорит, что торговля — не мужское дело. Я согласна. Да и на рынке одни бабы торгуют — еще споется с кем-нибудь. Зачем мне из-за денег мужа терять?

Так рассуждают все трое. Когда одна ушла в туалет, двое начали язвить.

— Конечно, боится потерять. Кто на него, дармоеда, еще работать будет? Боится, что среди торговок кого-нибудь найдет. Да он давно уже нашел. С Зинкой рыжей гуляет. Я же не дура, мать свою попросила за моим присматривать. А у матери подруга в доме напротив живет, вот она на вахте с утра и сторожит, что мой без меня делает. Нет, мать говорит, точно не гуляет. А Риткиного мужа с Зинкой рыжей выследила. Помнишь, Ритка платье потеряла? Купила 20, а оказалось 19? Так Риткин муж его Зинке подарил, сама ее в нем видела.

Когда вернулась Ритка, разговор пошел на другую тему, но удалившаяся по надобности очередная товарка, дала возможность оставшимся позлословить на свой счет.

— Жалко Маринку, ревнует дармоеда своего, уговорила свою мать за ним следить. Та ей говорит, что он не гуляет. Конечно! Не дура же она на себя доносить. Она, мать-то, сама с зятем кувыркается. У меня же напротив Маринки тетка живет. Говорит, что Маринка только на рынок или в Москву за товаром, а мать уж тут как тут. И так кричит! Тетка говорит, что и подслушивать под дверью не надо — так под зятем криком исходит. Ни стыда, ни совести...

Воссоединившись после походов в туалет, три товарки вновь продолжили приятный им разговор о любви к ним мужей, перспективах выручки… Все довольны бьющими баклуши мужьями, работой "со свободным графиком" (при этом все поделились, что 5 лет не были в отпуске). Детная довольна тем, что дети уже выросли и не мешают работе, бездетные довольны отсутствием детей по той же причине.

Женщины, потерявшие всякую женственность, содержащие паразитирующих мужей, не дающие себе отдыха, не рожающие, чтобы не терять доходную работу. А захотят родить, то едва ли смогут после надсады с исполинскими тюками и простуд на рынке, словно рабыни на галерах привязанные к своим торговым точкам, спивающиеся, согреваясь от холода, обмывая ходки за товаром, довольны жизнью. Блажен, кто верует. Например, в то, что живет хорошо. Но каким будет неизбежное прозрение у надсадившихся, не родивших, спившихся челночниц? Дай Бог, чтобы оно не было слишком поздним.

25 ноября 2002 0

48(471)

Date: 26-11-2002

Author: Акиф Багемский

ЯСТРЕБЫ ТЕРРОРА

Проводимая ныне политическим руководством США и их союзников линия в отношении арабских стран, и прежде всего Ирака и Палестины, со всей очевидностью показывает, к какой опасной черте подошло человечество. Совершенно очевидно, что главным видом терроризма является государственный террор со стороны США и их сателлитов, которые используют свою военную мощь против безоружных народов. В этой связи представляет интерес тот факт, что главный так называемый террорист Усама бен Ладен был детищем ЦРУ США в работе против Советского Союза, а затем и против России. Известна также роль и его соратника Хаттаба, который в течение ряда последних лет являлся главным террористом в Чечне.

Жесточайшая агрессия США и Израиля против многострадальных народов Ирака и Палестины, непрекращающиеся варварские бомбардировки лишь потому, что эти народы отказыва- ются встать на колени перед фашиствующим глобальным жандармом, а также отдавать дарованные Богом народу нефтяные месторождения американским агрессорам, подвергаются уничтожению и продолжают отстаивать законное право самим решать судьбу своей Родины.

Более 20 лет назад в интервью арабскому журналисту Насиру Аль Нашишбу Саддам Хусейн сказал: "Я горжусь, что меня выбрал президентом мой народ, а не международные финансовые воротилы".

Иракский народ вообще малопригоден для того, чтобы им управлять с помощью насилия и страха. В 1918 году он избавился от ига Турецкой империи, в 1932 году выставил из своей земли английских оккупантов, а два последних десятилетия сбросил несколько компрадорских правительств, за спиной которых стояли иностранные капиталисты.

На мой взгляд, достаточно убедительно раскрываются слова Саддама Хусейна: "Не сможет народ набраться терпения, если он не ощущает демократических преобразований в обществе. Ответственно заявляю, что подлинная демократия — это демократия, которая мобилизует энергию народа, ведет к сотрудничеству, сочувствует бедному".

После более 10 лет лишений, вызванных экономической блокадой, тот же народ не только не дрогнул перед новой смертельной агрессией, не только не стал проклинать своего президента, против которого, собственно, и планируется агрессия, а выражает готовность умереть вместе с ним.

Главную ответственность за трагедию 26-миллионного иракского народа несет американский империализм, который рвется к богатейшим природным ресурсам Ирака, обрекая миллионы жителей этой страны на нищету, унижение и смерть.