Чтение онлайн

Деятельность перечисленных выше российских структур обеспечивалась за счет финансирования международных фондов: "Алтон Джонс", "Джон Мерк", "МакАртуров", "Фонда Форда", "Фонда Карнеги" и др.

В организационном плане неофициальное военное научно-техническое сотрудничество представляет собой совокупность трех уровней: конференции, семинары и научно-исследовательские работы. Первые два уровня предусматривают проведение "информационно-насыщенных дискуссий" на территории США и России по декларируемой американцами схеме — "ученый с ученым, конструктор с конструктором". Однако на деле такие диалоги происходят по иной схеме — "российские разработчики с американскими заказчиками и пользователями". Третий уровень сотрудничества оформляется договорными соглашениями по заданному проекту, разрабатываются технические задания с определением объема финансирования. Организуемые американцами интерактивные проекты, направленные на "реализацию интересов взаимной безопасности США и России", в каждом случае предусматривают конкретный подход, зависящий от того, какие организации вовлечены, какие подходы жизнеспособны и какая работа должна быть сделана. Шкала рассматриваемых проектов варьируется в диапазоне от единиц, занятых на несколько месяцев, до десятка специалистов, работающих несколько лет.

К одному из локальных центров, координирующему усилия американской стороны по сбору закрытой информации о военно-промышленном комплексе РФ, можно отнести аккредитованную в Москве компанию США "Defense Group Incorporated" (ДГИ) — 111 South Bedford St., Suite 101, Burlington MA 01803. Президент ДГИ — Гарольд Розенбаум, имеющий тридцатилетний опыт работы в области бизнеса высоких оборонных технологий, являлся членом различных специальных правительственных комитетов и консультативных советов. Состоял членом Внутреннего комитета Вооруженных сил США (House Committee on Armed Services). В рамках подкомитета по научным исследованиям и разработкам принимал непосредственное участие в реализации Программы стратегической модернизации и других программ в области технологий. В 1984-1988 гг. был членом Научного совета по обороне при министре обороны США и военно-морского научно-консультативного комитета. В этих должностях принимал участие и возглавлял многие задания и военные учения. В 1997 году являлся консультантом Научного совета по обороне и консультантом заместителя замминистра обороны США по стратегическим и космическим системам.

С 1993 года, компания "ДГИ", в персонале которой главным образом бывшие и действующие кадровые военные разведчики, а также бывшие высокопоставленные военные чиновники Минобороны США, прилагала настойчивые усилия к получению доступа к закрытым и представляющим интерес для спецслужб США корпоративным группам секретоносителей, ориентируясь на привлечение к прямому сотрудничеству работников режимных НИИ и КБ, в том числе и из бывших кадровых военнослужащих, имеющих операционный опыт работы с различными системами вооружений, либо знакомых с их тактическим применением. "ДГИ" осуществляла целенаправленные шаги по обеспечению доступа к защищаемым объектам РФ, сконцентрированной в них научно-технической информации и интеллектуальной собственности путем заключения прямых договоров с российскими субъектами хозяйствования, минуя существующие контрольно-надзорные органы.

При этом, для достижения своих целей эта компания использовала широкий спектр методов — от риторических рассуждений о гуманности, взаимовыгодных интересах, призывов к единению ученых в борьбе с общей угрозой безопасности, исходящей от расширяющегося международного терроризма и т.д. до использования личной заинтересованности чиновников, принимающих те или иные решения. В попытках внедриться в оборонный комплекс РФ в ход, как правило, шли заезженные предлоги оказания помощи российским предприятиям в проведении экономических реформ, конверсии, привлечения зарубежных инвестиций, установления партнерских отношений и т.п.

Отдельно, для не в меру доверчивых россиян, следует сказать, что в качестве прикрытия выстроенной спецслужбами США в целом концепции неофициального военно-технического сотрудничества с Россией, а правильнее сказать военно-промышленного шпионажа, в повседневную риторику общения сторон были специально введены так называемые информационно-шумовые тезисы (лжетезисы):

— о сотрудничестве в интересах взаимной и международной безопасности, организации российско-американского взаимодействия для решения реальных и потенциальных проблем поддержания мира, локализации региональных конфликтов и противодействия террористическим действиям;

— об озабоченности нерегламентированным распространением передовых военных технологий, которые могут попасть в распоряжение террористических организаций и государств, чьи намерения противостоят взаимным, якобы, интересам США и России;

— о переходе вопроса об использовании современных высокоточных и интеллектуальных систем вооружений на современном этапе из абстрактной плоскости, в плоскость принятия решений, для чего назрела необходимость конструктивного диалога ведущих специалистов в этой области из США и России;

— о необходимости, якобы, обсуждения и сотрудничества в решении многоплановых проблем, связанных с современными видами вооружений — от проблем разработки до их боевого применения, от тактико-технических характеристик до политических аспектов коалиционного взаимодействия;

— о долгосрочности взаимодействия на соответствующих уровнях — ученый с ученым, инженер с инженером и т.д., которые, будучи, якобы, экспертами, в своей области, должны сами определять наиболее подходящие способы продолжения научно-технических разработок, придавая им результативность, и т.д.

Деятельность "частной" компании ДГИ всецело подотчетна "Агентству передовых технологий (ARPA) Министерства обороны США, обеспечивающего общую координацию, постановку главных задач и направленность неофициального российско-американского сотрудничества. Вот как звучат, к примеру, отдельные выдержки из ее отчетов в ARPA:

"…ДГИ провела оценки, чтобы определить, какие из организаций и кто из специалистов бывшего СССР имеет наиболее совершенные достижения в интересуемых областях…

ДГИ установила широкий диапазон контактов, чтобы исследовать статус российских проектов в этой области. На основе этой широкой оценки различных российских групп, работающих над подобными проблемами, ДГИ идентифицировала наиболее многообещающие группы, чтобы работать в диалоговых проектах, открывающих более полный доступ США к российским технологиям…

…В течение двух лет персонал ДГИ посетил более чем 100 оборонных НИИ и промышленных предприятий России в поисках установления прямых связей с ведущими российскими учеными. ДГИ успешно начала диалоговые российско-американские проекты в двух широких областях: совместной безопасности и двойного применения…

…Учитывая своеобразный характер прямых научных взаимодействий между американскими и российскими исследователями, вовлеченными в военно-технические исследования, разработаны обязательные руководящие принципы, призванные избежать возможных проблем со стороны российской контрразведки при передаче информации на Запад:

— все американские участники получают соответствующие согласования контрразведки США до любых взаимодействий с Русскими, все взаимодействия должны быть проведены на несекретном уровне, а материалы или информация, предоставленная Русским, очищены через соответствующие процедуры;

— ДГИ всегда подчеркивает российским участникам, что ДГИ действует "неофициально", как частная компания, и никоим образом не представляет интересы американских правительственных кругов;

— диалоговые программы структурированы таким образом, чтобы минимизировать информационные потоки или передачу технологий из США, поскольку американская сторона обеспечивает финансирование, а российская сторона обеспечивает информацию и возможности. (подчеркнуто Намакон) ДГИ объясняет российским коллегам, что тем самым им предоставляется возможность заявить о себе на западном рынке и заработать деньги, если они продемонстрируют свой творческий потенциал;