Чтение онлайн

Если же брать политические формы правления, то как только в России начинают превалировать демократические формы правления, капиталистического или феодального типа, страна оказывается рассыпанной, раздробленной. Вспомним период феодальной демократии X-XIII веков, хаос после Ивана Грозного (конец XVI-середина XVII веков), период "капитализации" России с 1861 по 1917 годы. Наконец, нынешняя разрушительная "демократия" Горбачева—Ельцина. И, напротив, когда в России утверждалась диктатура царя или императора (Иван III, Иван IV, Петр I, Екатерина II), а затем “диктатура пролетариата" (Сталин) — Россия расширялась и укреплялась. Наша страна — это не Европа, не Азия и не мифическая Евразия. Это — Россия. На нынешнем капиталистическом пути, под "железной пятой" американской глобализации, в окружении более сильных государств никакой перспективы у нас, кроме дальнейшего разрушения и гибели, нет. Питать еще какие-то иллюзии на данный счет — смерти подобно. В худшие свои времена, в 1990 г., СССР (то есть с республиками Средней Азии) занимал 33-е место по индексу человеческого развития среди всех стран мира. Сегодня Россия — только 63-я. Еще через десять лет, если только уцелеем, мы можем оказаться во второй сотне. Возможно, нынешних обитателей Кремля, и не только их, подобная перспектива устраивает. Лично меня она не устраивает абсолютно. Единственный шанс нам оставляет переход к социалистической системе, но только при условии четкого отказа от лжепатриотической "сверхдержавности", постановки только тех целей и решении тех задач, для которых хватает сил и средств, и которые ведут к росту экономического и политического потенциала страны.

Беседу вел Владимир ВИННИКОВ

Андрей Смирнов

25 февраля 2003 0

9(484)

Date: 25-02-2003

Author: Андрей Смирнов

ЛУЖКОЯМА

В издательстве Московского государственного университета вышла книга мэра столицы Юрия Михайловича Лужкова "Возобновление истории. Человечество в XXI веке и будущее России". Совсем недавно ректору МГУ В.А.Садовничему был вручен членский билет партии "Единая Россия" — вот и ответный сувенир подоспел: и не билет, а целая книжка под эгидой престижнейшего учебного и научного центра нашей страны.

Не первая, надо сказать. Но предыдущий творческий опыт, "лучшего мэра мира", посвященный, по-моему, столичному градостроительству, несмотря на выход в серии, где до того издавали только признанных классиков, до глобального уровня всё-таки не дотягивал. В новой работе этот недостаток исправлен. Наш Юрий Михайлович бросает свою знаменитую кепку прямо в лицо ничтожному японо-американскому метису Фрэнсису Фукуяме, посмевшему когда-то заявить о "Конце истории". И, размышляя непокрытой головой, поднимается по философской лествице созерцания прошлого, настоящего и будущего. "Надо дать себе отчет, что за красивыми словами и множеством стройных концепций о развитии человеческой цивилизации скрывается хаос реального понимания и осознания того, где мы оказались и что с нами происходит. Мир рушится тогда, когда причины перепутаны со следствиями, черное — с белым, ценности с суетой". О, как мудр, оказывается, Юрий Михайлович, как недооценивали мы его! В мощной груди любителя здорового образа жизни, куратора овощных баз и властелина дорожных колец бьется трепетное сердце пророка, готового указать человечеству и России верную дорогу в грядущее.

В целом "Возобновление истории", имеющее скромный подзаголовок "научное издание", представляет собой не слишком внятную смесь околофилософской публицистики, типично журналистских приемов, и по сути правильной, хотя и несколько беглой критики "золотого миллиарда", либерализма, западноцентризма, диктата транснациональных корпораций, социальной несправедливости. ("В мире есть люди, живущие менее чем на доллар в день, и есть зарабатывающие тысячи, десятки тысяч долларов в сутки") Однако всё это отнюдь не восхищает, а напротив — вызывает растущее, хотя и не сразу осознаваемое раздражение. Дело в том, что сии пламенные строки пишет человек, управляющий (или уже владеющий?) столичным мегалополисом — городом, который славится своей дороговизной, своим социальным неравенством, выдавливанием жителей из квартир в центре в резервации на окраинах, господством заправляющих целыми районами инородческих кланов и ментовским произволом. Это пишет мэр города, где человеческая жизнь давно стоит дешевле квадратного метра не самого элитного жилья

Если судить строго, то все лужковские идеи, выводы и замечания яйца выеденного не стоят — лучше читать Панарина, Кара-Мурзу, Бодрийяра или Хомского. Думаю, что эту книгу вообще никто бы не заметил, если бы на обложке не стояло и без того громкое имя: Ю.М.Лужков. Однако есть-таки одно ноу-хау Юрия Михайловича, которое лично меня, мягко говоря, изумило. В главе, посвященной разработке сценария развития человечества (название: "Человек Нового мира"!), Лужков анализирует будущие "взаимотношения" человека и машины: "При оптимальном сценарии события могут развиваться не по линии конфронтации, а по линии углубляющегося симбиоза, подкрепляемого двумя встречными тенденциями. С одной стороны, электронный интеллект будет приобретать выраженные "жизнеподобные", "психоподобные" и "антропоморфные" свойства. С другой стороны, человеческий организм будет всё более удаляться от "естественной" биологической предопределенности, обогащаясь вторичными искуственными чертами, а человеческое мышление — приобретать "совместимость" с электронным партнером. Это способно привести к последовательной интеграции и симбиотизации человеко-машинных комплексов... Мышление (в этом случае) перестает быть линейным, каковым его сформировала "книжная" эпоха, приобретая все более выраженные черты мозаичности. Человек с таким мышлением менее подвержен очарованию священной Книги и единственной Истины, он интеллектуально более гибок, адаптивен, терпим и чувствителен к идее взаимодополнительности… В итоге образуется качественно новый субъект цивилизационного процесса, а история Вселенной органично перерастет в следующую, "послечеловеческую" стадию".

Лишить человека "очарования священной Книги" пытаются давно, и не одно поколение гуманистов, прогрессистов, либералов этим занималось. Но чтобы вот так — путем создания киборгов, мыслящей брюквы, овощной базы данных?! Это сильно. Это гениально. О "Новом человеке" мечтали многие. Но коммунисты или консервативные революционеры все-таки созерцали Богочеловечество. А что созерцает "лучший в мире мэр"? Юрий Михайлович, вы сами-то поняли, что написали? А может, вы уже того — в смысле, терминатор? А может, и ваши коллеги по политической "элите" страны — тоже такие? Признайтесь, пожалуйста. А то многие наши сограждане до сих пор не могут понять, как люди могут так издеваться над себе подобными. Бедная Москва!

Михаил Наумов

25 февраля 2003 0

9(484)

Date: 25-02-2003

Author: Михаил Наумов

ЛЮБИМЫЙ ГОРОД МОЖЕТ СТАТЬ ПОМОЙКОЙ...

Иногда я чувствую себя Колумбом нового Замоскворечья. Хмурым утром, едучи на трамвае по Дубининской улице и обнаружив симпатичный двухэтажный домик снесенным, я понял, что уже в который раз открыл Америку. Еще в сентябре он радовал сердце своим сугубо московским обликом и висящим на стене велосипедом, рекламой ремонтной мастерской, и вот…

Нет его. За чаем поделился горем с доброй знакомой, и история убиенного строения зримо предстала пред моим мысленным взором. Дом был построен в 1914-м, и в нем с тех самых пор жила семья подруги Марии Сергеевны. "Навестила в Светлую Седмицу. На столе — блюдо с пасхальными яйцами, и на каждом обозначен год — с 1914-го".

Лет 15 тому назад знаток Замоскворечья Андрей Иванович Гуренко дважды испытал сильнейший шок. Скалывая лед и подметая осенние листья, художник с вожделением ел глазами неправильной формы особнячок на Малой Ордынке (тогда — улице Островского). "Такой хорошенький, как камодик какой-то!" — делился он впечатлениями со знакомыми дворниками. Написать, однако, особнячок Андрею Ивановичу не удалось. Поскольку в результате капитального ремонта оказалось, что здание есть, а особнячкового шарма нет. Но Андрей Иванович присмотрел другой скромный памятник московской архитектуры: деревянное жилище мещанина в Первом Монетчиковском переулке. Друзья убеждали мечтательного художника немедленно запечатлеть домик. "Я напишу его, когда повалит снег", — отвечал Андрей Иванович. Но снег не успел еще выпасть, как домик разобрали и "приступили к реконструкции". Зато в переулке теперь можно встретить гончаровского Захара с большими мочальными бакенбардами и поглазеть на выхваченный из вечерней тьмы зеленоватым трупным светом барельеф Ильи Ильича Обломова на фасаде одноименного предприятия элитарного питания.

История исчезновения радовавших душу художника зданий грустна, но во оправдание чиновники из памятникоохранительных организаций пожмут плечами: не всякая реконструкция удается, а в Замоскворечье, мол, много чего осталось.

Ну да. Например, палаты каменные XVII столетия. В них — "Елки-палки", "Едрены Матрены" и прочее. Благоустройство продолжается. Во Втором Кадашевском переулке из гадкого бомжатника (тоже палат) сделали еврошедевр архитектуры периода поздней распальцовки — не то особняк в колониальном стиле, не то пряничный домик… Нельзя же требовать, чтобы все работали, как сам П.Д.Барановский! Кому это надо, кому это интересно? Действительно, мало кому. Как-то раз мне захотелось порадовать охранника из "36,6" тем, что он стоит на посту над белокаменным подвалом со сводами. И служивый так на меня посмотрел, что пришлось быстро ретироваться ( ведь терроризм кругом — какие подвалы!).

О садах Замоскворечья много писано. Раньше жалел о вытоптанных пустырях между домами: вот бы там насадить растения, а теперь и пустырей нет, и газонов нет, и посаженные московским генерал-губернатором кн. Долгоруким липы засохли, и знаменитого Марфо-Мариинского сада нет тоже . В саду обители, памятнике архитектуры, восстановленном и взлелеянном обитающими пока в Покровском соборе реставраторами, еще два года назад был маленький ордынский рай. Помню, удалось там побывать на экскурсии. Хорошо, что сделал несколько фотографий. Сада, повторяю, теперь нет, а есть глубокие рытвины, грязь, мятые банки из-под пива и чувство собственного бессилия. Замоскворечье "заказано".

Андрей Фефелов

25 февраля 2003 0

9(484)

Date: 25-02-2003

Author: Андрей Фефелов

ПАРК КУЛЬТУРЫ ЮРСКОГО ПЕРИОДА

"В своем разрастании город не волен…"— писал в середине ХХ века русский поэт Даниил Андреев. Это чистейшая правда. Но правда и то, что острейший градостроительный и гуманитарный кризис, в который, как в омут, погружен главный город России, есть результат определенного способа управления уникальным культурным, экономическим и социальным комплексом, имя которому — Москва.