Чтение онлайн

Какие выводы следуют из этого откровенного заявления президента России? Во-первых, что проблема коррупции — проблема для России хроническая и нерешаемая. Во-вторых, что никакой реальной борьбы с коррупцией в стране нет. Есть только слова. В-третьих, именно "антисистема К" контролирует массовую торговлю государственными должностями. В-четвертых, сам президент РФ бессилен и реально ничего не может сделать…

Самое сенсационное заключается в том, что Кремль открыто признал могущество общенационального коррупционного механизма, который (Медведев говорил ведь не только о ситуации на Северном Кавказе) контролирует кадровую политику. А один из ключевых политических принципов в любом государстве гласит: "Скажи мне, кто и как решает кадровые вопросы, и я скажу, где находится реальный центр власти". Индикатором коррупционного разложения является наличие в стране постоянно обновляемого прейскуранта на десятки тысяч государственных должностей. Цены — от нескольких тысяч долларов до десятков миллионов долларов за соответствующее руководящее кресло.

Поскольку кадровые вопросы решает "антисистема К", то, следовательно, именно она и обладает реальной властью в стране.

В.Путин в своем ближайшем окружении несколько раз жаловался на всесилие коррупционного механизма: "Вот, например, у нас есть хороший, важный для государства проект. Есть деньги на реализацию этого проекта. Есть проверенный вроде бы товарищ, чтобы возглавить проект. И что? Проходит какое-то время: проект не реализован, денег нет, товарища мы потеряли".

Возможно, Путин и Медведев действительно хотели бы ограничить влияние российской "антисистемы К". Но слишком несопоставимы силы. Поэтому и возможности тандема влиять на кадровые решения серьезно ограничены. Общенациональный коррупционный механизм в России включает в себя от 5 до 7 миллионов человек и охватывает практически все государственные институты страны, включая силовые и правоохранительные. Именно "антисистема К" фактически правит страной через поглощенные и контролируемые ею государственные институты. Личности и даже группы личностей, пусть даже самые волевые и умные, "антисистеме К" не страшны. Ей может противостоять только эффективная и работающая система.

Реальные взаимоотношения "антисистемы К" и российского общества, которым она правит, в очередной раз выпукло и без прикрас проявились летом 2010 года.

ИХ ВЗГЛЯД

Внимательно наблюдая за пожарищами и дымом, охватившими летом Россию, западные эксперты даже в открытой прессе сформулировали несколько выводов.

Во-первых, количество существенных сбоев и дисфункций в российской системе принятия решений значительно возросло на фоне растерянности и рассогласованности в действиях высших российских руководителей. Когда десятки миллионов российских граждан, давясь, вбирали в свои легкие канцерогенные вещества, президент страны отправился в Сочи, чтобы, как написала официально его пресс-служба, "подышать морским воздухом и позаниматься йогой", а мэр Москвы и одновременно муж самой богатой женщины в России поехал за горным воздухом в австрийские Альпы.

Во-вторых, нынешние события ясно продемонстрировали "серьезные недостатки в механизме предоставления российскими спецслужбами прогнозной информации и отсутствии у Кремля адекватного сценарного мышления".

В-третьих, многие западные аналитики на основе результатов мониторинга событий в июле-августе нынешнего года стали настойчиво утверждать об отсутствии у Москвы каких-либо вариантов мобилизационного плана. Может быть, именно поэтому режим чрезвычайного положения не был введен в российской столице, даже тогда, когда москвичам рекомендовали не выходить на улицу.

В-четвертых, западные эксперты заявляют о "поразительной" неэффективности российских силовых структур, проявившейся в условиях летнего кризиса". Здесь особо, по их мнению, выделялись российское Министерство обороны и ФСБ.

В-пятых, в условиях критической ситуации на большей части европейской России проявился серьезный дефицит госрезервов.

В-шестых, нынешние события показали, как мало у России в мире надежных и реальных союзников. Это вновь доказывает, что процесс сужения российского внешнеполитического коалиционного потенциала продолжается.

В-седьмых, достаточно популярны оценки, что нынешняя экологическая катастрофа в России внесет серьезные коррективы в уже начавшуюся президентскую кампанию.

ЕСТЬ ЛИ У РОССИИ ПОТЕНЦИАЛ ВЫЖИВАНИЯ?

Экологическая катастрофа 2010 года стала демонстрацией разнообразных патологий и дисфункций российского государства, оккупированного "антисистемой К".

Во-первых, речь идет об отсутствии в стране общенациональной системы ответственности. Только прямые убытки России от пожаров составят после подсчета не менее 500-600 миллиардов рублей. Вместе с косвенными убытками эта цифра может возрасти до полутора триллиона рублей, а то и гораздо больше. Но, скорее всего, все эти цифры постараются быстрее забыть и не вспоминать.

Соответственно вопрос: кто же ответственен за это горе? — останется без ответа.

Предварительные прогнозы о возможном жарком и засушливом лете, о потенциальной засухе, о возможных массовых пожарах на европейской территории России появились еще зимой. То есть перед страной возникла угроза, причем достаточно серьезная, в условиях продолжающегося достаточно длительного глобального потепления и на фоне начавшейся активизации солнечной активности. Кто-то, какой-то государственный орган должен был еще в начале года зафиксировать эту угрозу, приступить к ее мониторингу, затем разработать и смоделировать альтернативные сценарии развития этой угрозы, сформулировать предварительную систему рекомендаций по ее локализации и минимизации ее последствий, предложить план соответствующих организационных, экономических, политических, информационных мероприятий и т.д.

Этого не было сделано.

На всякий случай, параллельный дубляж такой работы должны были осуществить соответствующие ведомства национальной безопасности, ответственные за постоянный мониторинг системы угроз против страны. Этого также не было сделано.

В России нет общенациональной системы ответственности за реализацию принятых решений. Даже если предположить, что соответствующие решения все же принимались. Но ответ на вопрос — а почему отсутствует такой механизм ответственности — на самом деле есть, и очень простой. Потому что механизм ответственности не соответствует интересам и целям, поэтому не нужен российской "антисистеме К".

В Китайской Народной Республике такая система ответственности, в отличие от России, существует. Когда из-за нарушений правил безопасности в одной из китайских шахт весной произошел пожар и погибли десятки рабочих, несколько основных акционеров и владельцев этой шахты были расстреляны. И это был не популистский ход, а важный мессидж всему китайскому обществу: система ответственности в Китае функционирует и обеспечение ее функционирования для высшего китайского руководства является приоритетной задачей.

В почти аналогичной российской ситуации на шахте "Распадская" никто из владельцев не пострадал. Погибли почти сто человек, а генерального директора даже не уволили (или, скорее, не смогли уволить).

Во-вторых, летние события доказали, что в России отсутствует общегосударственная система контроля. Мы узнали, например, что несколько раз выделялись деньги на затопление торфяников в Московской области. Это как раз те торфяники, которые столицу нашей Родины превратили в большую газовую камеру.