Чтение онлайн

Что случилось бы, произойди нечто подобное в Москве? "Рукопожатная" общественность немедленно сошла бы с ума. Утром седьмого августа, даром что воскресенье, вышедшие в свет либеральные газеты прокляли бы Россию как бесконечный источник "хаоса и насилия". Десяток "совестей нации" еще с вечера объявили бы об эмиграции из "фашистского вертепа". Самые смелые устроили бы на "Эхе Москвы" "эстафету стойких", попеременно взывая к власти с требованием "раздавить гадину" и "отсечь гидре голову". Несколько телеведущих тут же затеяли бы съемки многочасовых передач об ужасах сталинизма и всей русской истории, доведшей до такого беспредела. Блогосфера стояла бы на ушах, разделившись на два лагеря: одни предавали бы анафеме "взбесившуюся гопоту", а другие тщились бы узреть в беспорядках прообраз новой революции. Возмущенное мировое сообщество, под ликование тутошних "освободителей", под угрозой санкций потребовало бы от Кремля немедленно обуздать зарвавшееся отребье и навести порядок — пока что своими силами. Новостные агентства наперебой цитировали бы многочисленные выступления высших чиновников и провластных экспертов, изобилующие терминами "терроризм", "оргпреступность" и "посягательство на основы конституционного строя"...

В Великобритании участникам беспорядков были предъявлены обвинения в нарушении общественного порядка. Ни проклятий, ни санкций не последовало, как не случилось ни громких эмиграций, ни неистовых призывов к расправе. И международное сообщество не стало созывать экстренные заседания в своих советах и форумах. Побузила молодежь — и ладно. Милое же дело — "коктейль Молотова" в тачку копов метнуть. А уж магазинчик толпой разгромить —вообще в привычку вошло, превратившись в занятный флешмоб. На то и демократия. В 68-м, вон, и не так зажигали — всё обошлось, народ остепенился. И эти мальчики пошумят, да и успокоятся. Словом, все довольны и счастливы, и лишь лондонский мэр выразил горечь от созерцания сгоревших столичных улиц.

Седьмого августа стали известны детали происшедшего. Оказалось, что на улицу вышли негры. Мстили за застреленного кореша. Но расовой стороны вопроса британская власть и пресса практически не касались. Не выдумывали в спешке толерантное словцо "афроангличане". Это были просто "лондонцы", подданные Её Величества королевы Елизаветы Второй...

А под Москвой примерно в то же самое время шестеро налетчиков-дагестанцев напали на автозаправку. Наткнулись то ли на засаду, то ли на оперативный выезд спецназа. Перестрелка, два трупа, задержание. И — оглушительный визг встревоженной общественности: "Нас всех перестреляют!", "Доколе терпеть черный произвол!" и — кульминационное: "Срочно, срочно отделить Кавказ!"

Столь вопиющая разница в реакциях не удивительна. Это ведь не в Москве проживают триста тысяч жителей Туманного Альбиона, а очень даже наоборот. Это не в Москву, чуть что, мчат в эмиграцию и на развлечения английские аристократы, а совсем-совсем иначе. Это ведь не в Москве отмечает свой юбилей британская особа королевских кровей.

Так что ни Москву, ни Россию не жалко — ни тем, ни этим. Изгаляться можно по полной, раздувая частный эпизод до масштабов вселенской катастрофы, подменяя бедлам содомом, одним махом превращая червивое мясо в очередную русскую революцию.

Можно сказать, свершилось. Впервые с 1917 года, то есть почти за столетие, международное рейтинговое агентство Stanard&Poors (S&P) понизило суверенный кредитный рейтинг США с высшей отметки надёжности ААА до АА+ с негативным прогнозом. В переводе на человеческий язык это означает, что социально-экономическая ситуация в Соединенных Штатах ухудшилась и, скорее всего, будет ухудшаться дальше. "Цену" подобного снижения определить достаточно трудно, однако ясно, что она будет исчисляться в сотнях миллиардов, если не триллионах долларов.

Забавно, что представители министерства финансов США сразу же перешли в информационную контратаку, заявив, что аналитики Stanard&Poors в своих расчётах ошиблись ни много ни мало — на 2 трлн. долл., и что это "понижает рейтинг" не США, а самого рейтингового агентства.

Тем не менее, в тот же день, 5 августа, когда стало известно о прогнозе S&P, мировые фондовые рынки рухнули, общая капитализация снизилась на 2,4 трлн. долл. (это больше, чем ВВП Франции), и в минувшие выходные лидеры стран Запада были озабочены прежде всего тем, как не допустить дальнейшего обвала. В поддержку США выступили практически все их кредиторы, связанные с Вашингтоном узами геостратегического партнерства. И только Китай, на территории которого нет американских военных баз, выступил с заявлением о "безответственности США" и необходимости срочного "создания новой резервной валюты", а покуда она не создана, предложил "поставить под международный контроль американский доллар".

Спрашивается, что не устроило тех, кто стоит за S&P (понятно, что это решение — важный сигнал для всей мировой экономики), в действиях американской долларовой "лимиты": ведь, казалось бы, политический кризис, связанный с повышением лимита госдолга США, — пусть в последний момент, но преодолён, и Соединённые Штаты получили возможность жить в том же стиле, что и все последние 40 лет, когда их интересы и амбиции оплачивал весь остальной мир?

Второй вопрос: а что нам до этого? Скажем сразу, что нам это жизненно важно, поскольку слом американской финансовой и экономической машины ведет к подрыву позиций нынешних хозяев Кремля и Дома на набережной. И более того, в долгосрочном плане понижает спрос Запада на природные ресурсы и углеводороды, а это означает и подрыв поступлений в бюджет. А следовательно, формируются острейшие социально-экономические проблемы, что обуславливает при сохранении нынешнего курса правительства РФ политическую дестабилизацию, чреватую не только сломом сложившегося истеблишмента в виде нынешнего либерального дуумвирата, но и более далеко идущими последствиями, вплоть до фрагментации государства по типу августа 1991 года.

Что касается первого вопроса, то здесь в ближайшей перспективе все не менее сложно. Никакой, даже самой краткосрочной, эйфории на фондовых и сырьевых биржах мира после "хэппи-энда" по увеличению лимита государственных заимствований США не произошло. Эксперты объясняли эту парадоксальную реакцию рынка тем обстоятельством, что в дефолт Америки 2 августа 2011 года никто, в общем-то, не верил, и это было заранее учтёно ведущими акторами глобальной экономики.

Но нам представляется, что причина такого неверия рынков в блестящие или хотя бы приемлемые перспективы американской и глобальной экономики — совсем в ином, и лежит намного глубже этих расхожих объяснений. Попробуем заглянуть туда, в глубину идущих процессов.

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДОЛГ США

Согласно законопроекту, подписанному 2 августа Б.Обамой, нынешний лимит госдолга в 14,3 трлн. долл. в два приема будет повышен на 2,4 трлн. долл. (совпадение этой цифры с оценкой обвала 5 августа — случайное). Таким образом, Обама добился, что до следующих президентских выборов, которые состоятся в конце 2012 года, он может спокойно занимать столько денег, сколько ему понадобится, не обращая внимания на Конгресс, где большинство принадлежит республиканцам. Однако общий объём государственного долга уже сегодня составляет более 96% ВВП США, а с учётом достигнутой договоренности лимит госдолга вырастет до 16,7 трлн. долл., и уже в этом финансовом году он превысит 100% американского ВВП, т.к. ежемесячно увеличивается на 125 млрд. долл.

Это ознаЧает, что США уже "проели" целый годовой объем своего ВВП. Причем 11 из 14 трлн. долл. американского госдолга образовались за последние 20 лет, но если за все 90-е гг. он вырос всего на 75%, то, начиная с 11 сентября 2001 г., после очень своевременного нападения террористов на башни-близнецы Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, госдолг вырос аж на 288%. А Буш-младший, воспользовавшись этим терактом, установил налоговые льготы для наиболее зажиточной части населения США, благодаря которым потери госбюджета составили 1812 млрд. долл. И теперь республиканцы ложатся костьми, но не позволяют ликвидировать эти льготы и повысить налоги на сверхбогатых, как это делали все президенты США, от Рузвельта до Никсона, способствую бурному расцвету американской экономики. Ведь именно богатые являются основными спонсорами республиканской партии США.

И Обама ради заключения компромисса с республиканцами вынужден был снять требование демократов о ликвидации льгот в налогообложении для наиболее богатой части населения США. Но повышать налоги на средний класс — это значит лишиться его политической поддержки, так как, согласно данным IRS (налоговое управление США) за последние 20 лет налогооблагаемая база населения уменьшилась. Если в 1988 году доход среднего американского налогоплательщика составлял 33 400 долл. (с учётом инфляции), то в 2008 г. он снизился до 33 000 долл. Поэтому, начиная с 2001 года, доходы государственного бюджета США резко ушли вниз, а расходы — полезли вверх. И кризис усилил эти процессы: в 2007 г., накануне кризиса, доходы госбюджета составляли 2654,7 млрд. долл., а в 2010 г. — только 2385,2 млрд. долл. В то же время расходы, составлявшие в 2007 г. 2900 млрд. долл., в 2010 г. подскочили аж до 3718,7 млрд. долл., то есть дефицит составил 1333,5 млрд. долл.