Чтение онлайн

Речь, конечно же, шла о крупной сделке между "Роснефтью" и BP, знаменующей образование "стратегического альянса" между ними. Те, кто хотя бы бегло интересуется происходящим на энергетическом и ресурсном пространстве страны, не могли не заметить, что со стороны внешнего мира в прошлом году на Россию с ее единственной заметной госкомпанией оказывалось колоссальное давление. Какие-то суды в голландиях выносили решения — на государственное имущество России налагали арест, а европейские и американские банки грозились прекращением сотрудничества и блокадой экспортной продукции этой госкомпании.

Да, кстати, в этом году исполняется ровно сто лет с того времени, когда банкирское лобби в Америке добилось от президента Тафта расторжения российско-американского торгового договора — и предлогом было нечто близкое по смыслу к "теме Ходорковского".

Тема "Роснефти" как "национализатора" империи Ходорковского не сходила с первых полос и "прайм-таймов". Русских опять выставляли дикарями либо преступниками, плюющими на корпоративное право. Тем временем в нашем внутреннем контуре сообщающихся сосудов влиятельные, в том числе и правительственные, лица милость к падшим призывали.

Не подумайте, автор далеко не инсайдер в перипетиях всего этого многоборья и не в его правилах заступаться за чьи-либо интересы, если только это не интересы всего народа. Группе олигархов из другого консорциума с BP (AAR — контролирующему ТНК-ВР), Фридману, Блаватнику и Вексельбергу) тоже не нравилась сделка между BP и "Роснефтью" — но по иным, чуть менее идеологическим причинам.

Они вовсе не против приватизации "Роснефти", они только за. Более того, и сами они, и их забугорные единомышленники хорошо себе представляют, что с частной корпорацией легче договариваться — и давить на неё всегда легче. Само собой, на частную компанию трудно наложить политическую резолюцию, но по многим прочим позициям разбираться легче, так что надобность в политическом давлении, как правило, просто отпадает.

Но у нас с вами, граждане России, совершенно другой интерес. Теперь, когда стало очевидным, что июньский президентский заказ на приватизацию последних стратегических предприятий и был нацелен на активы, подобные "Роснефти", нужно бросить все дела и серьезно подумать. Последняя крупная государственная компания (размером с треть национального бюджета, нисколько не реликт, а флагман коллективизма) обречена на разборку по частным вторчерметам.

Долгое время общественность убеждали, что приватизации "Роснефти" не допустят. (Конечно же, Минфин и Минэкономразвития поигрывали хвостиком на сметанку, обещая наполнить казну миллиардами, но все же терпели, смиренно жеманились). Новация пришла откуда не ждали — из уст, разглагольствующих об инновациях.

Намерения самые благостные. И даже гениальные в своем роде: приватизация поможет модернизации... Ура — вперед за орденами!

Вот если бы принимались решения, направленные на развитие норвежской модели, государственной, всё было бы куда разумней и плодотворней. Думается, изначально стратегия создания "Роснефти" в чем-то и опиралась на такое понимание, — будучи, по сути, исключением из тренда, в соответствии с которым внутренняя конкиста нацелена приватизировать страну до молекулы, до атома.

Как всегда, остается лишь погрустить о том, что у тех, кто восемь-десять лет назад сокрушал первичные корпорации расхитителей, не хватило на деятельное сопротивление ни сил, ни нравственного импульса, ни понимания природы вещей. В те годы нефтегазовая отрасль, становой хребет нынешней российской экономики чуть сместилась влево и "огосударствилась", хотя соотношение оставалось все же заметно в пользу частного капитала. В "нефтянке" и при цене уже в 30 долларов за баррель норма прибыли превосходила доходность в наркоторговле. Теперь мировые цены на нефть вообще улетели в стратосферу…

В последние годы в отрасли развивалась интересная тенденция. Речь о сокрытии прибыли. Она зачастую не показывалась. Чего уж там — быть знаменитым некрасиво... Нефтяные компании, словно стесняясь больших прибылей, опять научились показывать высокую затратность, уходя в непонятные приобретения, "ненужные" транзакции с посредниками, обыкновенные откаты и отпилы. Конечно, не так откровенно, как это было при юкосах, но всё же. Пожалуйста — покупай яхты и спортивные клубы, но только на уровне финансовой отчетности старайся выглядеть скромнее.

Так что же — воруют? Увы. Воровство ведь и есть самый эффективный вид предпринимательства, как ни крути. Популярен миф о том, что капиталист экономически эффективен потому, что не дает себя обворовать. И потогонная система не даст бездельничать. Допустимо. Но в части сокрытия от государства прибылей отечественный неокапиталист в большинстве случаев предпочтет действовать по-воровски. И сошлется на скверные законы, на невозможность заработать честным путём.

Есть мнение, что с уводом "Роснефти" в приватизацию ее структуры постигнет та же участь — она станет классическим образчиком новорусского капитализма. А колоссальная прибыль, которая суть наше коллективное достояние, заметно оскудеет, поскольку это уже будет не "народное предприятие", а частная лавочка — всё под себя. На то давление внешнего мира (тема Ходорковского и прочее) и ложилось кумулятивными зарядами — чтобы у кого-то внутри России сдали нервы, а равно и последние ресурсы патриотизма…

Вслед за "чёрной пятницей" 5 августа для мировых фондовых рынков пришёл "чёрный понедельник", а за ним и "чёрный вторник". За эти три дня они потеряли в целом около 12% своей стоимости, что в абсолютном исчислении составляет свыше 7,5 трлн. долл. (это половина ВВП США), и конца-краю этому обвалу пока не видать.

Вместе с акциями падают и сырьевые цены, что вполне понятно: если падение глобальных фондовых рынков будет — а это более чем вероятно, — продолжаться, то глобальная экономика просто "встанет" и, следовательно, ей понадобится значительно меньше ресурсов, что приведёт к падению цен на них.

Лидеры стран "Большой семёрки" (США, Японии, ФРГ, Великобритании, Франции, Италии и Канады) в эти дни оказались озабочены прежде всего выработкой согласованной антикризисной позиции, которую они намерены предъявить всему остальному миру, — видимо, в качестве своеобразного финансово-экономического ультиматума. Весьма показательно, что все другие страны G20, включая БРИКС (Бразилию, Россию, Индию, Китай и ЮАР), от обсуждения и выработки совместного решения де-факто оказались отстранены.

Это лучше любых красивых слов и концепций показывает, "кто есть кто" в современном мире. И понятно, что на пожаре всегда есть желающие погреть руки. Речь идёт о том, что обвал фондовых рынков неизбежно приведёт к ситуации "бутылочного горлышка", когда все держатели ценных бумаг, опасаясь дальнейшего снижения их стоимости, будут стремиться продать их как можно быстрее и "уйти в кэш", то есть в наличные деньги. А таковых, даже в самом расширенном виде (агрегат М2), существует не очень-то и много. Общий объём агрегата М2 в мировой экономике по состоянию на начало 2011 г. оценивался примерно в эквивалент 20 трлн. долл., из них чуть менее 9 трлн. долл. приходилось именно на американские "баксы", и чуть более 2 трлн. долл. — на евро. При этом ни в одной из экономически развитых стран мира доля наличных денег (агрегат М0) в М2 не превышала 10% (в России — 25%) — остальные более 90% приходятся на деньги "депозитные", то есть хранящиеся на расчетных счетах.