Чтение онлайн

Как же разобраться неискушённому читателю в этой кровоточащей проблеме, важной не только для русского прошлого, но и для русского будущего?

Прежде чем перейти к сравнению армейских потерь (где историки с лёгкостью запутывают и профанов, и самих себя – то приписками, то недоучётом), сравним наличные людские ресурсы противоборствующих стран. Будем опираться на собранные в мирной обстановке данные гражданской статистики, которые не являлись оружием пропагандистской войны и никем никогда не оспаривались.

НАЛИЧНЫЕ ЛЮДСКИЕ РЕСУРСЫ

Чаще всего наблюдатели сопоставляют население Германии в границах 1937 года (69,8 млн. чел., 3) с населением СССР в границах 1941 года (символическое число в двести миллионов), что позволяет говорить о троекратном превосходстве наших людских ресурсов. Это в корне неверно. Ведь не только СССР, но и Третий рейх в период 1937-41 годов приобрёл крупные территории, а сравнивать двух противников надо по единому принципу.

Более осведомлённая публика добавляет к населению Рейха жителей Австрии (6,7 млн. чел.) и Судет (3,8 млн. чел.), что увеличивает население Германской империи до 80,3 млн. человек. Но и это ещё далеко не весь Рейх. Официально с марта 1939-го до конца 1941-го года в состав Великогерманской империи вошли: значительная часть Польши (т.н. гау Позен, западная Пруссия и восточная Силезия – с населением не менее 10 млн. чел.), протекторат Богемия и Моравия (более 6 млн. чел.), Эльзас и Лотарингия (2 млн. чел.), словенская часть Югославии (Нижняя Штирия и Нижняя Каринтия – 1,5 млн. чел.), Люксембург, Данциг, бельгийские округа Эйпен и Мальмеди, литовский Мемель (расчёты сделаны по 3, 4).

Правда, доля собственно немцев в общем населении позднеприсоединённых территорий была едва ли выше 10 процентов, но подданные остальных национальностей тоже подлежали призыву (см., например 5, 6). Обратим внимание на то, что среди военнослужащих Вермахта, взятых в плен нашей армией, крупнейшими по численности этническими группами, после немцев и австрийцев, являются чехи - 69 977 чел., затем поляки - 60 277 чел., французы - 23 136 чел., и югославы - 21 830 чел. (2). Поскольку доли пленных этих национальностей примерно пропорциональны населению Богемии, польских гау, Лотарингии и Словении, не вызывает сомнения, что львиная доля чехов, поляков, французов и югославов была мобилизована на территории Рейха, а не явилась «воевать с большевизмом» в числе разнообразных европейских добровольцев. Отметим, что общая доля упомянутых народов Рейха среди пленных солдат Вермахта (6,56 %) существенно превышает долю народов Казахстана, Средней Азии, Молдавии и Прибалтики среди пленных солдат Советской Армии (5,46 %, 2). То есть, новые части Великогерманской империи были не менее органичными частями Рейха, чем возникшие после 1922 года девять республик - частями СССР.

Итак, с учётом приобретений 1939-41 годов и естественного прироста (8-10 ‰ в год) население собственно Рейха следует оценить минимум в 102 миллиона человек. В Советском же Союзе, по расчётам наиболее авторитетных демографов (7, стр. 20), на начало 1941 года проживало 195,4 миллионов людей. К роковому дню 22 июня эта цифра должна была достичь 196,7 миллионов. Как видим, разница в людских ресурсах менее чем двойная.

Ещё меньше была разница в призывных контингентах. Население Великогерманской империи к середине ХХ века уже приблизилось к половозрастной структуре современной Европы, еле-еле обеспечивающей простое воспроизводство, где доля несовершеннолетних едва превышает четверть общей численности граждан. Половозрастная пирамида СССР, напротив, напоминала современную пирамиду мусульманских народов: по переписи 1939 года несовершеннолетние составляли 43,7 % (8). Высокая рождаемость в нашей стране пугала Гитлера: «Славяне размножаются, как черви». При этом доля мужчин в возрасте от 18 до 50 лет в Рейхе достигала 23, 4 % от всего населения (9), в СССР – 21, 7 % (8). Путём несложных подсчётов получаем следующий размер призывных контингентов:

Численность мужчин в возрасте от 18 до 50 лет на 22 июня 1941 года

Третий рейх

Советский Союз

Соотношение

23,9 млн. чел.

42,7 млн. чел.

1 : 1,79

Как видим, преимущество отнюдь не троекратное. И этот результат получен без учёта сателлитов гитлеровской Германии и людских резервов оккупированных ею территорий.

МАСШТАБЫ ПРИЗЫВА

Вплоть до осени 1944 года гитлеровское правительство полностью контролировало территорию Третьего рейха и могло беспрепятственно использовать свои людские контингенты.

Советский Союз был лишён такой привилегии из-за катастрофических утрат первого периода войны. В Белоруссии и на правобережной Украине большую часть призывников 1923 и 1904-18 годов рождения мобилизовать попросту не успели, а ещё часть мобилизованных прямо со сборных пунктов угодила в плен. Когда Советская армия вернулась, значительная часть учтённых до войны украинских и белорусских мужчин оказалась среди жертв фашистской оккупации или была вывезена в Германию в качестве остарбайтеров. Только из этих двух республик угнано в рабство 2,8 миллиона человек (10, 11), из коих минимум две трети – юноши. В результате в Советскую Армию оказалось призвано лишь 11,7 % населения Белоруссии и 12,2 % населения Украины (чуть более половины взрослых мужчин), тогда как в Российской Федерации масштабы призыва были сопоставимы с немецкими и достигли 22,2 % довоенного населения (2, возможно, с учётом призыва эвакуированных).

Ещё меньше призывников попало в Советскую Армию из Прибалтики. Здесь необходимо огласить факты, о которых до последнего времени говорили не очень охотно: значительная часть граждан на территориях, присоединённых к СССР в 1939-40 годах (за исключением белорусов и евреев), была лояльна скорее гитлеровской коалиции, нежели нашей стране, и без видимого протеста шла служить в армии противника. Так, среди эстонских мужчин только 30 тысяч воевало в Советской Армии, зато 88 тысяч – в Вермахте (среднерасчётное по 12, 13). Очень похоже обстояли дела в Латвии и Литве. Немало бойцов навербовали гитлеровцы на западной Украине (в частности, в знаменитую дивизию СС «Галичина»). Советских граждан из Черновицкой, Измаильской областей и Молдавии, как вчерашних (с 1918 по 1940 гг.) соотечественников, призвала в свою армию Румыния. Жителей Закарпатья – Венгрия. Карелов в оккупированных районах Карело-Финской ССР – Финляндия.

Кроме того, в годы войны на территорию фатерлянда репатриировалось более 600 тысяч советских немцев (7, стр. 61), которые, став подданными Рейха, также призывались в Вермахт. (В этом свете сталинские меры по локализации немцев Поволжья выглядят жестокими, но, по меньшей мере, логичными.)

С учётом коллаборационистов из числа других народов СССР, только в Вермахт попало 1,17-1,18 млн. советских граждан (14), а вместе с армиями сателлитов – до полутора миллионов. Эту цифру надо вычесть из призывного контингента СССР и добавить к призывным контингентам гитлеровского блока.

Ещё одним преимуществом противника было широкое использование квалифицированной рабочей силы из оккупированных стран Европы, а также упомянутых выше остарбайтеров. Так, по немецким данным на 15 августа 1944 года, численность «Ausl"ander wie Zivile Arbeitskr"afte» (т.е. иностранной рабсилы) на территории Германии составляла 7,5 миллионов человек (15). Это позволило Рейху призвать в армию гораздо большую долю боеспособных мужчин, чем в СССР. Гитлеровцы достигли максимальной мобилизации своего контингента, раздвинув к концу войны диапазон призывных возрастов от 16 до 60 лет (у нас в конце войны призывали в армию 17-летних, а старшая призывная планка не поднималась выше 50 лет. Мужчины в возрасте до 55 лет участвовали в боевых действиях только как ополченцы в критические месяцы 1941-го). Такие «послабления» в отношении пожилых советских граждан диктовались, конечно, не гуманизмом, а критической нехваткой опытной рабочей силы в тылу.

Наконец, немцы меньше церемонились с призывом болезненных новобранцев, посылая в ряды Вермахта граждан с сильной близорукостью, формируя «диетические роты» для отправленных на фронт язвенников и почечников (5).

С учётом вышеперечисленных факторов трудно ожидать, чтобы численность бойцов, призванных в Советскую Армию, могла более чем в полтора раза превысить численность призывников Вермахта.

Единственным преимуществом Советского Союза была высокая доля подростков (1924-27 гг. рождения), достигших призывного возраста во время войны. И хотя молодёжь из западных районов страны угнали в Германию, безусая русская и кавказская пехота (именно на РСФСР и республики Закавказья легла основная тяжесть юношеского призыва) стала главным демографическим козырем Сталина.

В целом, если сопоставить немецкие плюсы (призыв коллаборационистов и использование иностранной рабсилы) с нашими плюсами (высокая доля повзрослевших за войну подростков) и минусами (отток коллаборационистов и большие гражданские потери призывников в западных регионах), то официальные цифры призыва, опубликованные Г.Ф. Кривошеевым (2), выглядят весьма достоверно:

Общее количество мобилизованных в армию до войны и в ходе войны

Третий рейх

Советский Союз

Соотношение