Чтение онлайн

Как вы бы определили, описали эту проблему?

Н.А. На протяжении последних двадцати лет в Украине сформировалась своеобразная политическая платформа тех сил, которые не видят себя в экономике, не видят себя в модернизационном развитии, а видят себя исключительно в области противостояния с Россией и создании на этой почве своего политического капитала. У нас до минимума сведены дискуссии по поводу того, каким путём осуществлять модернизацию страны. В этой области нет споров. Мы начинаем спорить тогда, когда стремимся договориться о чём-либо с Россией. Когда мы решаем свои внутренние проблемы, и они могут быть истолкованы таким образом, что мы эти проблемы решаем в пользу России, сразу же поднимается эта пена, мутная волна, по-иному я не могу её назвать, в которой отсутствует рациональное начало, а присутствует одно желание: противопоставить нас нашему великому соседу, той стране, с которой мы вместе жили очень много лет. И особенно очевидно этот курс проявился в период, когда так называемые "оранжевые" были у власти. И закон о языке, о котором мы с вами говорим, это реакция нашей политической силы на то, что происходило в нашей стране в течение пятилетнего пребывания у власти этих "оранжевых".

Возвращаясь к началу нашего разговора, хочу сказать, что я не вижу конструктива в позиции тех сил, которые выступают против закона о языке. Президент и правительство чётко определили свою позицию. Мы заявили, что досконально изучим предлагаемый закон, и если этот закон, выдвинутый двумя народными депутатами, содержит положения, которые необходимо изменить, если поправки к этому закону здравомыслящие, мы готовы пойти на компромисс, ибо поле для компромисса очень широкое. Для нас вопросы стабильности в Украине, вопросы единства в стране чрезвычайно важны. Особенно в условиях такой неустойчивой экономической ситуации, которая сейчас сложилась.

А.П. Но ведь этот раскол, который вы таким образом определили и который длится уже два или три десятилетия, очень трагичен для украинского общества: не удаётся консолидировать граждан на большом спектре вопросов. И эти разрывы, разломы приводят к огромным утечкам социальной энергии. Смута отвлекает народ от решения кардинальных проблем. Это не может длиться вечно. Украина не может быть расчленена по этому идеологическому принципу. Что необходимо сделать, чтобы соединить эти два расчленённых элемента, чтобы возникла, наконец, единая украинская нация? 

Я лично и близкие мне по мировоззрению люди, хотя и являемся русскими патриотами, русскими государственниками, но мы крайне заинтересованы в том, чтобы соседняя с нами Украина была единой, могучей, процветающей.

Николай АЗАРОВ. Вы задаёте тот вопрос, который чрезвычайно беспокоит нашу политическую силу, и наше правительство проводит постоянную линию на единство страны. И по этой причине иногда нас обвиняют в некой непоследовательности, мягкости, нерешительности. Дело вовсе не в отсутствии решительности или мягкости. Дело в том, что мы, по сути своей, противостоим силам, которые являются иррациональными. И эти иррациональные силы радикальны. Поэтому мы вынуждены проводить политику максимальной осторожности, вдумчивости, политику компромисса. Именно потому, что мы хотим единства страны.

А теперь вернёмся к тому, какая главная проблема стоит сейчас перед нашей страной. В последние двадцать лет на Украине происходили сложные процессы трансформации социально-экономического строя страны. Прошла приватизация. Однако, проведя приватизацию, страна задержалась в своей модернизации. Например, наш внутренний валовой продукт в четыре раза более энергоёмкий, чем такой же продукт в Германии. Это говорит о нашей технологической отсталости. Поэтому главная задача — перестройка нашей экономики с тем, чтобы она была конкурентоспособной, чтобы обеспечила всему нашему народу более высокий жизненный уровень. Вот на чём надо сосредотачивать наши споры и вести наши национальные дискуссии: каким образом проводить эту модернизацию, куда вкладывать деньги, что именно необходимо немедленно развивать, используя для этого ограниченные ресурсы? А вовсе не включаться в те дискуссии, которыми наши оппоненты отвлекают нас от центральной проблемы.

Хочу сказать, что либо Украина займёт достойное место в рамках международного разделения труда, в условиях очень жёсткого конкурентного мира, либо мы будем отброшены и станем играть роль сырьевого придатка. Кстати, такая же проблема стоит и в России. Или мы будем интересны миру только как поставщики зерна или химических удобрений, а во всём остальном будем непривлекательны. И это наша страна, которая обладает колоссальными научными школами, которая в состоянии осуществить рывок вперёд! Поэтому повторяю: наша политическая сила готова к очень широкому компромиссу ради единства страны и ради этого рывка.

Давайте проанализируем опыт так называемых успешных стран, которые за очень короткий исторический промежуток сумели подняться из технологической отсталости на современный уровень. В этих странах народ был един в стремлении идти ускоренным путем модернизации. И народ объединился вокруг правящей политической силы. У нас же в общественную дискуссию постоянно вбрасываются темы, которые не объединяют наш народ, а разъединяют.

Александр ПРОХАНОВ. Конечно, общее дело, связанное с войной или поиском общего врага, может консолидировать народ. Но идея развития, идея процветания, идея лучезарного будущего и народного счастья способна объединить обе фракции, ибо не сомневаюсь, что и ваша политическая сила, и ваши оппоненты являются украинцами и желают для Украины благ. Когда мы были одной страной, когда мы являли собой Советский Союз и наши потенциалы были объединены, мы были очень сильны и создавали цивилизационный продукт. Мы строили поразительные самолёты, потрясающие по своей мощи ракеты. Мы совместно осуществляли научные и технологические открытия. Но когда мы распались на части, каждая из этих частей очень ослабела, и, конечно, наше желание объединиться на новом уровне, на основе новой политической философии, это желание продиктовано не какими-то имперскими амбициями, а желанием вновь сложить наши гигантские потенциалы. Нам в России без Украины очень худо. Но и Украина без России страдает.

Н.А. Я отдаю должное глубокому и эмоциональному смыслу ваших слов. Но вернёмся в реальность. Да, мы можем сколько угодно сожалеть и скорбеть о нашем великом прошлом, о нашей способности создавать совершенные технические изделия, делать открытия в науке. Но ещё раз возвращаю вас к простой очевидной истине: мы живём в конкурентном мире и должны производить то, что пользуется спросом на мировом рынке, да и на нашем внутреннем. Именно здесь и появляется, как ни странно, объединяющее нас начало — это наш общий рынок. Где наша продукция может найти спрос? Кто может быть потребителем этой продукции? Где мы нужны с нашими достижениями? И здесь возникает та идея, которую мы обсуждаем уже не первый год — это идея общего рынка.

Естественно, в рамках бывшего Советского Союза он был, и был большим, в нём существовали многомерные интеграционные связи. За двадцать лет многое ушло и необратимо разрушилось. Но, вместе с тем, рынок сам по себе остался. И этот общий рынок позволяет нам развиваться, он создает нам условия для развития.

Мы говорим о модернизации. Хорошо: мы провели модернизацию. А куда будем сбывать произведённую нами продукцию? Казалось бы, простой вопрос. Но если мы не находим сбыта для своей продукции, то не в состоянии дальше развиваться. Экономический кризис 2008-2009 годов это очень ярко показал. Как только упал спрос на нашу украинскую металлургическую продукцию, Украина провалилась вниз на 15%. Сейчас нам удаётся противостоять угрозам возможного второго кризиса. Но, конечно, мы были бы гораздо сильнее, если бы опирались на поддержку друг друга.

Украина занимает взвешенную позицию. Например, по нашей инициативе мы разработали положение о зоне свободной торговли в рамках Содружества независимых государств. По нашей инициативе появилось соглашение о зоне свободной торговли со странами Европейского союза. Украина ищет для себя возможности расширить выход своей продукции на внешний рынок. Но я подчёркиваю, что для нас вопрос естественности таких рынков чрезвычайно важен. В этом плане те предложения, о которых говорил президент России Владимир Владимирович Путин, безусловно, заслуживают глубочайшего изучения, к ним надо прислушиваться. И сейчас мы этим занимаемся.

А.П. Вы имеете в виду Таможенный союз?

Н.А. В том числе и Таможенный союз.

А.П. Есть ощущение, что для вступления Украины в Таможенный союз существуют некие крупные препятствия: и чисто экономические препятствия, и элитные, и сиюминутные политические преграды. Это непростая история. Хотя, исходя из только что сказанного вами, кажется, есть все причины для немедленного форсированного вступления Украины в Таможенный союз. Какие инструменты используются для того, чтобы ускорить это вступление?