Чтение онлайн

Крапивин что-то ещё кричал, зрители ревели, встречая новых бойцов. Я вышел с арены, слегка прихрамывая от боли в боку. Сразу же направился за своими кровно заработанными. Меня грела мысль, что в итоге я сейчас заберу почти миллион.

Вон он столик с принимающей ставки женщиной. Она уже с кем-то расплачивалась. Я был на полпути к столику, когда двери на входе в ангар с грохотом распахнулись.

— Мордой в пол, выродки!!! — закричал грубый голос. — Работает полиция!

Я посмотрел в сторону заветного столика, который находился ближе всех ко входу. К нему уже бежали вооружённые люди в чёрной форме. Затем на побледневшего хозяина арены. По иронии судьбы он оказался у входа. Крапивину заломили руки за спину, а чтобы был сговорчивее ударили прикладом в живот.

Проклятье! Какой идиот навёл полицаев на Крапивина? Явно это был не аристократ. Развлечений в Хабаровске не сказать что много для аристо. Тем более подобного толка. А хуже всего то, что я точно не успею забрать свой выигрыш.

Ну и ладно. Сейчас главное выбраться отсюда незамеченным, а после я получу заслуженную награду. Любой ценой.

Я накинул покров маны, а затем понял, что получится активировать и руну «родэ». Только пользоваться ею смогу недолго, иначе — прочувствую на себе все прелести магического истощения.

Вокруг тут же всё замедлилось. Крики аристократов, полицейских, выстрелы — всё это расплылось в протяжные гулкие звуки.

Я уже был у чёрного входа, когда заметил нескольких полицаев неподалёку. Хорошо, что они отвлеклись на тучного аристократа. Тот пытался вырваться, махал руками, корчил физиономию. Выглядело это в замедлении очень забавно. Я буквально пролетел мимо, через мгновение оказываясь в переулке.

Заметил полицейскую машину, которая заворачивала в закуток, и кинулся к двухметровому забору. Одним магом перепрыгнул его, оказываясь на заброшенной стройке.

Как только я оказался в недостроенном здании, время вновь пошло в нужном ритме. Сердце колотилось, как бешеное, дыхалка была порядком сбита. Раненый бок жгло от боли, и снова выступила кровь.

Я услышал пьяные голоса, аккуратно выглядывая из-за бетонной стены.

— Эт самое… а эт чё было? — уставился в сторону один из работяг в грязной робе. — Ты видел? Мелькнуло чаво-то.

— Петрович, да ты задолбал! — воскликнул небритый здоровяк.

— Да я те говорю. Проскочило вот прям щас! Тёмное! Ну, Васёк, скажи! — толкнул сидящего рядом дрыща тот, кого назвали Петровичем. Дрыщ открыл глаза, чудом не ухнув с паллета.

— Наливай, — махнул он.

— Хорош трындеть, — проворчал небритый Петровичу. — Вчера были вспышки, сегодня что-то тёмное.

— Да было чаво-то, — обиженно протянул Петрович, посмотрев в мою сторону.

— «Чаво-то», — передразнил его небритый, поднимаясь с места и направляясь в мою сторону. — Мыши бегают, а ты паникуешь.

Работяга поравнялся со стеной, заглянул за неё. Как раз в тот момент, когда я скрылся за бетонной лестницей.

— Никого нет, Петрович, — засмеялся он, возвращаясь к остальным. — Это уже старческое у тебя…

Мне было плевать на их разговоры. Не рассмотрели меня — да и ладно. Гоб передал мне артефактное кольцо, которое я накинул на палец и бесшумно прошёл здание насквозь. Ноги ступали по кускам штукатурки, щебню, строительному мусору, не издавая ни малейшего звука.

Затем вышел с территории стройки через приоткрытую калитку.

На улице, примыкающей к ангару, полицейские суетились у большого автомобиля. Грузили различные предметы роскоши, в которых буквально утопал кабинет Крапивина. Среди всего добра я заметил с десяток тяжёлых сумок. Из одной выпало несколько купюр, которые в спешке подобрал один из полицаев.

Часть денег в этих сумках — моя, кровно заработанная. А я всегда получаю то, что по праву моё. Любой ценой.

— Выходи, — позвал я зеленомордого.

— Вот это номер получился

Инфаркт у Гоба чуть вдруг не случился

Нам что-то нужно провернуть

Чтоб денежку назад вернуть, — вздохнул Гоб.

— Вот этим ты и займёшься, — приказал я. — Проследи за машиной и забери ровно девятьсот тысяч рублей. Не больше.

— А как же компенсацию забрать?

Ведь нанесли ущерб, долби их мать, — покосился на меня зеленомордый.

— Мы заберём своё, — подчеркнул я. — Не нужно больше ничего тащить, как ты любишь. Ни одной лишней купюры, ни одной вещи.

Я вгляделся в поблёскивающие глаза Гоба. Да кому я говорю, вообще? Это как пытаться ограничить сладкоежку перед походом в кондитерский магазин. Но надеюсь, что зеленомордый меня услышал. Лишнего нам не надо.

Гоб кивнул, медленно погружаясь в пятно тени, возникшее рядом. А я прикинул, куда моему зелёному другу нужно проникнуть. В любом случае деньги привезут в участок, и спрячут не куда-нибудь, а на склад вещдоков. Для зеленомордого это раз плюнуть.

Я не стал дожидаться помощника. Решил прогуляться пешком, в сторону господинницы. Там меня дожидалась Катерина, а также строительные мастера, которые уже должны были справиться с черновой работой по расширению кухни.

Улица Суворова, полицейский участок № 58, полчаса спустя

— Люди в синей форме ходят взад-вперёд

Ну а Гоб сидит в тени, с нетерпеньем ждёт

Когда свалят к чёрту, в камеру зайдёт

Миллиона три с собой он точно унесёт, — тихо напевал под нос Гоб, наблюдая из тени, как люди в синей форме сгружают большие тяжёлые сумки в клетчатую камеру.

Сумки пахли банкнотами. Он даже с десяти метров чувствовал этот тягучий ароматный запах, который дурманил мозг. У золота другой аромат, более сладкий, но и этот его привлекал изрядно.

Проблемы забрать пару сумок не возникало. Понятно, что хозяин ждёт лишь девятьсот тысяч. Но Гоб ведь может и отложить остальные деньги. Так сказать на чёрный день.

Теперь он затаился и ждал, когда все выйдут из помещения, оставляя его наедине с добром.

— Боря, помогай, чёртяка ты конопатый, — рычал впереди усатый и плечистый полицейский, обращаясь к худощавому. — Там ещё на склад загружать добро.

— Ну ты видишь, что я делаю? — злобно ответил худощавый. — Веду подсчёт.

— Писульками заниматься не мешки ворочать, — усмехнулся полицейский с выпирающим вперёд пивным животом.

— Мне за это платят, Гришаня, — проворчал худощавый. — Я сейчас очень важным делом занимаюсь. Отчётностью.

— Отчётностью он занимается… Пошли уже, писарь его Величества. Будешь одновременно отмечать в свою тетрадку, — агрессивно произнёс плечистый. — Там ещё полфургона разгружать.

— И откуда у Крапивы столько барахла? — вздохнул «пивной живот».